Смертник - Сергей Александрович Плотников

В общем, я посвистел и подождал с четверть часа, пока из темноты ко мне не выскочили два пушистых красавца.

Честно говоря, сырье, с которого я начинал, было дохловатое — отощали волки за зиму. Но я немного поработал с их экстерьером. Мышечную ткань пришлось добавлять от свиней и собак, но ничего, итог все равно симпатичный вышел.

Волки не уставились на меня, пытаясь прочесть команду и настроение по моему лицу, как делают живые собаки. Просто замерли на расстоянии вытянутой руки, глядя перед собой. Я вытащил передник Юльнис, взятый из лаборатории.

— Ищите, — сказал я. — Задержите. Не убивайте. По возможности — не раньте. Если кто с ней, того можете убить.

Волки умные, после некромантской обработки они способны понимать даже такие сложные команды.

На самом деле злость на Юльнис кипела во мне, и я вовсе не был уверен, что не убью ее самолично, когда найду. Но я все еще допускал, что, быть может, эту дурочку кто-то сильно обманул, наговорил обо мне с три короба чего-то плохого — скажем, убедил, что я сам поджег дом ее отца. Или что-то в этом духе. А это все-таки дохленькие, но смягчающие обстоятельства. Или, может быть, ее запугали?

Однако волкам отдал приказ пощадить ее даже не поэтому. Скорее, мне было жаль своих усилий. Столько возился — а они возьмут и порвут?

Отправив химер, я вернулся немного назад, на лесную тропинку, где привязал лошадь. Это была обычная деревенская лошадка, в лес на эльфийскую территорию я ее никогда с собой не брал и к некрохимерам не приучал, так что волков она бы испугалась. Там я погладил Звездочку-два по шее, вскочил в седло.

Зажег на ладони огонек, чтобы ей было лучше видно. Лошади видят в темноте, но не так хорошо, как те же волки или коты.

— Давай, дорогая. Пошла.

Мы успели выехать на центральную дорогу, которую местные громко называли трактом, — а на самом деле чуть более натоптанную тропу через лес, по которой относительно свободно (летом) могла проехать груженая телега.

И тут ко мне вернулся один из волков. Потыкался в ногу.

— Нашел? — спросил я.

Волк коротко тявкнул.

— Тогда веди.

Я думал, второй волк остался стеречь Юльнис и, возможно, сопровождавших ее алхиимиков. Допустим, они на привал расположились… хотя что-то слишком близко от деревни. Но оказалось, все было проще. Второй волк стерег мертвое тело девушки, которое даже спрятали не очень старательно. Так, оттащили от дороги немного в лес и прикрыли ветками.

Впрочем, в темноте да если у поисковой партии нет времени или лишних людей, наверняка бы не заметили. Пока пахнуть бы не начало. И то, может, лесные звери нашли бы раньше.

При свете собственного огонька я осмотрел девушку.

Ее не раздели и, похоже, не изнасиловали. Просто перерезали горло, подойдя сзади. Чистая, аккуратная рана. Лицо Юльнис казалось спокойным и мирным, будто она в самом деле спала — и выглядела особенно красивой. «Перед допросом придется срастить голосовые связки», — подумал я без особых эмоций.

Но пока я допрашивать девушку не стал. Поднять настолько свежее тело (а ее убили не больше часа или двух назад) — дело пары минут даже с моей дохлой пропускной способностью. Но допрашивать наскоро поднятого — семь потов сойдет, час придется продираться через путаные ответы и подбирать формулировки, которые сможет нормально обработать немертвый мозг. Мне интереснее было добраться до алхимиков.

О чем ты думал, Бредан Кейгарт, «дядя Бредан»? Почему убил дочь своего приятеля, за которую когда-то думал выдать то ли сына, то ли племянника?

Что ж, скоро я получу ответ на этот вопрос.

Глава 14

Когда вроде бы все хорошо

Алхимики не останавливались на ночь, резонно ожидая, что после того, как они покинули деревню, спалив один из домов, их кто-то может преследовать. Волки догнали их на марше. И выполнили мой приказ: задержать, если получится — убить. Но при этом приоритизировать собственную шкуру. Этих алхимиков я рано или поздно все равно достану, я знаю, кто они такие и где живут. А вот волков таких замечательных попробуй еще сделай!

Так что когда я догнал алхимиков на тропе, они сперва чуть ли не с облегчением бросились ко всаднику с факелом.

— Добрый господин! — услышал я голос Бредана Кейгарта издалека. — Осторожнее! Тут волки, целая стая!

Две химеры, которыми командует некромант, вполне могут создать у путников впечатление, что их целая стая! Это не львы, конечно, которые умеют направлять свой рык по земле так, как будто он звучит совсем из другой точки, но в темноте им достаточно просто быстро и бесшумно бегать.

— Хозяин, осторожно! — крикнул один из «подмастерьев». — Это же!..

Но договорить он не успел, потому что мое металлическое копье наконец-то прошло свое боевое крещение.

Это копье я давно испытал в лесу, на трухлявых пнях и тому подобных снарядах. Но в деле пока не использовал. Хранил в лаборатории, и Юльнис на него не польстилась: что делать с тяжелой железной палкой, пусть даже дорогой? Это мне она влетела в двадцать, что ли, серебряных, а продать такое — только по цене лома.

И вот теперь узкая огненная струя, вырвавшись из «сопла» моего копья, буквально пронзила алхимического подмастерье! То есть на самом деле прожгла у него в животе солидную дыру, но поскольку пламя — точнее, сгусток раскаленной плазмы — вылетело очень быстро, это было похоже на нечто среднее между выстрелом из боевого лазера и атакой лазерным мечом.

Тело полетело с лошади, лошадь заржала, встала на дыбы и кинулась наутек. Не могу ее за это обвинять. Моя лошадка тоже испугалась бы, если бы я предусмотрительно не надвинул ей на глаза шоры. Вот уж к чему-чему, а к шорам она привыкла. Однако, даже несмотря на них, Звездочка-два забеспокоилась, попыталась дернуться — и успокоилась только благодаря знакомому бодрящему вливанию Жизни. Это такой аналог похлопывания по шее, только круче.

Второй «подмастерье», однако, не потерял присутствие духа и вскинул арбалет, очевидно, собираясь стрелять на свет. Тогда как Бредан тоже развернул свою кобылу и поддал жару.

Что ж, он забыл про волков!

Струя огня из моей левой руки лишила арбалетчика возможности целиться, потому что лошадь перепугалась насмерть и встала на дыбы, так что