Проект "Будущее". Часть 1 - Андрей Анатольевич Федин

моих любимых занятий — в прошлой жизни у меня для этого дела были жёны и посудомоечная машина. Я намекнул своей нынешней супруге, что не мешало бы убрать наши постели. Намёк у меня получился похожим на приказ — дед Женя укоризненно покачал головой.

Мы с дедом остались в кухне вдвоём.

Я допил уже остывший чай — Евгений Викторович надел фартук и подошёл к раковине. Он посмотрел в сторону дверного проёма — в большой комнате скрипнула раскладушка.

Дед взглянул на меня и сказал:

— Не спрашиваю, Санёк, как у вас там вчера прошло. Потому что… вот.

Он приоткрыл дверцу шкафа и вынул оттуда сложенные стопкой клочки альбомного листа. Показал их мне. Я узнал на верхнем обрывке характерные для Ромкиных рисунков фрагменты.

Дед потряс бумажками.

— Портрет твоего рыжего друга, — сказал он. — Из «запретной» папки. Я нашёл его в мусорном ведре. Сегодня утром.

Я кивнул и сообщил:

— Даня в порядке. Жить будет. Теперь. Спасибо Ромке, спасибо Наде, спасибо товарищам из КГБ. У нас снова получилось.

* * *

Утро продолжилось под пение Майи Кристалинской.

«Тихо грустит листопад, — зазвучал из колонок радиолы голос Майи Владимировны, — каждый день, каждый час…»

Дед Женя беседовал с Надей в большой комнате.

В маленькой комнате Ромка читал книгу — музыка ему не мешала.

Не мешало пение Кристалинской и мне. Я расположился за столом на кухне: дописывал уже почти готовый материал — для передачи куратору из КГБ. Чуть поскрипывала под моим весом кухонная табуретка.

Голос Майи Владимировны пел: «…Птицы летят надо мной, грустно вокруг и светло…»

* * *

Олег Павлович явился к нам после обеда. Будто нарочно выждал, чтобы мы неспешно поели, убрали со стола и вымыли посуду. Лишь после он этого позвонил в дверь — не слишком настойчиво, но и без лишней робости.

Всё тот же серый костюм, аккуратный пробор в волосах. Иванов вежливо нас поприветствовал (встречать его вышли все обитатели квартиры, кроме Ромки). Уже в прихожей он презентовал деду Жене новую пластинку.

Я взглянул на обложку — там было фото женщины в дублёнке и шерстяном платке, стоявшей (раскинув руки) на фоне металлических прутьев забора. Прочёл: «Мария Пахоменко». Увидел, как радостно блеснули глаза деда Жени.

Евгений Викторович поблагодарил гостя за подарок.

Майор Иванов продемонстрировал нам свою «стандартную» улыбку.

— Жена выбрала, — сказал Олег Павлович. — Она в эстраде разбирается лучше меня. Рад, что угодил вам, Евгений Викторович.

Майор застегнул портфель, сунул ноги в полученные от деда Жени комнатные тапки и проследовал следом за мной в большую комнату (я рассудил, что на кухне четверым будет тесно). Майор задержался у входа в Ромкину спальню — поприветствовал моего брата.

Затем Олег Павлович будто бы нерешительно переступил порог большой комнаты, взглянул на раскладушку, которую Надя примостила к пианино, и на сложенные около стены мешки с одеждой. Скромно присел на край дивана.

Шипровый запашок одеколона распространился по квартире. Он смешался с ещё витавшими тут запахами борща и жареного картофеля, оттенил аромат ландышей, которым попахивала висевшая на дверце шкафа Надина одежда.

Майор Иванов кашлянул — прочистил горло.

Провёл взглядом по нашим лицам, сложил руки поверх портфеля и произнёс:

— Прежде всего, товарищи, довожу до вашего сведения: проект «Пророк» официально закрыт. Приказом начальника Пятнадцатого Отдела Второго Главного Управления КГБ генерал-лейтенанта Колосова от двадцать пятого сентября этого года. Все материалы этого проекта отправлены в архив. Мы с вами в нём больше не числимся.

Олег Павлович взглянул на наши лица.

Я отметил, что выглядел он совершенно спокойным.

Дед Женя поёрзал в кресле. Надя пристально посмотрела на майора КГБ, нахмурилась.

Иванов выдержал двухсекундную паузу и добавил:

— Товарищи, это не значит, что мы остались без дела. Для нас с вами почти ничего не изменилось. Потому что запущен новый проект. Участниками которого мы с вами официально станем… с завтрашнего дня. Приказ уже составлен и подписан. Завтрашним числом. Проект получил официальное название: «Будущее». Поздравляю вас, товарищи.

Олег Павлович выжидающе посмотрел на наши лица.

Я тихо сказал:

— Ура.

Надя кивнула.

— Проект «Будущее», — задумчиво произнёс дед Женя. — Неплохо звучит. Чувствуется в этом названии… надежда.

Глава 18

Надя замерла около прикрытого покрывалом пианино, скрестила на груди руки. Я застыл рядом с ней, чувствовал на плече тепло Надиного тела. Дед Женя занял кресло, чуть покачивал ногой. Радиола молчала. Дед Женя выключил её за пару минут до прихода майора Иванова. Словно предчувствовал: лиричное пение Майи Кристалинской нарушит серьёзность беседы с нашим куратором из КГБ. Стрелки висевших на стене в «большой» комнате часов показывали, что в ближайшие час и сорок минут мой младший брат будет занят чтением книги и рисованием.

Ромка исключительно редко нарушал своё расписание. Но я всё же прислушивался: не скрипнут ли петли двери в его комнате. Дед Женя их нарочно не смазывал, чтобы на слух отслеживать Ромкины передвижения. Пока я слышал только шум проезжей части за окном, да приглушённые стенами голоса соседей — они были фоном для тихого, но внятного и отчётливого голоса нашего гостя, Олега Павловича Иванова. Иванов посматривал на нас снизу вверх. То и дело поглаживал портфель, который в этот раз прихватил с собой — не оставил его на полке в прихожей.

— … Что касается вчерашнего происшествия, — произнёс майор КГБ. — Александр Васильевич, я полностью согласен с выводами Надежды Сергеевны: вечерний поход в парк был неоправданным риском. Своим необдуманным и безответственным поступком вы подвергли опасности не только свою жизнь, но и поставленные перед нашим новым проектом цели. А они, как я вам уже сказал: не много, не мало — будущее благополучие нашей страны. Я, конечно же, понимаю мотивы вашего поступка. Вот только не одобряю его. Александр Васильевич, вы уже должны были понять: мы работаем в команде. Так давайте же придерживаться командной работы. Не будем ставить под угрозу провала работу всего нашего проекта. Который во многом сейчас зависит от ваших поступков и решений.

Я поднял руки — показал Иванову свои ладони.

Сообщил:

— Олег Павлович, такого больше не повторится. Дальше работаем только в команде.

Я прикоснулся локтем к Надиному плечу.

Майор кивнул и сказал:

— Очень на это надеюсь, Александр Васильевич. Настоятельно рекомендую вам прислушиваться к мнению Надежды Сергеевны, следовать её рекомендациям. Надежда Сергеевна опытный сотрудник. Пусть вас не обманывает её возраст. Вчерашняя проблема была