Тьма в отражении - Артемис Мантикор

— Тогда почему темнота? Что значит, нет света?

— Его там в принципе нет. Не работает, — удивил Кей.

— Это как?

— Ну, представь, что до тебя долетает, может, процент от света. Магия какая, или аномалия, один хрен. Это не опасно, просто жутко до одури. Ещё иногда бывают явления. В смысле, духи являются. Но это редко. На них главное не нападать и не пялиться сильно. Если идти всё время прямо, лишний раз не останавливаясь, то в целом это абсолютно безопасно… физически. Но для крыши не очень.

— Псионика?

— Не, просто на голову что-то давит страхом. Лебедь, говорят, там и поехал крышей.

— Но если идти прямо, не останавливаться надолго и не пялиться по сторонам, то там безопасно? — уточнил я, покосившись на турели, направленные в сторону барьера.

— Да, всё так. Ну я сам так не ходил, если что. Я здесь уже после старой войны очнулся.

— А пушки тогда для чего?

— Пушки для пришлых.

— Семнадцатых?

— И их тоже, но они, как ушли, больше сюда не лезли. Это против монстров.

— Которые лезут через границу секторов?

— Да. Очень редко, но случается. Но вас это не касается.

— Почему не касается? Мы идём в шестнадцатый.

— Сейчас вы с нами, но если вы туда пойдёте, то им будет уже на вас плевать, — отмахнулся Кей.

— С чего бы это?

— В шестнадцатом всего три вида монстров, которые могут проходить границу. Все три, если выходят на дорогу, стремятся пробиться сюда. Если удаётся, мы их встречаем.

— И как часто?

— Чаще всего франакты, раз в дней пятнадцать-двадцать. Это что-то фрактальное, они жрут барьер и пролазят. Эти всегда вылазят перед самым барьером, так что вы их точно не встретите дальше километра от барьера. Раз в дней сорок лезут ланцемаггиты. Они вылазят, где попало, но всегда ползут сюда…

— А на дороге просто игнорируют проходчиков?

— Вроде как да…

— Почему?

— Мне почём знать, мужик? Первые вылазят очень близко к границе секторов, вторые так сильно сюда стремятся, что атакуют только то, что им помешает, а то где вылезут там и бегут. Ну и ещё чернии. Но им редко удаётся пройти барьер. На них раз в дней сто собирают рейд. Стучатся они долго с той стороны. Я их всего раз видел — кошмары до сих пор снятся. Но на той стороне они не нападают. В метре будешь стоять — не тронет. Хотя, наверное, лучше всё равно не проверять.

— А это что за твари? Впервые слышу о таких.

— А хрен их знает, — снова развёл руками Кей. — Их вы кстати встретите точно, но в своём секторе они никого не трогают. Просто игнорируйте и идите мимо.

— Если мы их увидим без света, — хмыкнул я.

— Говорят, привыкает зрение. А вообще говорят, в том походе активно алхимку пользовали. Ну там, зелье ночного виденья. Сам не пробовал, но говорят, помогало.

— Спасибо. Это всё, что ты знаешь?

— Да, — погрустнел Кей. — Это краткая выжимка историй о старой войне. Всё что знаю.

— Это очень много и очень полезно, — сказал я своё мнение. — Кстати, ты ведь так и не спросил меня, что за еду я предлагаю. Вдруг там тухлая крысиная консерва?

— Значит, нажрёмся дезинфекторов и будем жрать тухлую крысятину, чего уж. Лишь бы не совсем яд.

— Смотрю, у вас с этим совсем всё плохо.

— С хавкой-то? Ну, как Стена пошлёт. А что за мясо?

— Нет у нас мяса, — ответил я, глядя, как азарт в его глазах быстро тает, — Но есть полно зелени и овощей на любой вкус.

— Овощи? — опешил Кей. — Откуда?

— Я друид, — пожал я плечами и извлёк из под плаща через дыру в убежище большое зелёное яблоко.

— Охренеть, — он взял фрукт в руки, повертел, понюхал. — Жесть! Точно не отравленное?

— Ну попробуй на ком-то, кого тебе не жалко, проверь.

— И много у тебя такого, мужик?

Сильван в убежище начал перечислять, что у нас есть. Но я озвучил куда более ёмкое:

— Дохрена, если найдёшь чем расплатиться.

Вскоре выяснилось, что нам перепадёт вагон и тележка лута с местных монстров. За редкую еду здесь готовы были щедро платить. Включая образцы местной техники и магические камни. А вот артефактами не торговали, а то, что предлагали — стоило достаточно дорого, и нам на текущем уровне уже было не нужно.

Но в остальном обменом все остались довольны. И обошлось мне это всего десятком мешков картошки, капусты, репы, редьки, съедобных грибов, мешков с зерновыми и бобовыми. Я не жалел — у Сильвана всегда на такой случай была припасена пища в промышленных масштабах. Мало ли где пригодится? А нам всё равно скоро домой. В крайнем случае я могу потратить ману и вырастить новую прямо в убежище. У меня до сих пор осталось всё необходимое для промышленного роста на гидропонике.

Для торговли пришлось призывать убежище, и теперь роботы Сайны выносили оттуда пищу и заносили фрагменты, материалы и образцы. Из убежища выходила Вереск, неся в крупных мешках фасоль и нут.

Я смотрел на алчный блеск в глазах Кея, соотносил его с размером его не такой уж и большой группы и понимал, что, выгребая все наши запасы и готовый за них платить чем угодно, он вскоре расскажет нам всё, что мы хотим и не хотим знать.

Его люди тоже смотрели на происходящее со смесью удивления и непонимания, что происходит.

— Скажи, Кей, — а что у вас с семнадцатыми было?

— Не могу знать. Война. Вроде как за мифик поцапались. Верней, Система стравила наших главных с их корректором. А у них сектор, говорят, райский. И техники много было, вот как у вас.

— Прям райский?

— Ну, развились они там как-то, ни чета нам. И скрытные. Говорят, пятеро верили в то, что мы сильней продвинулись за счёт цепей. У нас и цветоманты были, и ручные высшие демоны, и связи с богами Хаоса… Но по магии они не слабей нас оказались, а из техники у них что-то совсем