"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

Все взоры обратились на великий сейд. А он, словно огромное, неуклюжее живое существо, сполз с края склона и с чудовищным плеском рухнул в реку. На берег ринулась волна…

* * *

Вечером в стойбище к саами пришли посланцы от карельских старейшин. Все собрались на высоком берегу, уныло глядя, как темные воды Узервы омывают волшебный камень. Или уже не волшебный? С того мига, как Нежата унес Ютси к себе в крепость, сейд ни разу не пошевелился, даже мох с него не посыпался. «Как бы дух не покинул его навсегда», – переживали втайне и карелы, и саами. Все были очень подавлены и перепуганы.

– Наворотили мы дел, – пряча глаза, сказал карельский старейшина. – Надо вместе решать. Что делать будем?

Взгляды всех саами тотчас обратились на Кумму. Тот стоял у обрыва и задумчиво смотрел вниз.

– О чем там думать? – громко произнес он. – Девицу давайте. Ту самую, которая несла пиво. Она сейду понравилась. Приведете – будет мир. Не приведете – сейд вам всем такое устроит…

Кумма вдруг огляделся, поманил за собой нойду.

– Пошли со мной. А вы, – он взглядом остановил качнувшуюся было за ним толпу, – тут останьтесь.

Глава 4. Разорван в клочья

Они молча забрались на крутой берег, прошли вглубь соснового бора сквозь черничник. Внезапно Кумма остановился и схватил нойду за плечи, уставившись ему в глаза.

– Говорить с тобой хочу, шаман, – сказал он. Голос Куммы был совсем не как на берегу – ленивый и беспечный, – а напряженный, звенящий. – Будем говорить – не то даже не знаю, что со мной будет! И с вами всеми тоже… Ух, и разозлился же я! Давно так не злился… очень… очень давно…

Нойда смотрел ему в глаза – серые, с красными прожилками, как здешние скалы. И видел то, что должен был заметить давно.

У Куммы не было зрачков.

– Ты не человек, – тихо сказал саами.

Кумма разжал руки и отступил на шаг, ожидая продолжения.

– Кто ты? – проговорил нойда. – Ты не темная шева, ты намного сильнее любой из них… Ты своей волей возмутил эти воды и устроил паводок. Я подозреваю, ты способен и на большее. Ты видишь людей насквозь, зришь их мысли и чувства, угадываешь прошлое – но не понимаешь, почему они поступают так или этак. И тебе это любопытно. Сегодня ты опять не убил Нежату. Хотя собирался еще в прошлый раз…

– Ради одного любопытства я бы не стал с ним возиться. Карелы обещали мне девушку, – объяснил Кумма. – Я люблю человеческих девушек. И подарки. И когда меня кормят. И пиво, пиво очень люблю! Пить пиво – очень приятно. Топить, убивать, забирать жизни – не настолько приятно, как пиво. Но и это я делал…

– Ты – дух священного камня! Ты и есть великий сейд!

Кумма широко усмехнулся.

– Долго ж ты думал! А еще нойда! Тут, в этих землях, сейды повсюду. У тебя самого двенадцать моих меньших братьев в сумке, – спросил бы хоть их…

– На берегах Змеева моря много сейдов, – кивнул нойда. – В них живут души чародеев, обратившихся в камень после смерти…

– Чепуха! Я всегда был сейдом. Я им родился. Я осознал себя, когда все здесь было покрыто льдом и снегом. Медленная ледяная река принесла меня сюда и растаяла, положив в своём русле. Уже тогда люди начали приносить мне подарки. Они бегали на лыжах и одевались в шкуры, как саами. Потом пришли другие люди – те, что ставят избы, сеют ячмень и варят пиво… Потом третьи, что приплывают на кораблях, носят железные рубашки и отбирают у первых и вторых шкуры и пиво… А я – я лежу тут и наблюдаю. Понемногу научился принимать ваше обличье. Но быть похожим и быть одним из вас – не одно и то же… Ледяная река носила меня унылыми пустошами. Здесь славный уголок, все время что-то происходит. Люблю веселиться…

– И людей.

– Людей?

– Да, тебе люди нравятся, – уточнил нойда. – Не только девушки. Я заметил.

Кумма склонил голову, задумавшись.

– Ну-у, да, пожалуй. Они забавные. Но не все, не все… Знаешь, здесь водятся речные духи, они топят рыбаков. Им намного больше понравился бы Нежата…

– Знаю, – мрачно сказал нойда.

– Ага-ага… – прищурился Кумма. – Ты сейчас подумал о той, что поселилась здесь прошлой весной и напустила на людей Великого Хауги? Ее-то ты и искал в Черном островняке, верно? Нашел?

– Тогда – нашел, – сквозь зубы ответил нойда.

Кумма смотрел на него так, словно хотел разглядеть на просвет.

– Что ж, нашел ее и выжил – для смертного уже, можно сказать, победа. Но хотел-то ты не этого… Думается мне, ваша предыдущая встреча прошла намного хуже… Не потому ли тебя прокляли родичи? Я еще давеча заметил – когда Ауна заговорила с тобой о прошлом, ты задергался, словно от боли…

– Что ты знаешь о боли, сейд? – резко ответил нойда.

Кумма вдруг поднял руку и быстрым движением схватил собеседника за косу. Нойда рванулся, пытаясь освободиться, но волосы зажало намертво.

– Или ты очень смелый, или я опять чего-то не понимаю, – удивленно проговорил Кумма, не думая его отпускать. – Обычно вы, люди, очень высоко цените свою жалкую жизнь… Почему ты сейчас ведешь себя так, будто ищешь смерти?

Нойда, не мигая, уставился прямо в красно-серые гранитные глаза. «Вот это правда – а все остальное, этот облик, только морок. Чуть потри – и сползет, как плесень с валуна…» Он отлично понимал, что Кумма, если пожелает, одним движением каменных пальцев свернет ему шею.

– Хочешь, расскажу тебе, как стал шаманом? – предложил он внезапно.

– Конечно!

Кумма тут же отпустил собеседника. Оглянулся, выбрал ровное место под сосной и уселся, удобно подложив под себя ногу.

– Я еще не сказал, что мне нравится больше, чем жертвенная пища, пиво и девушки? Хороший рассказ!

– Это долгий рассказ, – предупредил нойда.

– Ничего, у нас день и ночь впереди!

* * *

– Ты сказал, что мне по сердцу Нежата. Я подумал и понял, что ты прав, и понял почему. Он похож на меня – каким я был раньше. Но не в детстве. Ребенком я был добрый, как Луот – ни клыков, ни когтей… Потом был разорван в клочья и переродился, обретя шаманскую силу. А потом кое-что случилось… И я изменился еще раз.

– Разорван в клочья?

– Это название обряда. Когда приходит время, ученик шамана отправляется на гору превращения. Эта гора стоит в двух мирах, а порой и во всех трех. Там ученика оставляют… а