Лекарь из Пустоты. Книга 4 - Александр Майерс

— Сделаем, — кивнул тот, после чего достал бумаги по эликсирам.

Производство «Бодреца» и «Лунной росы» продолжало расти. Новый цех возле усадьбы вышел на полную мощность, городской цех тоже наращивал объёмы. Поставки основы князю Бауму увеличились вдвое, и наш эликсир уже вовсю продавался в европейской части России.

— Баум просит ещё больше. Говорит, спрос превышает предложение, — добавил Дмитрий, когда мы пробежались по цифрам.

— Сможем? — уточнил я, прикидывая в уме запас нашей производственной мощности.

— Если запустим третью линию — да. Но нужны инвестиции.

— Вложим те самые средства, что поступают от продажи основы Бауму. Прибыль пока что на втором месте, главное — развитие, — ответил я.

Лев Бачурин, который по праву занял пост главного технолога, тоже не сидел без дела. Он разрабатывал новые формулы, экспериментировал с ингредиентами, искал способы улучшить существующие продукты.

Мы запустили ограниченное производство эликсира «Щит», изобретённого Львом во время войны. Пока что он создавался только для внутренних нужд, а часть мы поставляли Строговым и Курбатовым.

И, конечно, «Боец».

Усиленная версия «Бодреца» для военных была готова к массовому производству. Как и «Щит», пока он создавался лишь для нас и союзников. Но я уже раздумывал над расширением рынка.

Продавать его другим дворянским родам — сомнительная затея. А вот если поставлять короне… Это совсем другое дело.

И судьба сама подкинула шанс.

Однажды вечером мне позвонил Гордей Васильевич. Мы немного поболтали о разном, после чего Строгов перешёл к делу:

— Послушай, Юрий, я хочу предложить кое-что. Что скажешь, если я представлю твой «Боец» своим знакомым из Министерства обороны? — предложил он.

— С какой целью?

— Что значит с какой? Хочу помочь тебе выйти на государственный контракт! Уверен, генералы заинтересуются возможностями твоего эликсира, — ответил Гордей Васильевич.

Я задумался. Министерство обороны — это совсем другой уровень. Огромные объёмы, стабильный доход, плюс протекция короны над нашим бизнесом. Но есть и минусы — бюрократия, проверки, возможные утечки формулы.

— Хорошо, я согласен. Но с условием — представлять эликсир я буду сам, — подумав, ответил я.

— Думаю, мы это с лёгкостью устроим. Но организация презентации займёт время, сам понимаешь.

— Конечно. Я никуда не тороплюсь, — согласился я.

Через несколько дней мне пришло письмо от Краснова. Он, видимо, выступал формальным лидером их троицы. В письме Игнат Владимирович осторожно поинтересовался, не успел ли я подумать над их предложением.

Поразмыслив немного, я пригласил их к себе в усадьбу следующим утром.

Они приехали все втроём, как и в прошлый раз. Те же костюмы, те же выражения лиц. Будто и не уезжали.

Мы опять расположились в гостиной. Слуги подали чай, но никто не сделал ни глотка, все выжидающе смотрели на меня. Поэтому я без предисловий начал:

— Господа, я обдумал ваше предложение.

Они напряглись.

— Я готов принять вас под своё покровительство.

Краснов выдохнул с облегчением. Аврамов улыбнулся. Орехов сохранил невозмутимое выражение лица — видимо, ожидал продолжения. Умно.

— Но на определённых условиях, — добавил я.

— Мы слушаем, — сухо произнёс Орехов.

— Вы не просто принесёте клятву верности. Вы передадите мне в управление часть своих ключевых активов.

Троица переглянулась, и Краснов уточнил:

— Каких именно?

— Вашу скотоферму, Игнат Владимирович. Вашу транспортную компанию, барон Аврамов. И ваш кирпичный завод, барон Орехов, — перечислил я.

По комнате прокатилась волна напряжения. Я попал точно в цель — назвал именно те активы, которые являлись ключевыми для каждого из них.

— Это… серьёзное требование, — осторожно сказал Аврамов.

— Я ничего у вас не отбираю. Активы останутся вашими, я лишь буду управлять ими через доверенных людей и получать небольшой процент прибыли — скажем, пять процентов с каждого. Мне много не надо. Но решения по этим активам будут приниматься с моего одобрения. Я и мои люди должны будут введены в совет директоров.

— Зачем вам это? — прямо спросил Денис Олегович.

— Гарантии. Вы были вассалами Мессинга и вышли из войны, когда он ещё сражался. Я не осуждаю — это было разумное решение. Но мне нужна уверенность, что со мной такого не случится, — честно объяснил я.

Орехов медленно кивнул, и в комнате повисла тишина. Бароны переглядывались, как бы молча совещаясь.

— Это довольно жёсткие условия, — наконец, сказал Краснов.

— Скажу откровенно: других не будет. Ваша лояльность под вопросом, и потому я принял такое решение. В дальнейшем, если мы станем друзьями, условия могут быть пересмотрены, — ответил я.

— А что получим мы? — прочистив горло, спросил Аврамов.

— Защиту. Стабильность. Новые контракты. Возможность развивать свой бизнес под крылом сильного сюзерена. И, если будете служить верно, мы станем развиваться, становиться сильнее и богаче все вместе, — заключил я.

Снова молчание. Краснов хмурился, поглаживая бороду, Аврамов нервно теребил запонки, Орехов что-то просчитывал в уме.

— Нам нужно посовещаться, — сказал, наконец, Денис Олегович.

— Конечно. Ваше право, — я демонстративно налил себе чаю.

Они отошли в угол комнаты и зашептались. Я слышал обрывки разговора — «слишком много», «а что мы хотели», «другого выбора нет»…

Через пять минут они вернулись.

— Мы согласны, — объявил Краснов от имени всех троих.

— Отлично. Мой адвокат подготовит всё необходимое. Думаю, обойдёмся без торжественной церемонии присяги и просто подпишем документы, что скажете? А потом организуем совместный ужин, — предложил я.

— Как скажете… господин, — кивнул Орехов.

Мы пожали руки. Бароны, конечно, понимали, что отдали мне рычаги контроля над собой. Но понимали и то, что альтернативы у них особой нет. Рано или поздно другой графский род захочет взять над ними контроль, и это может оказаться не слишком приятно. Даже болезненно, во многих смыслах.

Когда они ушли, я связался с Некрасовым.

— Вячеслав Андреевич, они согласились. Готовьте бумаги.

— Прекрасно. И ещё — я уже подал заявку на графский титул в Совет родов. С тремя вассалами и вашими нынешними владениями Совету отказать вам будет сложно. Так что ваше прошение с большой долей вероятности попадет на стол к его императорскому величеству, а дальше все будет зависеть от него.

— Отлично. И ещё кое-что — подайте заявку на субсидии на лечение малоимущих. Клиника начала работу, нам это понадобится.

— Да, я помню про это, Юрий Дмитриевич. Мои помощники изучают детали, скоро всё будет, — пообещал адвокат.

Я повесил трубку и улыбнулся. Ну