"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 - Николай Владленович Басов

— Олег Николаевич? — окликнул меня Снегирёв.

Он у меня сейчас как за водителя, так и за старшего среди телохранителей. Впрочем, автомобиль остался во Владивостоке, а с прокатом тут пока никак, от слова совсем, поэтому о первой должности можно не вспоминать.

— Отправишь Ефима, пусть найдёт две пролётки. Я с ним и Николаем к Циолковскому. А ты с Андреем и всеми вещами в гостиницу, где в прошлый раз останавливались.

— Принял.

С транспортом проблем не возникло. Иное дело, что стоит жара и сушь, а потому стоило съехать с мощёных улиц, как за пролёткой потянулся шлейф пыли, которая доставала и до нас. Эх, где мой ВАЗ-03. Первая модель с открытым салоном и поднимающимся верхом, вторая в грузовом исполнении, третья кузове лимузин. И получилось просто отлично.

Я оседлал опытный образец в зиму и успел оценить как отсутствие сквозняков, так и работоспособность печки. Реально находиться внутри в обычном пиджаке, при серьёзном минусе за бортом. А отсутствие сквозняков конечно же сказалось и на отсутствии пыли. Понятно, что она всё одно проникает через открытые окна, но это не идёт ни в какое сравнение с открытым салоном.

— Здравствуйте, Олег Николаевич, — радостно-возбуждённо приветствовал меня учёный самоучка, изобретатель и конструктор.

Сияет как начищенный пятак. Впрочем, имеет право, чего уж там. Понятно, что ещё не завершены полный спектр ходовых испытаний, проверка конструкции на прочность, выискивание болячек и конструктивных просчётов. Но это всё доводка изделия, главное это то, что дирижабль теперь не плод воображения своего создателя и не голые теоритические выкладки, а изделие воплощённое в металле.

— Здравствуйте, Константин Эдуардович. Позвольте лично поздравить вас…

— Нет-нет-нет, — замахав руками перебил меня он. — Вот убедитесь лично в том, что «Стриж» не разочаровал вас как заказчика, тогда и будете поздравлять. Признаться, я пока не уверен, что вас всё устроит, так как лишь использовал ваши рекомендации, но не всегда им следовал.

Кокетничает, мужик. Уверен в том, что создал едва дли не совершенство где докопаться попросту не к чему. Как ни старается, а его сейчас буквально переполняет гордость. Ну и ладно. Пусть пока поважничает.

— Ну что же, обожду пока доберёмся до лётного поля. Но если верить газетам, вы совершили уже с десяток полётов, каждый из которых привлекает всё большее внимание как прессы, так и зевак, толпы которых растут раз от раза.

Вижу, что ему эти слова приятны, как окрыляет его и слава. Уверен, что с ним уже успели связаться и представители научных кругов, осыпая его поздравлениями. Возможно даже он не удержался и от посещения своих критиков и злопыхателей. В газетах просматривались лишь намёки на это.

В свой рабочий кабинет он меня не потащил, решив поговорить сразу на лётном поле, так сказать, предметно. Я и не подумал возражать. Время уже к одиннадцати, а мы успели позавтракать в вагоне-ресторане, хозяин так же не выказывал желание оказаться за обеденным столом, от традиционной чашки чаю я отказался.

Так что, не прошло и получаса, как мы уже были за городом и я взирал на получившийся у Константина Эдуардовича дирижабль. Этот аппарат всегда ассоциировался у меня с сигарообразной формой и крестообразным оперением. Увиденное же разительно отличалось. Вообще-то, я сам предложил такую форму, но одно дело воображение и совсем другое видеть воочию.

«Стриж» сразу приковывал к себе внимание. Он и впрямь походил на эдакого полосатого кита, из-за продольных складок гофрированного металла. Длинна в сорок семь метров, ширина в двадцать четыре и высота в девять Двойной хвост, пара крыльев с двигателями, не столь уж длинных, для такой туши, но увеличивающих как габариты по ширине, так и подъёмную силу. Основная её часть приходится на плоское дно. Ходовая рубка находится в скошенном носу, что способствует направлению воздушного потока вниз, и в свою очередь взлёту. Вдоль борта аппарата проходит гофрированная полоса, способствующая увеличению и уменьшению объёма при расширении сжатии газа.

Покоится дирижабль на шасси, которое на фоне его габаритов смотрится несерьёзно. Но это только на первый взгляд, ведь основную нагрузку компенсирует водород. При максимальной загрузке давление на грунт составляет не более тонны, а сейчас он и вовсе пустой, убери крепление сам взлетит. Плюсом к этому парусность у «Стрижа» закачаешься, и чтобы его не унесло, он закреплён на поле растяжками.

Красавец! Просто красавец! И плевать на переплату, главное, что мои опасения по поводу способности Циолковского управиться с поставленной задачей оказались беспочвенными. Мало ли, что в реальности его опытный образец поднялся в небо. Случилось это через тридцать лет, при технологиях ушедших далеко вперёд. Но он справился!

На территории старых складов на окраине Калуги, ему пришлось развернуть самое настоящее производство. Он поставил временный эллинг из парусинового шатра на высоких мачтах. Множество комплектующих и оборудование приходилось заказывать на стороне, да ещё и приплачивать за срочность, на что я дал ему зелёный свет.

Суворов помог нанять стоящего управляющего, который умел не только распоряжаться со средствами, но и вести дела с подрядчиками. Сам Циолковский тут пожалуй наворотил бы дел и не добился бы таких результатов. Кроме того, Константин Эдуардович бросил клич среди своих единомышленников и учеников.

На сегодняшний день тут трудится сотня квалифицированных работников различных специальностей. Готовый костяк для будущего авиационного производства во Владивостоке. Остаётся лишь сделать так, чтобы они перебрались на Дальний Восток, ну и перебросить туда все эти станки и оснастку, которые успели тут наворотить за мой счёт. Пригодится.

— Впечатляет? — не без гордости, спросил Циолковский.

— Восхищает, Константин Эдуардович, — кивнув, согласился я. — Мне уже хочется поднять его в небо.

— На сегодня запланирован очередной полёт с экспертной группой на борту. Мы всегда так делаем, ждали вашего приезда, чтобы так сказать приурочить. Потому что после каждого вылета минимум двое суток обследуем весь дирижабль на предмет выявления возможных неисправностей и дефектов.

— Правильный подход. Я даже попенял бы вам за первый полёт под нагрузкой без должного опыта. Вам следовало… Кхм. Прошу прощения. Похоже вы уже сами поняли как вам следовало действовать и разработали на будущее соответствующий регламент, — осёкся я, видя как учёный тихо закипает и сдерживается только из уважения к моему положению.

Ну право, судите сами. Перед пятидесятилетним мужем, признанным авторитетом и учёным, стоит двадцатилетний сопляк и поучает его уму разуму. Я может ещё и в ухо съездил бы. И как-то плевать на то, что молодой человек