Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Хватит на сегодня, — сказал я, выпрямился и с хрустом потянулся. — Завтра продолжим.

Системное сообщение:

Квест: «Зелёный фронт»

Прогресс: 15 %

— Всего пятнадцать процентов? — вздохнул я. — Ну, хоть что-то.

Я присел на корточки, достал из кармана маленький холщовый мешочек и прочитал системное сообщение:

Подарок дриады, «Семена дриады», пять использований

Развязал тесёмку и высыпал на ладонь пять золотистых семечек. На ощупь они показались мне тёплыми и живыми.

— Что же мне из вас вырастить? — спросил я у одного из них.

Мысли заметались. Можно трюфель — редкий, дорогой. Но трюфель растёт под дубом и вообще, это гриб, требует лет десяти, а дуб у меня хоть и есть, но там могилой уже всё занято. Можно и шафран — золото в мире специй. Но с другой стороны, сколько же мне эти крокусы выращивать, чтобы хотя бы грамм специи набрать? У меня же всего пять семечек!

А можно… Я мечтательно улыбнулся. Уникальную магическую специю, которая любое блюдо сделает лучше, добавит глубину, объём, и тот самый «пятый вкус», который в прошлой жизни называли «умами». По сути — природный глутамат натрия, только волшебный.

— Это всё здорово, но надо быть реалистом, — сказал я вслух. — Выращу-ка я кардамон.

Фёдор, вытиравший пот с морды, удивлённо посмотрел на меня.

— Кардамон? — переспросил он. — Что это?

— Специя такая, пряная, немного сладкая и с лимонными нотками. Её можно во все блюда добавить, а вот в лесу он не растёт, да и на рынке я его не видел. Возможно, в будущем, буду единственным поставщиком Бешаля! Вот это у меня будет карьерный рост.

Я выбрал одно семечко и переложил в отдельный мешочек. Из второго я решил вырастить чёрный перец. Тоже не лесная культура и требует особого ухода, но если получится, то мне больше не придётся закупить его на рынке. Э — экономия!

— Фёдор, — сказал я. — Сделай грядку у самой стены трактира, под окном кухни, чтобы я мог поливать и следить.

Минотавр кивнул, взял лопату и принялся копать. Земля летела в стороны. Бекон, который уже устал от мышей, во все глаза наблюдал за работой.

— Только аккуратно, — сказал я. — Не перекопай.

— Я аккуратно, — ответил Фёдор, вырывая очередной ком земли.

Я вздохнул, но спорить не стал, лишь бы до погреба дыру сквозную не сделал. Когда минотавр закончил — пяти минут и не прошло, грядка получилась что надо. Может быть, не самая ровная, зато глубокая. Для корней самое то.

Как только опустил в лунки семечки, как из окна меня окутал запах картошки. Она только и ждала своего часа, чтобы мы её съели.

— Ладно, — я вытер руки. — Заканчиваем. Сегодня у нас будет ужин будет из того, что осталось. Мы с вами отлично поработали.

Фёдор кивнул, с силой воткнул лопату в землю до самого черенка и посмотрел на небо, где уже загорались первые звёзды.

— Марк, — сказал он. — А князь… он приедет сам?

— Вряд ли сам, — пожал плечами я. — Но готовиться надо. Укреплять трактир, запасаться продуктами. И готовить так, чтобы даже враги не устояли.

Минотавр усмехнулся.

— Твоя еда это обеспечит. Я видел, как люди на рынке ели. Они бы за такой ужин душу продали.

— Душу продавать не надо, — усмехнулся я. — Достаточно заплатить серебром.

Бекон спрыгнул с крыльца и скользнул на кухню, стараясь обогнать всех, Фёдор шагнул следом, а я ещё раз оглядел новую грядку. И как раз тогда услышал лёгкий шорох, будто ветер аккуратно зашуршал по листве.

Бекон резко дал заднюю, навострил уши, радостно мяукнул и бросился в заросли.

— Что там? — насторожился Фёдор.

— Сейчас узнаем, — сказал я, хотя уже сам догадался, кто пожаловал к нам в гости.

Из зелени, осторожно переступая через грядки с той лёгкостью, будто они были нарисованы на воде, вышла Линелия.

Она изменилась. За то время, что мы не виделись, дриада окрепла. Её зелёные волосы с живыми побегами струились по плечам, и на их концах распустились крошечные белые цветы. Кожа сияла лёгким золотистым отливом, а глаза светились радостью и спокойствием. Одета она была словно заправский разведчик в платье из листвы.

— Марк, — сказала она, и голос её зазвучал как ручей. — А я к вам в гости. Можно?

Бекон уже вовсю тёрся о её ноги, требуя, чтобы его погладили. Линелия наклонилась, провела пальцами по рыжей шерсти, и кот завибрировал, да так громко, что у меня заложило уши.

— Бекон, тише, — усмехнулся я. — Разбудишь всю округу.

— А это, — дриада подняла голову и пристально посмотрела на Фёдора, — твой новый друг?

Минотавр замер столбом, словно боялся сдуть дриаду дыханием, но я видел, что он внимательно её рассматривает. Ещё я заметил, что в его взгляде уже не было прежней настороженности, скорее в них было любопытство.

— Дриада, — сказал он хрипло. — Я чувствовал твой запах в лесу.

— А я чувствовала твою боль, — ответила Линелия мягко. — Когда ты зашёл мои владения… Здесь тебе хорошо?

— Хорошо, — прогудел он и глубоко вздохнул, словно плиту с плеч сбросил.

— Линелия, — я подошёл ближе, протянул ей руку. — Как ты? Как твоё дерево?

— Всё хорошо, спасибо тебе ещё раз! — она тепло улыбнулась. — Яд полностью отступил, и я уже чувствую корни. Ещё немного — и зацвету. А там, глядишь, и плоды появятся.

— Плоды? Берёза⁈ — ошарашенно спросил я.

— Это же Древо жизни, просто выглядит как берёза, а плоды она действительно даёт, правда, раз в сто лет, — уточнила Линелия. — До следующего урожая ещё лет девяносто, если хочешь, можешь подождать.

Я лишь покачал головой, отмечая в очередной раз причудливость здешней магии.

— Ты просто проведать пришла?

— И проведать, и помочь, — дриада перевела взгляд на огород. — Я почувствовала дрожь земли. Будто кто-то большой и сильный вырывает корни с мясом, — она посмотрела на Фёдора с лёгким укором. — Ты, наверное, впервые таким занимался?

Минотавр виновато потупился.

— Я ещё учусь, — сказал он.

— Ничего, — Линелия подошла к грядке, провела рукой над землёй. — Я помогу, покажу, что где и как растёт. И что нужно посадить, чтобы урожай был богатым.

Она повернулась ко мне, и в её глазах заплясали золотистые искорки.

— Ты решил уже, что хочешь вырастить, Марк Винтер, из моих семян?

Я достал из кармана оставшиеся семена.

— Уже, сразу два! Кардамон и чёрный перец. Как думаешь, приживутся?

Линелия посмотрела на свежую грядку и провела над ней руками, а потом кивнула.

— Кардамон, — сказала она певуче, и в её