Черный Маг Императора 28 - Александр Герда

— Собственно говоря, для вас немногое поменяется, — сказал Роман Артемович, когда мы спросили его, что лично он думает на этот счет. — Чтобы уметь пользоваться мощными артефактами и контролировать их, тоже нужны навыки и способности. Поэтому я не стал бы на вашем месте вот так округлять глаза, как вы сейчас это делаете.

— Если я смогу использовать вдвое больше магической энергии, чем позволяют мои личные запасы, то… — задумчиво сказал Нарышкин.

— То это может быть опасно и привести к сильнейшему магическому удару, — прервал его мысль Громов. — Человеческие возможности ограничены, к сожалению. Как председателю «Медики», тебе об этом должно быть хорошо известно. Тем более, что подобная практика опасна не только для тебя, но и для Темникова. Ты же не хочешь прикончить собственного друга?

Определенная логика в словах Романа Артемовича, конечно же, была. На собственном опыте я уже выяснил, что без труда могу справиться с большим количеством магической энергии. Во всяком случае, с тем объемом, который мог отдать мне Нарышкин, и своим собственным.

Что если подключить к этому делу Вампир и Кольцо Потерянных Душ? Такое сочетание выглядит очень перспективно, хотя и опасно, что говорить. Тем более, что с Фреей мне еще только предстояло договориться, но я надеялся, что после сегодняшнего вечера мы с ней быстро найдем общий язык.

В общем, новости сыпались на нас одна за другой. Может быть, именно поэтому сегодняшняя тренировка прошла у нас совсем уж плохо. Видимо все трое так или иначе размышляли над словами Громова, поэтому ничего толком не удавалось.

Все закончилось тем, что мастер темных классов решил прекратить занятие на сегодня и всыпал нам по первое число. В заключении еще пригрозил, что если в следующий раз будет то же самое, то вместо магического турнира мы все лето будем собирать личинок для Щекина, а в Богемию вместо нас он отправит первых попавшихся под руку первокурсников.

Что же касается меня, то наша с Романом Артемовичем встреча осталась в силе. Во всяком случае, я именно так для себя расценил его слова, когда он сказал, что ждет меня в девять часов вечера возле аудитории призыва для индивидуального занятия.

Остаток дня я провел в раздумьях о том, что мастер темных классов сказал нам насчет артефактов, и пришел к выводу, что лично для меня новость очень хорошая. Просто отличная, можно сказать. Что говорить, я привык к своим артефактам, причем настолько, что без них чувствовал себя голым.

Кроме того, был еще один момент, который мы с Дорианом считали очень хорошим преимуществом для меня. Не хочу хвастать, но, если хорошенько подумать, я обладал коллекцией редких и даже уникальных артефактов.

Один Красночереп чего стоит… В свете турнирных изменений он становится просто незаменимым. Мой артефакт-вампир умеет определять магические свойства предметов на расстоянии, что может быть лучше, чем информация насчет сюрпризов, которые готовят нам противники?

— Согласен, очень удобно, — поддержал меня Дориан. — Как и твой гневокамень, который усиливает все заклинания.

— Не думаешь, что это как-то… Нечестно, что ли? — решил я узнать мнение своего друга. Мор дал на это вполне ожидаемый ответ, который меня немного успокоил.

— Конечно нет! — с явным возмущением в голосе воскликнул он. — У тебя на этот счет не должно быть никаких сомнений, мой мальчик. В конце концов, все твои сокровища добыты тобой в честных приключениях и с риском для жизни, так что ты имеешь полное право их использовать. Тем более, что ты не знаешь, какие артефакты притащат твои противники.

Тут Мор был прав, этого я не знал. Вот только не думаю, что у них будут какие-то вещи мощнее моих. Даже если об этом позаботится правительство их стран, то все равно меня это не особо беспокоило. Какие-то защитные вещи в данном случае были не столь важны — дуэлировать никто на турнире не собирался, а по части всего остального у меня был полный порядок. Думаю, я вполне гожусь на роль «секретной пушки», которую я должен сыграть по словам Романова.

Да и не только у меня порядок, заклинания Нарышкина я тоже усилил, так что турнирные перспективы выглядели для нас очень неплохо. Вот бы еще у Горчаковой не случилось никакого форс-мажора, но об этом уже должен будет позаботиться Веригин, на которого ложится забота о ней на время турнира.

Ближе к вечеру информация о переносе турнира была официально размещена на сайте, который был ему посвящен, так что почти час я должен был отвечать на телефонные звонки.

Сначала позвонил встревоженный дед, который беспокоился о моей готовности к предстоящему ответственному мероприятию, после него мать, с аналогичными переживаниями.

Затем пришел черед отца, который посоветовал мне заниматься на тренировках еще усерднее. Кроме того, сообщил о том, что в связи с изменением сроков проведения турнира, он принял решение на месяц отложить покупку нового поместья, которую планировал совершить в ближайшее время. Решил, что уместнее будет заняться этим после поездки в Богемию.

Ясное дело, что звонила Ланская, сообщившая мне о планах своей семьи оказаться в Богемии за несколько дней до начала турнира, и предложила лететь вместе с ними. Потом была еще Лазарева и даже Чертков справился о моем здоровье, а вот звонка от Вороновой так и не случилось.

Вот интересно… В одном из наших разговоров с Софьей она сказала мне, что будет присутствовать на турнире. Точнее говоря, ей это вроде бы пообещали, если с ней все будет в порядке, и что теперь? Изменится ли что-то в связи с этим переносом или нет? Хороший вопрос… Думаю, очень скоро я узнаю ответ на него, что тут уже осталось?

— Хозяин, вам бы поторапливаться, — многозначительно сказал Градовский, когда до встречи с Громовым осталось чуть больше четверти часа. — Вряд ли ваш Роман Артемович устроит вам повторное свидание с этой книгой.

Точно! Со всеми этим звонками и мыслями я совсем потерял счет времени, так что нужно было бежать. Вот все-таки зря Дориан ругает моего помощника. Иногда он просто незаменим, вот как сейчас, например.

Я наскоро оделся, наведался в Берлогу, чтобы захватить с собой все защитные артефакты, которые могли мне пригодиться, затем вылетел из общаги и на всех парах устремился по направлению к главному корпусу.

Мне уже не раз приходилось мчаться на уроки к Черткову, чтобы не опоздать, поэтому опыт в преодолении этого участка у меня был просто огромный. Если бы в «Китеже» проводились соревнования по скоростному забегу от школьного общежития до главного