Путь строителя 6 - Алексей Ковтунов

шерсть слиплась от крови. Клыки длинные, в ладонь, и на концах действительно поблескивала желтоватая жидкость. Ядовитый, значит. Не смертельно, скорее всего, от барсучьего яда люди не мрут, но лихорадку и воспаление схлопочешь на несколько дней.

Выпрямился и вытащил стрелу. Обтер наконечник о мох и убрал в колчан. Потом посмотрел на Тобаса, и на этот раз задержал взгляд.

— Топор-то внизу лежал. Прямо у корней.

Тобас промолчал. Скулы напряглись, на шее проступила жилка, но он промолчал, и Вельт не стал продолжать. Все и так понятно, слова тут лишние, и мальчишка сам все прекрасно понимает. Это видно по тому, как он прячет глаза и сжимает кулаки на коленях, и по тому, как белеют костяшки пальцев.

— Собирайтесь, — коротко бросил Вельт и развернулся в сторону деревни. — И топор не забудь.

Пошел обратно тем же мягким шагом, не оглядываясь. Староста будет недоволен. Не тем, что Тобас испугался, страх штука естественная, а тем, что не смог его побороть.

Глава 9

Вот вроде бы и нападение не сказать, чтобы было особо серьезным, но впечатлений оставило на месяц вперед. Раненые есть, убитых нет, и на этом спасибо всем, кто держал строй и не побежал. Гвардейцы Кральда отработали так, что даже придраться не к чему, а ведь я обычно нахожу, к чему придраться, профессиональная деформация из прошлой жизни. Причем даже не вслух, а просто анализируя произошедшее. С дивана-то оно всегда виднее.

Но вот что не дает покоя, так это мысль о том, что могло бы случиться, не окажись здесь Кральда с его людьми. Прокрутил в голове все заново, только без латных всадников с рунными клинками, без ровного строя у ворот. Деревенские мужики с топорами и вилами, кое-кто с луком, Больд с бревном, от которого толку чуть меньше, чем вреда.

Кейн один навел бы шороху, но Кейн один. Староста силен, но он тоже один, и руководить, и драться одновременно не получится ни у кого, только у Кральда. Ладно, есть еще Гундар, и пара десятков охотников ступенью пониже, они бы тоже могли дать зверью гари, но даже так, картинка вырисовалась паршивая. Собственно, потому я ее аккуратно сложил в память, чтобы доставать всякий раз, когда захочется присесть и отдохнуть.

Ворота нужны срочно, даже срочнее, чем я думал вчера. Зверье приперло через проем в частоколе и через незащищенный вход, а будь там нормальные ворота с засовом, половина проблем решилась бы сама собой. Ну и лазарет, разумеется, потому что каждый раненый, лежащий на лавке у Эдвина, это потенциальный защитник, которого мы не можем поставить в строй. А защитники лишними не бывают, тут математика простая и жестокая.

Утром первым делом побежал на башни. Не потому что соскучился по бетону и кирпичу, хотя и это тоже, а потому что после вчерашнего мужикам требовалось что-то помимо инструкций. Людям нужно видеть, что кто-то рядом, кто-то двигается, кто-то уверен в завтрашнем дне, пусть даже эта уверенность процентов на семьдесят состоит из чистого упрямства.

Собственно, думал с собой кирпич взять, который с тремя рунами, но в горне пока еще горячо. Дагна вчера приступила к обжигу только под вечер, потому остыть он к утру не успел. Видимо, была занята с детьми, успокаивала их. А может и Больда успокаивала, ему-то не дали даже подраться толком. Ничего, вечерком все починю, там не к спеху.

Около башен уже возились несколько человек, но без особого энтузиазма. Ковырялись в растворе, перекладывали кирпичи с места на место. Один мужик вот уже минуту держал кирпич в руках и смотрел на него так, будто пытался вспомнить, что с ним делать. Понятно, вчера все увидели, что стены не просто строятся, а вполне могут понадобиться для выживания, поняли, что один неверно положенный кирпич может стоить жизни сотням людей, и от этого осознания руки не ускоряются, а замедляются.

— Пойдемте, кое-что покажу, — махнул рукой и повел их к воротам.

Тушу зубра уже разобрали полностью. Мясо растащили, шкуру сняли, кости оприходовали, и от зверя, который вчера с разбегу влетел в мою башню, остались только массивные копыта, валяющиеся кучкой у стены. Странно, что их еще не забрали, копыта тоже штука ценная, из них и клей варят, и инструменты делают. Впрочем, руки до всего не дошли, к обеду наверняка и их приберут.

Я бы себе забрал, причем еще вчера, но у меня рук вообще всего две, а дел при этом несколько десятков. Так что не буду уж жадничать, рога и так себе забрал, но пока не удосужился посмотрет повнимательнее что они из себя представляют. В любом случае, основа в них есть, стухнуть не должны, а потому я вполне спокоен.

— Видите? — обвел рукой то, что осталось от зубра, и показал на вмятины в кладке первого этажа, откуда вчера торчали рога. — Вот что наши стены сделали. Зубр с разбегу врезался в башню и не прошел. Стена выдержала, тварь нет. Ваши руки это построили, ваш раствор, ваш кирпич. Так что давайте продолжим, пока стены не стали еще крепче.

Мужики помычали что-то невразумительное, потоптались, но за работу взялись. Один подхватил лопату, второй полез на леса, третий принялся месить раствор, и пошло-поехало. Не скажу, что прямо бросились с утроенной энергией, но скорость заметно прибавилась. Одно дело слышать, что стены прочные, и совсем другое видеть, как тонна разъяренного мяса разбилась о кирпич и осталась лежать. Наглядная агитация работает лучше любых слов, это и в прошлой жизни было так, и в этой ничего не изменилось.

Тонна мяса… Может, тогда раз мера длины это хорги, то сделать вместо грамма миллибольд? Так, всё, надо меру знать. Хотя и забавно будет, если сойдется так, что кубический хорг воды будет весить как раз как Больд, ведь именно в этом прелесть нашей привычной и всеми любимой метрической системы… Ладно, всё, точно отвлекся, а сейчас не до того.

Собственно, сразу возвращаться к лазарету не стал. Сам решил поприсутствовать на обеих башнях, помогал по мере возможности. Где кирпич подогнать, где раствор разровнять, где подсказать, в каком порядке ставить распорки на опалубке. Пропитывал Основой все, до чего получалось дотянуться, по полкапли на каждый узел, экономно, но без остановок. Каждый кирпич с руной после пропитки начинал едва заметно поблескивать, и это тоже работало на общий настрой, мужики косились на свечение в кладке и невольно выпрямлялись.

На первой башне дела шли неплохо. Перемычки третьего этажа уже схватились, и