"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

– Не продавайте меня! Избейте, но не отдавайте! Не смотрите, что такой мелкий – я выносливый, правда, – взвыл от моих слов он.

– За что мне все это? – простонала, уставившись тоскливым взглядом в потолок. Тем временем, истерика парня лишь усиливалась, в голосе явно были слышны слезы, при этом он мне уже практически инструкцию диктовал, как и чем его можно бить.

– Дилан! Замолчи немедленно, – как можно более строго сказала я, пытаясь прекратить это.

Как ни странно, подействовало. Впрочем, чему я удивляюсь – вижу же, что они годами жили, безропотно подчиняясь всем немыслимым приказам, получая наказание за малейшую оплошность. Иначе откуда взяться такой реакции?

Я осторожно присела возле тяжело дышащего парня, тело которого вновь сотрясала крупная дрожь, и осторожно погладила его по волосам, не зная, как еще успокоить. От моего прикосновения он дернулся, будто его ударило молнией, и всхлипнул, но остался на месте, по-прежнему не поднимая голову.

– Я не сержусь. Бить или продавать тебя за разбитую чашку точно не буду. Черт с ней, потом новую куплю. Да и раз так легко сломалась, значит, уже была с каким-то дефектом. Не стоит так меня бояться. Твой предыдущий хозяин был редкой скотиной с садистскими наклонностями и отвратительной мразью. Не скажу, что я хорошая, но никогда ни над кем не издевалась лишь по той причине, что это в моей власти, и никогда не стану, – тихо, почти ласково принялась говорить ему я, продолжая гладить по неровно стриженным волосам, с удивлением отметив, что местами они отрезаны почти под корень, будто их стригли поспешно, на ходу, не заботясь о результате.

– Вы и так не хотели нас, а теперь… – глухо ответил он.

– Я и теперь не хочу вас, но особого выбора нет. Придется как-то уживаться всем вместе. Все хорошо, успокойся. Пока другие отдыхают, давай лучше покажу, где что находится в доме. Хотя бы примерно, – предложила я.

– Вы и вправду не сердитесь? – с бездной недоверия в блестящих от слез глазах удивленно спросил он, наконец подняв голову.

– Правда, вставай. Начнем с места, где хранятся продукты – заодно возьмем все необходимое, чтоб можно было приготовить полноценный обед. Вряд ли в тюрьме вас нормально кормили, – со вздохом сказала я, поднимаясь с пола.

И в этот момент у меня впервые в голове мелькнула мысль, что может, Колин был прав, и зря я бегаю от прошлого? В конце концов, мне в свое время помогли не оказаться на месте того же Дилана. Кто знает, какой была бы я спустя хотя бы год такой жизни? А у этих ребят даже шанса на спасение не было. Имею ли право дарить им надежду? Поживем-увидим. В любом случае, ответственность за их жизни и благополучие теперь полностью лежит на мне.

Глава 8

Дом у меня в принципе небольшой. Маленькая прихожая, из нее сразу попадаешь в более-менее просторную гостиную, а из гостиной уже можно попасть на кухню, в мою спальню или в коридор. Тот, в свою очередь, ведет в еще одну небольшую комнату, которую все собиралась оборудовать под свой кабинет, но так и не собралась, ванную, туалет и кладовку. Последняя полностью забитая разным хламом, я туда уже больше года не заглядывала. Зато есть еще довольно просторные подвал и чердак. Как тут теперь вчетвером уживаться – понятия не имею, но как-то надо.

Пока показывала Дилану дом, заодно дала ему поручение, какие продукты следует достать из подвала и принести на кухню. Сама же, тем временем, заглянула в комнату, которую решила отдать мужчинам. Оба лежали на диване, еще не пробудившись от целебного сна. Но это даже хорошо – меньше проблем. Пока мне и одного Дилана хватает с лихвой. Кстати, надо будет у него узнать, как зовут остальных.

Не став задерживаться, вернулась на кухню, где в растерянности стоял Дилан, сгрузив все необходимое на стол. При моем появлении дернулся было вновь стать на колени, но сдержал свой порыв, что уже было хорошим знаком. Значит, у меня есть шансы вернуть его к нормальной жизни. Насколько это возможно.

Ободряюще подмигнула парню и подошла к шкафчику, где у меня хранилась посуда. Чуть сильнее дернула немного заедающие дверцы и уставилась на содержимое.

– Думаю, стоит приготовить мясное рагу с овощами. И сытно, и полезно, – в задумчивости сказала я, прикидывая насколько большую кастрюлю следует брать.

За спиной услышала очередной испуганный вздох Дилана. На пару секунд зажмурилась, сдерживая раздражение.

– Да, Дилан? Что-то случилось? – максимально спокойным и ласковым тоном спросила я, не оборачиваясь и примериваясь к самой большой кастрюле.

– Я не умею готовить, – трагическим голосом ответил тот.

Вот честное слово, таким тоном только сообщать о смерти родственников. Так, спокойно, мой сарказм здесь неуместен, парню и так досталось.

– Как раз есть повод научиться. Помыть и порезать овощи сможешь? – вздохнув, спросила я, вытаскивая кастрюлю и оборачиваясь к Дилану.

На него было жалко смотреть. Губы сжаты в тонкую линию, глаза горят, грудная клетка вздымается от частого дыхания.

– Наверное. Но не знаю как, – совсем тихо сказал он.

– Я покажу, смотри, – сказала я и на примере кабачка показала, как мыть и резать.

– А если у меня не получится?

– Как порежешь – так и будет, думаю, не отравимся, – хмыкнула я и принялась чистить лук, склонившись над корзиной для мусора.

Следующие минут десять мы занимались своими делами молча. Понимаю, что нужно было бы все же завести разговор, хотя бы спросить о полукровке и эльфе, но что-то мне подсказывало, что лучше все же поговорить на эту тему напрямую с кем-то из них. А заодно узнать, что же не так с самим Диланом. Во всяком случае, с эльфом я хоть и перебросилась всего парой слов, пока ждала стражу, но он мне показался не в пример адекватнее этого парня. Да и тот полукровка, что не пускал в дом Райзека, и близко не был таким перепуганным и нервным.

Шум воды за моей спиной стих, и я услышала негромкое постукивание ножа о разделочную доску. Честно говоря, в готовке больше всего не люблю именно процесс нарезки необходимых ингредиентов. Так что, в некотором смысле, мне повезло – теперь есть, на кого спихнуть эту обязанность.

Не знаю точно, сколько времени прошло, прежде чем наша идиллия нарушилась. Я как раз заканчивала тереть на терке морковь, когда стук ножа о доску прекратился, и моих ушей достиг очередной