Обходной путь - Илья Ангел

сделала глоток крепкого и обжигающего кофе, прочитала громкий заголовок на первой странице и приступила к чтению самой статьи. Беата успела прочитать пару строчек, прежде чем поперхнулась проклятым кофе, который не успела проглотить. Она закашлялась, и остатки кофе полетели на сидевшую напротив неё Жозефину, отстранённо смотревшую перед собой. Они летали на Богамы, чтобы встретиться с её потенциальным женихом, но плачевное состояние дел её отца просто не оставило девочкам Попеску ни одного шанса на удачное замужество.

— Жозефина! — Девушка вздрогнула, когда Драгош заорал, что было для него совсем несвойственно. — Откуда ты знаешь господина Гаранина? Когда ты успела с ним познакомиться? Почему он хочет встретиться со мной и всеми вами в своём родовом поместье в России? А ты, Диана? Почему ты молчала, что господин Моро оказывал тебе знаки внимания?

— Я его не знаю, — хором ответили дочери и недоумённо посмотрели друг на друга.

— Зато я знаю, — прохрипела Беата и начала обмахивать себя этой пресловутой утренней газетой. — Это катастрофа! Ужас! Кошмар! Наша семья опозорена! Правильно мне говорил отец, чтобы я не связывалась с тобой, Попеску! Надо было слушать папу, — она швырнула газету на стол и откинулась на спинку заскрипевшего стула и приложила руку к пышной груди, а её муж схватил злополучную газету и принялся читать.

— «Женщины семьи Попеску произвели фурор на главном аукционе года», — прочитал Драгош и очень аккуратно положил газету на стол, поправляя галстук, потому что воздуха в лёгких ему явно перестало хватать. — Что это? — просипел он и снова схватил газету, начиная читать статью полностью, не обращая внимания на то, что написана она была явно впопыхах. — Произвели фурор… господин Моро остался под впечатлением… Паническая атака… Чудесное выздоровление Дианы Попеску… Скрылись в неизвестном направлении… Произошла кража, подробности инцидента не разглашаются… Мы покойники, — он положил дрожащей рукой газету на стол, делая глубокий вдох.

— Папа? — Диана вскочила со своего места и бросилась к отцу, лицо которого начало краснеть, а под глазами залегли глубокие тени. — Папа, что с тобой? Тебе плохо? Надия, вызови врача! — закричала она, когда Драгош начал задыхаться.

— О, боги, как это могло произойти? И почему именно с нами? — прохрипел он, а затем вскочил на ноги и побежал в свой кабинет. — Нужно срочно связаться с ними. Моро и Гаранин не оставят от нас и мокрого места, если им сразу всё не объяснить. О, боги, за что вы так со мной!

— А она красивая, — протянула Жозефина, разглядывая фотографию своей либо полной тёзки, либо той, кто позаимствовал её личность. — Она очень красивая, неудивительно, что даже Гаранин за неё запал. Если бы я была хоть немного на неё похожа, моя жизнь явно сложилась бы удачнее, — выдохнула она.

— Надо другие письма прочитать, — перестала вздыхать Беата, выпрямляясь на стуле. — Может, эти девицы кому-то более серьёзному перешли дорогу.

— Куда уж серьёзнее Моро, — пробормотала Диана, соглашаясь со своей сестрой, разглядывая высокую брюнетку, которая украла её имя.

— Поверь мне, деточка, есть люди куда опаснее Моро, — пробормотала Беата, читая письмо, адресованное ей каким-то неизвестным английским герцогом. В письме он восхищался её красотой, умом и жёстким нравом.

— Дети мои, Беата, — провозгласил трагичным тоном вошедший в столовую Драгош. — Господин Моро настаивает на завтраке со всеми нами, несмотря на мои объяснения. Он прилетает в Будапешт через два часа. Мне кажется, у меня инфаркт, Беата, дорогая, что можно выпить?

— Мышьяк, — рявкнула госпожа Попеску, пряча письмо в карман домашнего платья. — Девочки, собираемся, мы должны выглядеть на все сто процентов, — хлопнула она в ладоши, поднимаясь на ноги. — Наши жизни в наших руках. На вашего отца, как вы видите, нет никакой надежды, так что мы должны произвести на господина Моро хорошее впечатление.

* * *

— Где мой кинжал? — орал в трубку Клещёв. Николай Штейн поморщился и отстранил трубку от уха, усаживаясь поудобнее в кресле своего личного самолёта. Клещёв названивал ему с ночи, но ответил Штейн ему только сейчас, когда прикинул план действий.

Самолёт начал выезжать на взлётную полосу — значит, пилоту наконец-то удалось получить разрешение на взлёт.

— Я тебя предупреждал, Игорь, — спокойно ответил Николай, закрывая глаза и не сдерживая облегчения. — Но ты настаивал на покупке, несмотря на все риски, грозившие твоему состоянию.

— Моему состоянию? — прошипел предводитель «Детей Свободы». — Ты истратил все деньги со счетов нашей организации!

— Которыми ты разрешил мне распоряжаться в полном объёме, — возразил Штейн, открывая глаза и поворачиваясь к иллюминатору.

Ему стало известно, что кинжал украден ещё до окончания этого паршивого вечера. Клещёв орал в трубку так, что абсолютно все гости были в курсе того, что он получил пустую шкатулку. Те мошенницы — или кем они являлись на самом деле, — просто исчезли, а Николай вместе с охраной аукциона и страховыми агентами перерыл каждый миллиметр в аукционном доме и вокруг него, но пропажу так и не нашёл. Штейн сам не понимал, каким образом кинжал могли украсть: он не сводил с него взгляда вплоть до момента отправки, а Гаранин и Моро плотно опекали предполагаемых воровок.

Николай прекрасно знал, на что способен Клещёв, особенно когда тот зациклен на чём-то и не получает желаемого. Испытывать на себе его извращённые методы наказания провинившихся у Штейна не было никакого желания, тем более что он вряд ли пережил бы подобное. Идей покойного отца Николай никогда особо не разделял, поэтому, когда запахло жареным, решение почти всех проблем пришло в его голову почти мгновенно.

— Ты представляешь, что со мной сделают инвесторы? — продолжал орать оставшийся ни с чем Клещёв.

— Игорь, мне всё равно, — выдохнул Штейн, глядя, как посадочные огни в иллюминаторе превращаются в сплошную ленту.

— Я думал, ты вложишь в аукцион часть своих сбережений, но использовал средства только общего фонда…

— А с какой стати я должен тратить свои деньги на твои хотелки? — удивился такой наглости Штейн. — Если ты не помнишь, немалая часть денег фонда и так принадлежала моей семье.

— Ты наглый, самоуверенный идиот! И ты не справился с элементарным поручением, — подозрительно спокойным голосом произнёс его собеседник. — Возвращайся, будем думать, как решить нашу проблему.

— Твою проблему, Игорь, —