Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Что за чертовщина? Не пора ли за ружье хвататься?

Уже замедлив шаг, я вдруг сообразил, что кому-то просто вздумалось раскурить папироску, и немного успокоился. Но ружье с плеча все же снял. Мало ли кто там меня дожидается. Это не Форт, где каждый встречный пусть и не друг, товарищ и брат, но и, скорее всего, не бандит с большой дороги. Тут дикие земли практически. Проще простого на беспредельщиков каких-нибудь, а то и вовсе на нечисть наткнуться.

Нечисть, правда, табачком не балуется, но вот бандиты — запросто. И пусть где-то здесь меня комитет по встрече дожидаться должен, расслабляться не стоит. Мало ли какие накладки случиться могли. А к человеку с ружьем всяко больше уважения.

Так мне кажется…

— Евгений Максимови-и-и-ч! Ау-у-у! — позвали вдруг меня из темноты. — Я здесь!

— Иду, — отозвался я и уже уверенней зашагал к махавшему тлеющей сигареткой парню.

Но двустволку вешать на плечо не стал. Потому как слова "я здесь" оказались правдой лишь отчасти. Да, он там. Вот только притаился поблизости и кто-то еще. Постороннее присутствие скорее просто угадывалось, нежели ощущалось ясновидением, но ошибки быть не могло: встречающих двое.

С другой стороны, угрозы от скрывавшегося в ночи невидимки пока не исходило. Так, настороженность и деловитая отстраненность. Будто к прибору ночного видения или оптическому прицелу человек приник.

Черт! Так оно и есть! И прицел оптический имеется, и хитрая магия, на него наложенная. И человек со снайперской винтовкой тоже присутствует.

А ведь я его, пожалуй, даже знаю. Его? Или ее? Точно — ее…

Дожидавшийся меня на обочине окружной дороги парень оказался худ и долговяз. И ко всему прочему, одет совершенно не по погоде. Легонькая кожаная куртка нараспашку, кожаные же штаны и кепка. Под курткой лишь черная футболка. На ногах добротные ботинки с высокой шнуровкой, у перчаток отрезаны пальцы.

Экстремал, блин, какой-то. И ведь машины поблизости точно нет.

Пахло от парня табаком и разогретой кожей, и неожиданно я сообразил, кто именно меня встречает. Пиромант. Уник, управляющий тепловой энергией, если угодно. И не из слабых, раз в таком прикиде на морозе разгуливает. Страшно даже подумать, сколько он сил на самосогревание тратит.

— Напалм, — выкинув окурок в снег, представился пиромант.

— Евгений. — Я пожал протянутую руку. — И не холодно?

— Давно уже нет. — Пиромант достал из пачки новую сигарету, зажег ее щелчком пальца и усмехнулся: — Холод — это пустяки на самом деле. Дело привычки.

— Предпочитаю одеваться по погоде.

— Каждому свое, — пожал плечами парень, искоса глянул на мои теплые штаны с тремя полосками и усмехнулся: — Кто носит фирму "Адидас", вообще-то…

— Напалм! — тут же одернула напарника девушка, незаметно подошедшая к нам от заметенной снегом коробки полуразрушенного здания. Силуэт ее терялся в темноте, и слышно было лишь шуршание снега под ногами, но мне хватило и этого.

— Привет, Вероника, — поздоровался я. — Давненько не виделись.

— Здравствуйте, господин Апостол, — отозвалась выбравшаяся на дорогу девушка. Среднего роста, в теплом камуфляже, за спиной висит уже убранная в чехол снайперская винтовка. — Это вы меня давненько не видели, а я несколько часов назад устроенный вами спектакль вживую наблюдала.

— А, так это ты тому типу мозги вышибла! Поздравляю! Отличный выстрел.

— Вы знакомы? — удивился пиромант.

— Господин Апостол мне иногда работенку подкидывал по профилю. Это еще до тебя было.

— Хватит уже официоза, — поморщился я. — Просто Евгений.

— По профилю — это как? — насторожился Напалм.

— Перевозчиков я охранять подряжалась, вот как, — рассмеялась Вероника Крылова и закатала опущенную на лицо вязаную шапочку. — Да и после того как Илья Линев к себе пригласил, подрабатывала время от времени.

— Ты не рассказывала об этом…

— А чего рассказывать? Даже пострелять толком не пришлось, — фыркнула девушка, углядела выкинутый в сугроб окурок и уперла руки в боки: — Так! Кто мне обещал три сигареты в день выкуривать?

— Разнервничался чего-то, — замялся парень и поспешил забычковать сигарету. — Больше не буду. Честное пионерское.

— Смотри у меня!

— Может, пойдем уже?

Я все же снял шапку и быстро натянул подшлемник. Вот! Так гораздо лучше. А то уже ни щек, ни носа не чувствую.

— Мы куда-то торопимся? — удивился Напалм. — У нас вся ночь впереди!

— Да ну? — Затянувшаяся клоунада успела мне порядком надоесть. — Нам еще до Северной промзоны топать!

— Ночью? На Северную промзону? Ну ты дал!

— В смысле?

— Там и днем делать нечего, — буркнула Вера, — а ночью лучше даже близко не подходить. Сейчас дом найдем какой-нибудь на окраине, а утром выдвинемся.

— Не понял?! — возмутился я. — А зачем меня тогда на ночь глядя из Форта выдернули?

— Вероятно, есть мнение, что здесь тебе безопасней находиться, чем там, — пожал плечами пиромант, снял кепку и вытер выступивший на макушке пот. Голова у него оказалась абсолютно лысой. Куда там колену! Будто бреется каждый день.

— И это действительно так. — Девушка вытащила из сугроба увесистый рюкзак и сунула его приятелю. — Семёра на ушах стоит. Да и Цех в стороне не останется.

— Тогда пойдемте, — скис я. — Чего на ветру торчать?

Ну мы и пошли. Как объяснила Вера, на ночь они предполагали остановиться на самой окраине Северной промзоны в каком-нибудь не до конца разобранном административном корпусе.

— Не околеем? — вздохнул я.

— Не околеем, — уверенно заявила Вера и хлопнула по плечу своего партнера. — У нас самоходный радиатор имеется.

— А твари всякие?

— На окраине с этим проще, — хрустнул костяшками пальцев Напалм. — Да и я спать не буду, подежурю.

— Может, по очереди тогда?

— Не, для меня не проблема.

— Как скажешь, — откровенно обрадовался этому обстоятельству я. Если еще и не высплюсь, совсем невесело будет. И без того голова будто ватная.

До промзоны добирались молча. Не до пустых разговоров было. Особенно мне. Мало того что к таким марш-броскам непривычный, так еще дурные предчувствия одолевают. Вот иду, и кажется, будто в темноте исчадия Стужи до поры до времени скрываются. И не просто скрываются, а удобного случая накинуться на нас дожидаются. А ведь случись что, и спрятаться некуда! С одной стороны до самой стены Форта чистое поле, с другой — из-под снега останки разобранных до основания зданий торчат.

И куда бежать, если что? Направо — на мины и под пулеметы или налево — в темноту и неизвестность? Дилемма, блин. А бежать как пить дать придется. Пусть проводники и спокойны, будто по Южному бульвару вышагивают, меня трясет уже всего.

Сейчас случится какая-то гадость… Сейчас случится какая-то