Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

Теперь все они были мертвы.

— Я велел Гисли не спускать с тебя взгляда, — Рагнар хмуро посмотрел на улыбавшуюся жену.

— Он и не спускал, — заверила его Сигрид.

Рагнар мрачно посмотрел ей за спину: Гисли взгляд конунга встретил почти обречённо. Впрочем, не нашёлся ещё человек, который удержал бы рыжую воительницу от битвы. Даже её собственный муж не мог.

— У тебя кровь на плече, — сказала Сигрид, чтобы отвлечь Рагнара.

— Чужая, — отмахнулся тот, всё ещё хмурясь.

— Как было устоять... — повинилась она, ничуть не чувствуя себя виноватой. — И не поглядеть, а вдруг я все умения растеряла?

Рагнар раздражённо фыркнул. Словам жены он не поверил ни на грош.

— И зимы не прошло, как ты родила.

— Наша младшая дочь уже ходит вовсю! — тотчас вскинулась Сигрид, сверкнув глазами.

Заскрежетав зубами, Рагнар махнул рукой и отвернулся. Рождение двух старших детей не удержало Сигрид в Длинном доме. С чего бы ей перемениться после третьего?..

Но он всё же дрогнул, когда жена подошла к нему со спины, принялась распутывать завязки на его кожаной куртке с металлическими пластинами, нарочно задевала прохладными пальцами разгорячённую кожу под рубахой, скользила ладонями по поджарому животу и рёбрам.

Рагнар глухо выругался сквозь зубы и бросил короткий взгляд на небо. Эту женщину Один послал ему в наказание за дерзость, в этом он был уверен.

Как и в том, что жить без неё он не мог.

Потом вместе с хирдом они ходили по берегу и рассматривали поверженных воинов.

— Кто такие-то? — бормотали мужчины, глядя на чужие лица.

— Всякий сброд, — Рагнар пожал плечами, остановившись. — Хакону не мешало бы усилить дозоры на своих землях.

— Но мы далеко заплыли, — возразила Сигрид, вглядываясь в море.

Они покинули Вестфольд седмицу назад. Через пару месяцев им предстоял поход на англов. Те так распоясались за последние зимы, что вынудили объединиться двух злейших врагов: Морского Волка и Сигурда Жестокого.

И нынче Рагнар объезжал своих ярлов, готовил драккары и хирдман.

Он и Сигрид направлялись к Хакону, но не только чтобы поговорить о скором походе. Была и другая причина, заставившая конунга покинуть Вестфольд.

Его младшая сестра недавно родила сынишку.

Сигрид же, которая истосковалась по морскому простору и солёному ветру, уговорила мужа взять западнее, отойти подальше от знакомых берегов. Ей хотелось вдохнуть полной грудью воздух, ощутить на лице ледяные брызги, почувствовать, как под ногами качается палуба. На быстроходном, юрком драккаре это было несложно.

И когда они остановились у одного из безымянных островков, на них напали какие-то безумцы. Теперь их тела заберёт себе грозный бог Ньёрд.

— Будем возвращаться к нашим берегам, — заключил Рагнар. — Довольно погуляли.

Сигрид подавила вздох и кивнула. Муж был прав. Поход на англов не мог ждать, а он и так подарил ей целую седмицу в море.

Уже утром их драккар повернул к поселению, где сидел ярлом самый преданный человек конунга, а через пару дней встретился в море с гружёным, круглобоким кнорром (грузовое, торговое судно, использовалось для перевозки грузов), который покинул Вестфольд и также направлялся к Хакону. Корабль должен был доставить снаряжение и припасы.

Но оказалось, кроме снаряжения и припасов, на палубе притаился и кое-кто ещё.

Когда Торваль, ходивший на кнорре кормчим, за ухо выволок и подтолкнул к борту рыжеволосого Эрлинга, старшего сына Рагнара и Сигрид, воительница даже не удивилась. Изо всех сил она боролась с усмешкой и бросала короткие взгляды на мужа, ноздри которого раздувались от гнева.

А она говорила, что напрасно он не взял с собой Эрлинга, который едва ли не бредил желанием отправиться с отцом и матерью в настоящий поход.

Говорила, что никакие стены Вестфольда не удержат его дома.

И вот теперь любовалась, как в Рагнаре бешенство из-за непослушания сына боролось с отцовской гордостью, и как Эрлинг отчаянно выпячивал подбородок, всем видом показывая, что не намерен отступать.

Мальчишке было девять, и он весь пошёл в мать: рыжие вихры, острые скулы, упрямый подбородок. Только глаза отцовские: серые, внимательные, уже сейчас с прищуром, который Рагнар замечал за собой, когда всматривался в горизонт.

— В мешках спрятался, — Торваль старался говорить грозно, но в голосе слышалась усмешка. — На третий день нашли его, уж поздно возвращаться было.

— На берегу потолкуем, — мрачно посулил Рагнар сыну, развернулся и отошёл от борта.

Взгляд Эрлинга метнулся к матери, и она ему подмигнула. До берега ещё несколько дней пути. Конунг остынет. А хотел бы наказать — так перетащил бы с кнорра на драккар через борт.

Когда она подошла, Рагнар посмотрел на неё через плечо. Сигрид пыталась подавить улыбку, но безуспешно. Она сыном была довольна. Каким бы он вырос викингом, если бы в детстве не пробирался против воли старших на драккары да не искал морских приключений?

— Твой сын, — с нажимом произнёс Рагнар.

— И твой тоже, — Сигрид фыркнула. — Мне Ярлфрид рассказывала, что ты в его зимы творил.

— И потом на лавку сесть не мог.

Воительница легко пожала плечами.

— Ну, вот ступим на берег...

Но она оказалась права, за четыре дня плавания Рагнар остыл и лишь отправил Эрлинга вместе со всеми перетаскивать в Длинный дом груз, который привезли на кнорре.

На берегу их встречали Хакон и Рагнхильд, и уже не в первый раз Сигрид подумала, что замужество преобразило младшую сестру конунга необычайно. Та стала ещё краше. Толстые светлые косы лежали на голове настоящей коруной, светлые глаза смотрели спокойно, с губ не сходила лёгкая улыбка, и даже смурной Хакон рядом с женой начинал улыбаться чаще.

Так и не оправившись до конца от страшной раны, в далёкие морские походы он с Рагнаром больше не ходил, но у конунга Севера не было надёжнее и преданнее человека, чем ярл Хакон, на которого он оставлял Вестфольд и все свои обширные владения. И в котором не сомневался никогда.

Они обнялись, и Хакон с Рагнхильд повели гостей в Длинный дом. Сигрид не бывала здесь почти две зимы и теперь с любопытством осматривалась, подмечая изменения.

— Два драккара снарядим... — Хакон меж тем рассказывал о подготовке к скорому походу.

Они сидели во главе стола, и на лавках по бокам расположились хирдманы и простой люд. Вдруг Хакон замолчал, зацепившись взглядом за Эрлинга, который бочком скользнул в Длинный дом и устроился где-то в середине, между воинами, вместе с которыми разгружал кнорр.

Проследив за его взглядом, Рагнар скрипнул зубами.