Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

— Если вы о медицинской академии, Сергей Романович, то тут всё в ваших руках. А пока на выходе имеем только больницу с поликлиникой, при жёстком дефиците кадров.

— Зато какие перспективы. Я промолчу о том, чем вы меня одарили в Артуре, что позволило мне сделать имя в медицинских кругах и наработать бесценный опыт. Признаться, я не знаю как благодарить Господа за то, что свёл меня с вами. И вопрос даже не в предложенных вами новациях. Хорошо, хорошо, вычитанных вами где-то накрепко забытые рецепты и методики утраченные с гибелью Восточной Римской империи. Вы хоть сами-то в это верите, Олег Николаевич?

— Разумеется я в это верю. И вы верите, Сергей Романович, — убеждённо произнёс я.

— Ну, как скажете. Так вот, вопрос даже не в новациях, а в моём возрасте. Для старой профессуры я всего лишь мальчишка выскочка, которому следует не просто учиться, но ещё и проявлять уважение к преклонным годам своих учителей, их опыту и знаниям. Такие же замшелые кадры в своё время душили Пирогова. Нет, я не сравниваю себя с…

— И совершенно напрасно, Сергей Романович, — перебил его я. — Что я вам такого сообщил? Рассказал о свойствах мёда? Озвучил методы операций на брюшине и по трепанации черепа? Если я такой гениальный, так отчего же тогда не взялся за воплощение сам? Или хотите сказать, что в точности следовали описанным мною рекомендациям? Вовсе нет. Вы принимали их как руководство и далее уже действовали по своему усмотрению, на свой страх и риск, используя свои умения и талант. Как сказал один очень умный человек — есть одна большая разница между знать и уметь. Вы сумели воспользоваться расплывчатыми сведениями и добиться успеха. Так что, не стоит принижать свои заслуги.

— Определяющее слово здесь — знать. И я уверен, вы именно знаете, что такое возможно, куда нужно двигаться и какой результат должен получиться на выходе. Конкретно по вашей подсказке, а скорее следуя вашим указаниям, я сумел получить дегтярную мазь, которая немногим уступит мёду, но значительно дешевле него. Всего лишь год назад Альфред Эйнхорн явил миру местный анестетик новокаин, как менее чем через год вы передаёте мне методику получения схожего с ним по свойствам лидокаина. Пенициллин, над которым мы только закончили работу и вовсе нечто из области фантастики. Я не побоюсь этого слова, он совершит настоящую революцию в медицине. Не химик, не фармацевт, ни биолог, а самый обычный морской офицер и вдруг такое…

— Я это вычитал… — перебил Миротворцева, понимая, что его опять начинает нести.

Увы, но с некоторых пор его стало нести, а скорее заносить. Похоже пока нужно было спасать жизни раненых, ему было не до того. А может причина в слишком уж большом количестве выдаваемых мною новинок, критическая масса которых перевалила все существующие у него допуски. Вот и прорывает Сергея Романовича.

— Где? Где вы это вычитали, Олег Николаевич? — в который уже раз начал распаляться он. — Назовите пожалуйста источник, или хотя бы библиотеку, книгохранилище, музей, частную коллекцию, я сам перелопачу там все в поисках доказательств вашей правоты. Только боюсь, что мои поиски будут безрезультатными.

— Значит мне было откровение свыше, — равнодушно пожал я плечами, уже не в первый раз сомневаясь в том, что поставил на верную лошадь.

— Я атеист и в подобное не верю, — отрицательно покачал головой Миротворцев.

— Тогда я гений.

— Интересно, перед сколькими вопрошающими вы прибегали к подобной отговорке? — он склонил голову набок.

— Значит я пришелец из будущего и всё это мне известно доподлинно. Но только в общих чертах, без конкретики, и для достижения успеха вам тут приходится до всего доходить своим умом.

— И такое объяснение подходит больше всего. Только это звучит ещё более фантастично, чем откровение свыше, — с разочарованной миной, произнёс он.

— В таком случае, Сергей Романович, просто примите мои рекомендации качестве руководства к действию, какими бы ни были их источники, и просто работайте. Больше мне нечего вам сказать, — вновь пожал я плечами.

— Николай Оттович посоветовал мне поступать так же. Сказал, что после прорыва из Артура он просто перестал задаваться вопросами, и принимал ваши слова к сведению, не без сомнений, но в то же время с уверенностью в успехе.

Ну что тут скажешь. Спасибо Эссену, помощь которого я ощущаю уже не в первый раз. Крепко же он в меня поверил. И это при том, что Николай Оттович ни разу не обделён самолюбием и является карьеристом, в хорошем смысле этого слова. В известной мне истории он отказался отправляться в плен, и подписал обязательство о неучастии в войне, после чего отправился в Питер продолжать строить карьеру.

Здесь и сейчас, оказавшись на слуху у императора, выступил с предложением по модернизации строящегося броненосного крейсера «Варяг». При этом представил чертежи и расчёты, основываясь на моих выкладках и рекомендациях. Сейчас уже находится в Англии, и надзирает за строительством будущего флагмана балтийского флота.

— Послушайте, Сергей Романович, может хватит уже метаться из крайности в крайность. Вы порой принимаете мои советы как должное, но в какой-то момент начинаете бунтовать, как подросток пубертатного возраста. То в вас говорит прагматик до мозга костей, то вы вдруг становитесь до невозможности щепетильным. А между тем вам просто нужно задаться вопросом, сколько жизней вы сможете спасти используя мои подсказки. Всего лишь подсказки, а не готовые решения. И ещё. Пусть ваша совесть будет спокойна, я ни у кого и ничего не краду. Вспомните ваши сомнения относительно лидокаина. Вы не желали заниматься разработкой этого препарата будучи уверенным в том, что я спёр наработки новокаина у господина Эйнхорна.

— Я ошибся, но…

— Никаких но, Сергей Романович. Вы или верите мне и мы работаем вместе, или идёте своим путём. Только прежде чем принять это решение, подумайте над тем, сколько жизней вы сможете спасти, если прекратите эти пустые метания и станете просто работать.

— Но согласно заключённого с вами договора, я не имею права обнародовать свои исследования.

— Так вот что вас беспокоит. Вам хочется славы? Спешу вас успокоить, согласно всё того же договора, все ваши открытия вашими и остаются. С началом производства препаратов концерном вы сможете сделать целый ряд публикаций по вашим открытиям. А через два года продавать лицензии на производство созданных вами лекарств.

— Да,