Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

— именно в таком порядке — были превыше всего. Что её жизнь в сравнении с этим? Гордая дочь страны самураев выполнит свой долг — и даже если дома никто не узнает о её подвиге, предки будут гордиться гордой дочерью своего народа, до конца следовавшей зову своего долга.

Огненный крылья, поначалу обнявшие Хельгу подобно кокону, были разведены в стороны. Вспыхнувший вокруг неё пламенный барьер рухнул под сдвоенным ударом пары Младших Магистров — и нагината, окутанная Сиянием Стали, устремилась к девушке. Победа японки была близка, очень близка…

Вот только в самый последний момент прямо перед ней, загородив Хельгу, приземлилось поджарое, закованное в костяную броню тело одной из охранниц девушки. Когтистые лапы, окутанные буквально сгущенными до твёрдого состояния фиолетовыми молниями, словно перчатками, вцепились в лезвие нагинаты, и Норико с бессильной яростью ощутила, как Сияние Стали, сильнейшая её техника, трещит по швам и стремительно теряет стабильность. Контакт ладоней защитницы и лезвия нагинаты продлился лишь краткий миг, не более, но даже этого хватило, что бы сбить атакующий напор и развеять изрядную часть заключенной в чары мощи. И пусть платой за это стали рухнувшие на перепаханную, истерзанную столкновениями боевой магии землю ладони странного существа, вставшего на её пути — это было весьма слабым утешением для волшебницы.

Ибо с полным ярости криком блондинки огненные крылья сделали взмах — и волны оранжево-синего пламени смели её врагов, окончательно упокоив обоих Младших Магистров. Саму Норико защитило Сияние Стали, вернее его остатки, окутывающие женщину и принявшее на себя всю мощь разбушевавшейся стихии… Однако падая на землю и отмечая, как её сознание медленно затухает, она отчетливо понимала — больше она глаз не откроет. Схватка проиграна.

И она, Норико Тайра, подвела свой Клан…

Глава 23

Разумеется, моих людей пришлось оставить за пределами особняка Серовых, в котором и проходило само собрание. Гвардейцев проводили в выделенные им помещения люди хозяев городка, но о них я не волновался — традиции гостеприимства в этих краях блюлись свято. Больше, чем в Сибири, с этим вопросом заморачивались лишь на Кавказе, где сии правила имели многотысячелетние корни и образовались не просто как дань традициям, но как институт социального доверия к соседу, без которого нормального сосуществования им было попросту не выстроить хоть сколь-либо приемлемую схему взаимодействия. Ибо там, в отличии от Сибири, народу было много, а земель — мало…

В общем, в том, что моих людей достойно разместят и не обидят, я был уверен полностью. Что не помешало мне опоздать на десяток минут, лично проследив за тем, куда их отправят и каковы там будут условия — я их господин, я несу за них ответственность, и достойные условия для моих воинов меня интересовали, откровенно говоря, больше чем мнение окрестных аристократов о моей пунктуальности. Впрочем, любой вменяемый боевой командир бы со мной полностью согласился…

Когда я явился в зал собрания, ещё ничего не началось. Десятки небольших столиков на одного человека, на которых стояли кувшины и широкие чаши — что бы у присутствующих была возможность промочить горло. Рассадка тоже была заранее запланирована — все самые влиятельные аристократы сидели в первом ряду, за ними чуть менее богатые и сильные, и так далее — до самого конца, где примостились несколько десятков Мастеров. Главы слабейших Родов, надо полагать…

А впереди, отдельно ото всех, стоял отдельный стол-трибуна, не небольшом возвышении. Пока не занятый — насколько я понял, с него полагалось говорить выступающим перед всеми прочими. Моё место оказалось в первом ряду — и не просто первом, но ближе к центру. Строгая иерархия в зависимости от сил и влияния Рода… И даже неприязнь, которую ко мне вполне обоснованно должны были испытывать Серовы, не заставила их пойти на умаление Рода Николаевых-Шуйских. Всё же когда в задницу клюет горячий петух, относительно мелкие обиды предпочитают забыть до времени…

Первым выступающим оказался сам Глава Серовых, на правах хозяина данного собрания.

— Как вы знаете, ситуация на наших границах складывается не самым приятным образом. Не буду долго рассусоливать и напоминать вам причины происходящего — едва ли здесь имеется хоть кто-то, незнакомый с данными обстоятельствами. Хочу лишь высказаться в сухих цифрах…

Первая половина собрания прошла довольно предсказуемо. Затянутое действо, где каждый из присутствующих здесь Глав Родов отчитывался о положении дел в его Родовых землях, о проблемах с участившимися на порядки атаками засевших в лесах кочевых племенах, что подтянули свои силы к нашим границам, перечислении имеющихся сил и потоке жалоб на то, что собственных сил и выделенных Имперской Стражей сил едва хватает на оборону своих земель… А зачастую и не хватает вовсе, вынуждая бросать приносящие ощутимые доходы и весьма необходимые сейчас стране шахты с различными магическими ресурсами, рощами магических деревьев и делянок с алхимическими растениями, не говоря уж о почти прекратившейся добыче столь важного и необходимого ресурса, как органы, шкуры и кости магических тварей.

Но сказать, что это было бесполезной тратой времени я тоже не мог. Выслушав обо всём происходящем из первых уст, я понял, что у меня дела идут ещё относительно неплохо… Даже отлично, надо сказать. Для фактической защиты своих территорий мне с лихвой хватало моей до неприличия (по косым взглядам во время моего доклада стало ясно, что именно этот термин мысленно использовали про себя слушавшие меня аристократы) гвардии. Три с лишним тысячи бойцов, среди которых любой рядовой боец мог посоперничать со слабым Учеником по боевым возможностям, а каждый маг второго ранга мог поспорить с чародеями на ступень выше за счет своей экипировки и артефактов, надежно хранили рубежи моих земель.

Отсюда мне, кстати, и стала ясно, почему столь много беженцев осело именно у меня. Всё было просто — в иных краях риск умереть от зачарованной стрелы с костяным наконечником, боевого заклятия или магии выпущенных на охоту шаманами духов был куда выше. И потому у меня наблюдался явный избыток беженцев, которым не хватало провизии… Оказывается, по хорошему их у меня должно быть едва ли не втрое меньше, и тогда никаких проблем с голодом бы не было — ибо выделялись запасы провианта всем по некоему принятому в ставке Павла Александровича плану. Согласно которому у меня должно жить не более тридцати тысяч поселенцев вместо более чем сотни… Надо будет разобраться с обнаглевшими бюрократами — кто-то явно приворовывает недополучаемые мной семьдесят процентов поставок, весьма удобно устроившись. Как только закончится собрание, я отправлюсь прямо