"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

Как только повернулась к столу с чаем в руках, увидела мальчишку, несмело входящего на кухню. Увидев, что на него смотрю, дернулся было, но я уже знала, что сейчас произойдет, поэтому сработала на опережение.

– Нет! Не вздумай падать на колени! Я этого не люблю. Да и пол холодный, – выпалила я на одном дыхании.

– Д-да, госпожа, – запнувшись, растерянно ответил парень, уставившись на меня совсем уж затравленным взглядом.

– Тебе что-то нужно? Лекарь прислал? – встревожилась я.

Все же мне совсем не нравилось состояние эльфа. Хоть рабы мне не нужны, но не хотелось бы, чтобы кто-либо из них умер.

– Нет, госпожа, – на грани слышимости прошептал парень.

– Тогда почему ты пришел? – начиная уже раздражаться, спросила я.

– Простите, госпожа, уже ухожу, – испуганно пискнул он и повернулся, чтобы уйти.

– Постой. Я не кричу и не ругаю тебя, просто спрашиваю. Пожалуйста, отвечай более подробно. Лекарь тебя уже обследовал, поэтому ты пришел ко мне? – постаралась как можно спокойнее сказать я. Уж парнишка в моем плохом настроении точно не виноват.

– Да, госпожа. Вы не оставили для меня никаких приказаний, – совсем уж несчастным тоном сказал он.

– А нужно было? Можешь не отвечать. Садись, – кивнула я на один из стульев у стола.

– Спасибо, госпожа, – сказал он совсем уж изумленным тоном, смотря на меня своими большими, по-девчоночьи красивыми серыми глазами.

Да и губы довольно пухлые, красивой формы. Если бы еще волосы были подлиннее – в жизни бы за парня его не приняла. Кстати, а я точно уверена, что это не девушка? Хотя, о чем это я, видела же без рубашки, да и голос явно не женский.

– Хватит меня называть госпожой. Зови Адриана, как и другие. Кстати, а тебя как зовут? – поморщившись, вспомнила о насущном я.

– Прежний хозяин звал Мэтью, но можете изменить имя, если не нравится, – поспешно добавил он.

– А при рождении тебя как назвали родители?

– Дилан, госпожа, – в его взгляде светилось непонимание и страх.

– Чай будешь? – со вздохом спросила я, покосившись на закипающий чайник. Нервы утрясти нужно не только мне.

– Госпожа? – совсем растерянным тоном почти прошептал Дилан, его губы начали слегка подрагивать.

Еще не хватало, чтоб его вновь принялась колотить дрожь. Нужно будет поинтересоваться потом у лекаря, нормально ли в принципе такое поведение.

Я не стала отвечать и, заварив чай, сразу разлила его по двум чашкам, одну поставила перед Диланом. После чего села напротив него.

– Пей.

Тот послушно сделал первый глоток, все также испуганно глядя на меня. Но я уже не смотрела на него. Устало помассировала виски, после чего взлохматила пальцами волосы и на несколько секунд зажмурилась. Откинулась на спинку стула, бездумно глядя в окно и попивая остывающий чай.

И чего вдруг меня понесло тогда за тем эльфом? Спокойно бы пошаталась денек по улицам, зато сейчас сидела бы в своем кабинете, занималась своими делами и не ломала голову, что делать с тремя навязанными новыми жильцами моего дома.

Не знаю, сколько так просидела, но отвлек меня лекарь, заглянувший на кухню. Я тут же подхватилась со стула. Краем глаза отметила, что Дилан также поспешно вскочил на ноги. На колени не падает – и на том спасибо. От предложенного мной чая лекарь отказался, сразу перейдя к делу.

– Перелом почти полностью залечен, но завтра и послезавтра руку нагружать нельзя. С эльфом же дела обстоят похуже. Раны на спине загноились, пошло заражение. Я почистил все, погрузил его в целебный сон, но еще дня два точно ему лучше лишний раз не вставать с кровати. Регенерация у эльфов на уровне, но с неделю слабость будет. Рекомендуется особо тяжелой работой его не загружать. И в следующий раз до такого не доводите – вызывайте меня сразу после получения схожих ран. Я просто продезинфицирую их, если вы пожелаете, чтобы сам процесс заживления был без постороннего вмешательства, лишь за счет ресурсов организма, – принялся давать советы лекарь.

– Разве вы не обязаны в любом случае вылечить раны и сообщить об этом страже? – нахмурилась я.

– Должен-то должен, но сами понимаете, с рабами чего только не случается – не звать же из-за каждой мелочи стражников. Со мной всегда можно договориться. Но не волнуйтесь, сегодня я возьму только за само лечение. Для своих в участке у меня скидки, – и он заговорщицки мне подмигнул.

– Хозяйкой этих рабов я стала лишь сегодня утром, раны были ими получены раньше и не от меня. Я сделаю вид, что не поняла ваших намеков, но искренне надеюсь, что в дальнейшем вы несколько раз подумаете, прежде чем предлагать кому-либо то, что предложили только что мне. Законы о рабстве и правила содержания рабов никто не отменял, – холодно сказала я, после чего отдала ему озвученную ранее сумму и выпроводила за дверь.

Хотя, конечно, кошки на душе скребли, когда расставалась с деньгами, а ненависть к Райзеку выросла до небывалых высот. Издевался над рабами он, а плачу я – где справедливость?

В расстроенных чувствах вернулась на кухню, уже успев позабыть, что Дилан до сих пор там. Он так и стоял у стола, где я его оставила, сжав в руках несчастную чашку так, что аж побелели костяшки пальцев.

Запоздало вспомнила, что так и не спросила у лекаря, что по поводу обследования или лечения этого парня.

– А тебя лекарь обследовал? – решила спросить у него напрямую я.

– Да, госпожа.

– Адриана. И что сказал? – поморщилась я от очередной «госпожи».

– Я абсолютно здоров, госпожа Адриана, – не знаю, что при этом он подумал, но его вновь начало трясти, а в глазах отразился почти ужас. И это он здоров?

– Почему ты меня так боишься? – все же не выдержала я.

Понимаю, что еще не время для таких вопросов, нужно дать им всем к себе привыкнуть. Но, в конце концов, почему я должна под них подстраиваться? Да и в принципе считаю, что лучше сразу со всем разобраться.

От этого, казалось бы, простого вопроса, Дилан побледнел еще сильнее, почти посерел. Между тем, чашку, которую так и не поставил на стол, он сжал еще сильнее, отчего откололась ручка.

– Моя любимая чашка, – не успев подумать, что и кому говорю, опечаленно выдохнула я.

Для Дилана это стало последней каплей. Он молниеносным движением опустился на колени, но при этом еще и низко склонился к полу, практически прижавшись к нему лбом.

– Простите, госпожа, я виноват, очень виноват, простите, – принялся быстро тараторить он.

– Я не твой хозяин, издеваться и