В долине всё спокойно - Юрий Павлович Валин

— Понятно. Насчет взвода помню, — заверила Нина.

Гр достал второй ствол — точно такой же, но с отделанный темным деревом рукоятью: — И ты подержи. Чтоб понять.

Сыщица с трепетом приняла оружие.

— Гриша, он же заряженный! — неуверенно зашипела Ниночка.

— По ту сторону стены тоже заряженные стволы будут. И потом, Агате нужно осознать.

— Да, прониклась, — признала сыщица, не спеша, впрочем, возвращать револьвер. — Тяжелый. Я только вниз стрелять смогу. Кстати, для битвы на стене вариант вполне подойдет.

— Вряд ли. Отдача рукоять из руки вырвет. У тебя ладошки маловаты.

— Что ж, в будущем учтем, будем больше на фрикадельки нажимать, — сделала мужественный вывод сыщица и вернула оружие. — А вот там — то, что я думаю?

На полке сейфа круглились даже с виду тяжелые и опасные ребристые штуковины.

— Оно, — признал Гр. — Гранаты вам выдавать не буду, там с запалами могут быть специфические проблемы. Мне мама дважды объясняла, и еще Динка раз пять. Сложная тема.

— «Лимонки», они же «ананаски», и еще как-то, — идентифицировала оружие многознающая сыщица.

Это было не совсем так, но Гр поправлять не стал. Гранат четыре штуки, с ними управляться придется самому и как они точно называются, значения не имеет.

— А мне-то что? — закономерно вопросила Агатка. — Я свой «веблейчик» люблю, но для такого серьезного сражения его явно недостаточно. Есть у нас в тайниках небольшой арбалет с отравленными стрелами, способный вселить уверенность в беззащитного ребенка?

— Нам еще отравленных стрел не хватало! — ахнула Ниночка, пытаясь понять, куда в одежде лучше пристроить револьвер.

— Такой арбалет, наверное, есть у Рыжих, но он им самим пригодится, — сказал Гр. — А твое задание: быть незаметной, четко выполнять связные обязанности и запоминать ход событий.

— Можно подумать, вы сами эти события забудете, — логично хихикнула сыщица.

— Мы будем сосредоточены на ином. И с нами может что-то случится, — безжалостно пояснил Гр. — Ты обязана учесть ошибки старших братьев и сестер, не совершать такие же глупости, и понадежнее научить драться собственных детей.

— Э, братан…

Обе сестры в шоке смотрели на Гр.

— Ничего нового не сказал, вы это знали, — проворчал главнокомандующий гарнизоном. — И потом во мне кровь тролля. Горного и безжалостного. Сегодня я таким вот и буду. И, Нина, не пихай ты ствол куда попало. Мы переоденемся. Там, наверное, подогнать штаны нужно будет, иглой поработаешь, а это тебя всегда успокаивало.

Гр пошел к спиртному подвалу, где согласно однозначного приказа отдыхала Ханти, но тут с башни закричали что «скачет гонец из Новой».

Гонцом оказался Уарлик — прибыл за прокладками для монтируемого насоса, передал ключ от сейфа, заодно проветрился, узнал и поделился новостями.

— Людей не. Люблю. — доверительно поведал ночной дарк. — Особенно. Когда их много. И пить хотят. Прям всё время хотят. И выливают, тоже.

— Ужин-то был хорош, праздничен, — напомнил Гр, передавая мешочек с ценными прокладками.

— Понимаю. Прощаю. Но пукают много. Я — очень герой!

Гр хрюкнул:

— Несомненно. Терпи. Вечером развлечешься.

Он кратко пояснил предварительный план обороны, Уарлик кивнул и вскочил в седло. Еще мелковатый, в седле он выглядел… эффектно. Видимо, врожденное умение инкубов, им без такого внешнего пафоса нельзя.

Гр, наконец, дошел до подвала. Ханти сидела злая как весенний бурундук, смотрела в огонь. Не отрывая взгляда, заметила:

— Такое ощущение, что меня заперли и подумывают заспиртовать. Знаешь, в Старом мире была легенда о безумной лисе, сидящей в витрине торговой лавки. Вот так я себя и чувствую.

— Извини. Легенду я не знаю, а отдохнуть физически тебе было необходимо. Потом меня обругаешь и покусаешь. Пока тебе предстоит сложное задание.

— Вот еще бы протянул. Я сижу, а враг прошел Скалу Сломанной Сосны!

— Скала переживет. Смотри сюда… — Гр развернул карту…

Безусловно, Рыжая здорово нервничала. Но вся Долинная учеба готовила молодых бойцов к именно вот таким непростым ситуациям. Справится Ханти.

… — В бой егерям точно нельзя ввязываться. Переходят реку прямо к замку, поднимаются на дорогу, но потом отходят по натоптанному, скрывая следы, двигаются в сторону деревни, сворачивают за кладбище. Когда начнется, бьют в спину. Это если возможность будет, в меру рискуя. Связь со своими братьями ты до этого непременно установишь, предупредишь. Чтоб егеря и Рыжие в один сектор обстрела противника не попали. Огонь будет плотный.

— Понимаю-понимаю. Слушай, Гр, командуешь ты. Но у вас тут бойцов окажется совсем мало. Может, пусть егеря к вам за стены отойдут? Два опытных копья, это не шутки.

— Не спорю. Но замок долго удерживать не удастся. Мы обозначимся, привлечем внимание, и уйдем. Урон ворогу, если и удастся нанести, то, скорее, с тыла. Так что два опытных копья снаружи куда нужнее.

— «Ворог»… словечко прям как Леди говоришь. Что, конечно, неудивительно. Я все поняла.

— Как задние лапы?

— Да что вы к ним привязались⁈ Нормальные лапы, нет в них никакой слабости. Сильны, стройны, надежны. Добегу куда угодно.

Гр ухмыльнулся:

— Просто очаровательно ты краснеешь, приятно глянуть.

— Наглый толстый тролль! Ладно, я выдвигаюсь, мне еще крюк делать.

— Ага. Про следы, тебе и егерям напоминать бесполезно, вы всё это лучше меня знаете. Но я напоминаю. Такова тяжкая обязанность командира!

Лиска насмешливо тявкнула и нетерпеливо поднялась — сидеть в теплом, но проспиртованном подвале ей жутко надоело.

Глава 11

Урок одиннадцатый. Вечер первого дня месяца Мороза

Ожидания и мгновения

Уже переодевшись, Гр стоял на дозорной площадке. Камуфляжный костюм-балахон был чуть великоват — брат Ричард был все же пошире в плечах, да и изрядно выше ростом. Но штанины, прихваченные регулирующими тесемками, движениям не мешали, белая ткань, расчерканная темными прожилками-«ветками», казалась невесомой. Хорошие костюмы. И опять же ободряющая традиция: младшие донашивают за старшими.

Нож и подсумки у пояса, топорик за ремнем. Готов к сражению Грей-Грей. Осталось скорчить бесстрашную морду. И малость лживую, поскольку особого бесстрашия и уверенности пока не чувствовалось. Захныкать хотелось. Не столько за себя стремно, как за сестер и «Две Лапы». Да и за всю Долину.

Гр жалобно посмотрел на заречный лес. Пока никто не видит, можно хныкнуть.

Не, хныкать тоже не хотелось. Хотелось вести войну в одиночку, и