Боевой некромант - фермер. Том 2 - Григорий Володин

— Прискорбно, — философски заметил я. — Опасные нынче времена, чтобы в лесных хижинах жить.

— Неужели? — капитан саркастично скривился, явно не веря ни единому моему слову. — То есть, вы тут совершенно ни при чем?

— В пропаже барона? — я хмыкнул, всем своим видом показывая абсурдность его обвинений. — А как я могу быть тут при чем? Где я, а где целый отряд гвардейцев?

— Горд, мне-то не рассказывай. Ты один взвода стоишь. И Дресс хотел тебя убить.

— Как и вы, Роджер, — я холодно улыбнулся и посмотрел ему прямо в глаза, стирая с лица последние остатки добродушия. — Но вы же не пропали. Пока.

Роджер заметно помрачнел. Рука его машинально легла на луку седла. Отведя взгляд, он посмотрел поверх моего плеча, куда-то вдаль, в сторону лугов, вглядываясь в утреннюю дымку.

— У вас что, рабочие появились? Раньше вы вроде всё сами тянули с госпожой Кирой.

Я, даже не оборачиваясь, знал, что там Первый и Второй методично и без устали машут косами. Издали, в утренней дымке, да еще в широкополых соломенных шляпах и грубых холщовых рубахах, они вполне могли сойти за обычных косцов. Главное — чтобы Роджер не вздумал подъехать ближе и рассматривать их лица.

— Да, приходят помочь, — не моргнув глазом, спокойным тоном соврал я. — Это наемные батраки из соседних деревень, сено косят. Лето же, запасать надо.

Роджер еще раз подозрительно присмотрелся к нескладным фигурам вдалеке, но развивать тему не стал. Коротко кивнув на прощание, он развернул кобылу и пустил ее шагом по тракту, возвращаясь в город.

Я проводил его удаляющуюся спину взглядом, задумчиво оглядел тракт.

«Надо огораживать поля и хозяйство вторым, высоким забором, желательно сплошным, чтобы ни одна щель не просвечивала, — пронеслась в голове здравая мысль. — А то ходят тут всякие, высматривают, суют свой нос в чужие дела, да смущают мою нежить».

Но это проблема для другого раза, когда появится свободное время. Я в мыслях накинул крючок, закрыл калитку и направился обратно к дому, разминая на ходу шею.

Хорошо всё-таки, что Роджер заглянул в такую рань. Совсем не хотелось, чтобы Кире пришлось разговаривать с ним в одиночку и отвечать на скользкие вопросы дотошного стражника. Конечно, в прямом смысле за ее безопасность я не переживал. Наш инфернальный Пятачок без раздумий порвет на лоскуты любого, кто только попытается к ней сунуться, будь то хоть сам барон, хоть взвод гвардейцев. Да и батраки в случае угрозы отреагируют мгновенно, снесут головы голыми руками. А Педро… Этот пернатый монстр со своими шпорами вообще кому угодно глаза выцарапает. Этот петух ненормальный какой-то! Иногда мне кажется, что в нем дури больше, чем во всей моей нежити вместе взятой.

Я вернулся на ферму и зашел в дом, где уже вкусно пахло свежей выпечкой и топленым молоком.

— Кто там был? Случилось чего? — поинтересовалась Кира, отрываясь от домашних дел и вытирая руки полотенцем.

— Роджер приходил, — ответил я, усаживаясь на лавку. — Говорит, барон Дресс пропал без вести. Прямо-таки испарился, оставив после себя только лужи крови и панику среди подчиненных.

Кира понимающе хмыкнула и, не скрывая злорадной улыбки, смахнула крошки со стола: — Ага. Как хорошо, что наш вчерашний гость уже далеко отсюда.

— Да уж, — усмехнулся я. — В усыпальнице. Куда уж дальше. Надежное место, сухое, и соседи тихие, жаловаться на шум не станут.

Перед уходом я еще раз прошелся по двору, поглядывая на своих батраков. Хозяйство функционировало как часы: кто-то методично косил сено на дальнем лугу, взмахивая косой с пугающей механической точностью, Третий всё так же самозабвенно бил масло, еще один мертвяк аккуратно поливал грядки, таская воду из колодца. Я мысленно потянулся к их примитивным узлам управления и обновил базовые команды. С этого момента — максимальный упор на охрану периметра и беспрекословное подчинение Кире. Никакой самодеятельности: чужих на территорию не пускать, но первыми без команды на прохожих не кидаться.

Закончив с раздачей ментальных инструкций, я позвал Тагора. Парнишка вышел на крыльцо, деловито поправляя на плечах холщовый мешок с пришитыми лямками — некое подобие походного рюкзака, куда он уже успел сложить провизию и пару запасных фляг с водой. Я закинул за спину такой же, проверил ход тетивы на арбалете, прицепил к поясу меч. В последний момент сунул в мешок те самые металлические обручи. А вдруг в руинах осталась батарея в каком-нибудь шкафу, и мне удастся их там зарядить? Хочу себе на постоянку тот костяной доспех! Скоро и сам такой смогу кастовать, но зачем тратить свои морты?

В качестве силовой поддержки и бесплатной тягловой силы для переноски будущего хабара я решил прихватить с собой двоих батраков — Шестого и Седьмого. Оба были из свежих, крепкие, без особых внешних повреждений, так что развалиться по дороге не должны.

Мы двинулись вчетвером по тракту, направляясь пешком в сторону уже знакомой речной деревни Бриша. Чтобы не привлекать лишнего внимания и не пугать редких попутчиков, я приказал мертвякам отстать шагов на пятьдесят. План был гениален в своей простоте: если на дороге кто-то появится, мы с Тагором просто прикинемся случайными путниками, за которыми увязалась дикая нежить. Тагор идею оценил и даже порепетировал испуганное лицо.

И, как назло, этот план пришлось пустить в дело почти сразу. Навстречу нам из-за поворота, надсадно скрипя несмазанными осями, выехала крестьянская телега. Сидящий на козлах мужик, заметив бредущих по тракту похрипывающих зомби, побледнел как полотно и чуть не выронил вожжи из трясущихся рук.

— Беги, мужик! Пацан, беги! Нежить! — истошно заорал он, отчаянно тыкая кнутом куда-то мне за спину, словно пытаясь откреститься от увиденного.

Пришлось соответствовать легенде. Мы с Тагором, выпучив глаза, изобразили панический испуг и припустили трусцой, имитируя отчаянное бегство от собственных батраков. Тагор для убедительности даже пару раз натурально споткнулся, оборачиваясь назад с гримасой неподдельного ужаса.

Крестьяне, впрочем, геройствовать и спасать нас не собирались. Мужик дико взвизгнул, хлестнул свою худую лошадку, с трудом развернул телегу прямо на тракте, едва не свалив ее в кювет, и галопом понесся обратно, поднимая столбы пыли и вопя на всю округу.

Я сбавил шаг, чихая от поднятой дорожной пыли, и проводил телегу хмурым взглядом. Бежать в жару оказалось тем еще удовольствием.

— Да ну нафиг такой театр, — хмыкнул