Калгари 88. Том 16 - Arladaar

Одеты все были супермодно: в кожаные и джинсовые куртки, джинсы, многие с длинными волосами или просто необычными причёсками, вроде панковских ирокезов. В общем, эти люди явно были теми самыми неформалами, которых Арина полгода назад тут уже видела.

Арина сразу же узнала меланхоличный голос Бутусова, распевающего «Шар цвета хаки». Эту песню она слышала полгода назад, здесь же, на этом же месте. Тогда песня была ещё слегка сыровата. Потом, в «Совёнке», Арина слышала более хорошее исполнение, а сейчас Бутусов пел и играл вообще идеально, да и песня уже вышла в электрическом исполнении.

Проходившие мимо люди реагировали по-разному. Кто-то останавливался, с интересом вслушивался в интересный голос, кто-то проходил мимо, удручённо качая головой и думая: «Вот до чего докатилась советская молодёжь». День был выходной, на улицах много народу, самый центр города, и слушатели постоянные и временные здесь были.

Неожиданно Бутусов обернулся, прямо посмотрел на Арину, и, видимо, сразу же узнал её. Ну как не узнать девушку, которая обладает таким чудесным сопрано, и с которой вместе пел в пионерском лагере «Совёнок»? И о которой последние пару недель вещали из каждого утюга и каждого газетного листка. Стыдно признаться, но тогда, после концерта в лагере, за суетой дел совсем забыл как её зовут, но сейчас-то уже знал. Была с ней связана какая-то странность — она хорошо знала все тексты песен, несмотря на то что они звучали лишь в их тусовке, где её никогда не видели, и на квартирниках. Хотя… На магнитофон записывали и переписывали много раз, наверное, так и услышала, получив одну из копий записи…

— Стоп, стоп, стоп! — крикнул Бутусов и махнул рукой. — Смотрите, кто пришёл! Людмила Хмельницкая! Привет, привет! Ты специально к нам пришла?

— Привет, — рассмеялась Арина. — Сказать честно, просто пошли гулять с родителями после соревнований, и вот каким-то образом попали сюда. То ли это чудо, то ли случайность!

— Естественно, это чудо! — заявил Бутусов. — А давай-ка споём вместе. Я тебе сейчас дам текст.

— Давай споём! — задорно ответила Арина.

— Люда, неловко как-то, люди смотрят! — укоризненно сказала Дарья Леонидовна, однако Александр Тимофеевич придержал её за рукав пальто.

Арина, ни о чём не задумываясь, подошла к Бутусову, толпа слушателей расступилась, с интересом поглядывая на неё. Начали останавливаться прохожие, и сразу количество людей вокруг увеличилось раза в два, а то и в три.

По правде говоря, Арина знала этот текст песни почти наизусть, ведь она была великим знатоком русского рока! Однако всё-таки взяла в руки тетрадный листок, на котором печатными буквами был написан текст песни.

Две гитары начали играть снова, и Людмила запела параллельно с Бутусовым. Конечно, пела без распевки, поэтому, по её мнению, получилось так себе, можно сказать, неважно. Однако люди, стоявшие вокруг, с каждой секундой, с каждой минутой удивлялись всё больше и вскоре уже чуть ли не с восхищением смотрели на неё. Оперное сопрано заполнило всё пространство вокруг, почти заглушив и Бутусова, и гитары. А ведь Арина пела, задействуя голосовые связки процентов на 80, не больше! Потом всё-таки немного уменьшила громкость голоса, чтобы он гармонировал и с голосом Бутусова, и с гитарами. Последняя половина песни получилась великолепно, прямо как надо! Почти готик-металл!

— Браво! Браво! — кричали столпившиеся вокруг люди. — Великолепно! Слава, вам реально надо солистку взять в группу. Это же практически новый стиль: классический вокал и гитарные аккорды. Ещё никто так не играл!

— Скандинавы уже играют! — уверенно заявил Бутусов. — Но мы всё равно будем первые! Люда, давай ещё чего-нибудь споём.

Потом спели ещё «Казанову». После этого Арина почувствовала, что уже связки начинают болеть.

— Наверное, хватит, — заявила она. — Уже голос не тот. Я ведь не певица, специально не занимаюсь распевками, долго не пою.

— Так тебе надо решиться сразу, чем заниматься: фигурным катанием или вокалом! — смеясь, сказал Бутусов и протянул Арине руку. — Хочу сказать тебе большое спасибо за то, что ты постоянно попадаешься где-то рядом. Надеюсь, всё-таки когда-нибудь мы проведём на стадионе совместный концерт.

— Это можно сделать! — рассмеялась Арина. — И тебе всего хорошего. Я думаю, этим песням предстоит большая и долгая музыкальная судьба.

Слушатели, которых вокруг скопилось человек 50, а это, считай, несанкционированная демонстрация, одобрительно закричали и громко зааплодировали. Арина помахала всем руками и продолжила прогулку с родителями. Вот так из ничего, из простой прогулки получается что-то интересное…

— Люда, я вот не пойму, у тебя же никогда не было голоса, откуда ты так хорошо научилась петь? — неожиданно спросила мама.

Александр Тимофеевич внимательно посмотрел на дочь в ожидании ответа.

— Ну, я так-то не сказала бы, что очень хорошо пою, — сконфуженно ответила Арина. — Мне кажется, так себе, тем более, совсем не распелась.

— Люда, пожалуйста, только нам не ври! — заявила мама. — Я помню, как ты иногда пела, чуть получше, чем я. А я петь не умею совсем.

— Хорошо! — согласилась Арина. — В меня из 21 века вселился дух фигуристки, олимпийской чемпионки, которая сама по себе умела не только хорошо кататься на коньках, но при этом ещё брала курсы вокала у знаменитых педагогов из Гнесинки и вот так научилась петь.

— Ой, Люся, ты такая выдумщица! — рассмеялась мама. — Сказала бы честно: хожу в школе на кружок вокала. Честно сказать, такого красивого голоса, да ещё вживую, вблизи с собой, я давно не слышала. Скажи же, Саш…

— Очень хорошо получается! — согласился папа. — Я действительно не понимаю, зачем ты скрываешь это.

— Я вам уже всё говорила! — собрала Арина. — На самом деле я не певица, сейчас немного попела, и у меня уже заболело горло.

— Ну, скрывайся сколько хочешь, но знай — поёшь ты прекрасно! — заключила мама. — Откуда, кстати, ты знаешь этих ребят?

— Мама, какие ж это ребята? — рассмеялась Арина. — Это Вячеслав Бутусов, солист группы «Наутилус Помпилиус», которая будет… Точнее, она уже популярная, по телевизору даже показывали. Они приезжали к нам в лагерь на дискотеку, и мы вместе пели песню. В том числе и «Казанову». «Шар цвета хаки». Как видишь, всё просто.

— Да уж, просто… — иронично покачал головой папа.

Потом, немного погуляв, зашли в