Связи решают все - Алекс Русских

и меркантильными бизнесменами, снимающими сливки с планеты дикарей. Он еще друг с другом воевать начнут. Собственно, я в книге переосмысливаю древние мифы Месопотамии и Египта о «богах» научивших людей знаниям, а заодно и о последующей войне «богов», описанной в индийских Ведах.

Но, хоть я пишу и фантастику, но цензура может завернуть. Нынче все книги на историческую тему, требуют рецензии профессиональных историков. Ну, а мой роман марксистско-ленинской теории о последовательном развитии человечества, которое всего само добилось и придумало, никак не соответствует.

Увлекся изрядно, отвлекся только, когда почувствовал голод. Заварил чай в кружке из тонкой нержавейки, припасы из столовой достал. Перекусил и снова за работу. Так же и воскресенье провел, разве что с утра погулял, пройдя до Дебина. Потом по берегу дошел до того места, где мы на остров за малолетними робинзонами переправлялись. В обед опять в столовую сходил, поужинав в гостинице. А все остальное время писал.

* * *

Поднялся в четыре, хотя за окном уже светло. Север — тут летом вообще темно не бывает. Хорошо, что мне никого так и е подселили, а потому никому не мешаю. Вскипятил чаю, позавтракал, привел себя в порядок, оделся и направился к управлению, полагая, что лучше приду немного пораньше. Мало ли.

Как оказалось, зря я надеялся на исключительную пунктуальность геологических работников. По итогу кунговый КрАЗ приехал только к семи часам, так что мне пришлось торчать два часа на улице. Благо, что у меня всегда есть чем заняться. Заметив деревянную беседку курилки, засел там за стол, вытащив из рюкзака тетрадь, с пользой проведя время. А вообще спрашивается, зачем было мне на пять назначать?

Еще два часа потратили на загрузку, впятером таская ящики, коробки, тюки. Кроме меня, работали еще трое практикантов. Один из нашего института, но с курса выше, а второй из техникума. Водитель тоже сидеть не стал, а забрался в кунг и принимал груз, укладывая его внутри. В результате выехали только в десять часов. Добрых два часа ушло на погрузку, потом еще водила бегал оформлять путевые документы.

Ехать нам долго, порядка 700 километров, тем более на КрАЗе особо не разгонишься, так что на месте будем только к ночи. В кабине только два человека — я и водитель, остальные практиканты остались в Ягодном — их в другие места направляют. В Сусумане перекусили в столовой, затем свернули на Тенькинскую трассу. Я, признаться, в этих местах раньше не был, но в целом пейзажи совершенно привычные, все также по обочинам мелькают сопки, поросшие редким лиственничным лесом. Трасса в основном петляет по склонам над руслами рек. Особо живописных мест не так уж и много. Грузовик ревет натужно, взбираясь на очередной подъем, а я уже клевать носом начал. Лег-то поздно, а встал рано.

— Хочешь спать, забирайся в спальник, — предложил водитель.

В принципе, почему бы и нет? Только лег головой на подушку, так ни вибрация, ни грохот двигателя не помешали, сразу же отрубился.

Ближе к вечеру опять остановились у поселковой столовой. Как по мне, на трассе вполне неплохо кормят. Многие столовые специально рассчитаны на обслуживание водителей и работают круглосуточно. Не все, конечно, но в некоторые можно даже ночью заехать и поесть. Оно и правильно, расстояния большие, автомобили идут без остановок. Странно, что мой шеф в дорогу один отправился, обычно всегда сменщик есть. Может, потому, что за день планировал обернуться? А в принципе, мне-то какая разница?

С трассы сошли у реки Тенька, поднялись по ее правому берегу, потом еще вверх по одному из притоков. Последние километров тридцать по грейдеру добрый час ползли. Все же КрАЗ — машина мощная, но на ней не разгонишься, еще и тряска и грохот достают конкретно, в КамАЗе куда комфортнее передвигаться.

— Ну, все, на базу приехали, сейчас разгрузимся и можно отдыхать, — устало произнес водитель.

* * *

Работа, конечно, тяжелая у нас. Почти целый день на ногах, причем не по дороге идем, а то вверх, то вниз, по зарослям, галечным осыпям. Обследуем долины ручьев. Ну, и постоянно в воде копаемся, промывая лотки. Основная цель — золото, но и что другое попадется, тоже неплохо. Скальные обнажения тоже приходится обследовать и шурфы бить. К вечеру так намаешься, что до лагеря бы дойти, да отрубиться.

Быт походный, в партии десяток человек, одни мужчины. Один остается в лагере, кашеварит, стирается, другими работами по хозяйству занимается. Что-то вроде выходного получается, потому как ноги бить не нужно. Работаем без выходных, сезон на Колыме короткий, время терять нельзя.

Кроме начальника партии, есть еще один геолог, он вроде как заместителем считается. Еще есть практикант, но из техникума, теперь нас двое молодых. Остальные мужики простые работяги. Народ разные, половина уже имеет опыт работы в геологических группах, остальные новенькие. Работа, как я сказал, тяжелая, поэтому желающих не так и много, приходится брать кого дают, а это порой люди случайные.

Я с одним таким закусился буквально на следующий же день, как до полевого лагеря добрался на вездеходе. Мужики меня высадили, выгрузили продукты, и ушли дальше по маршруту. В лагере только кашевар у котла что-то колдует. Познакомились, он Васей представился, попросил меня воды принести. Ну, мне не трудно, сходил. Он опять с просьбой, потом опять, причем, это уже не просьбой выглядит, а натуральным приказом. Ссориться сразу не хотелось, поэтому расположился на небольшом валуне, из чехла ружье достал. Нужно почистить. Не стрелял, но оно в дороге было, так что стоит обиходить.

Снял ствол, шомпол собрал, сижу, чищу. Вася раз меня что-то попросил, второй раз. Я спокойно говорю, что занят делом и бросать его не собираюсь. Ну, этот тип меня взялся жизни учить:

— Тебе чо, сложно помочь?

— Помочь не сложно, только просьба не так звучит. Меня твоим помощником никто не назначал. А сейчас, извини, но мне нужно свое снаряжение подготовить, чтобы все было в порядке.

Думал, конфликт исчерпан, так нет, этот оборзевший тип права начал качать, мол, я молодой, должен понимать. А он человек заслуженный, это молодые должны шустрить.

— А ты кто по должности? — дружелюбно так интересуюсь.

Оказалось, простой рабочий. Да я и не сомневался.

— Ну, если уж так, то я практикант, почти геолог. Если на армейские мерки переводить, то кандидат в офицеры. Мне перед рядовым шустрить не положено.

Ох и развонялся Вася, на тему моей борзоты. Но как-то начинать знакомство с людьми с