Меченый. Том 6. Огонь наших сердец - Андрей Николаевич Савинков

переведено сварочное производство, а к началу тринадцатой пятилетки на новой площадке должен заработать полноценный сборочный конвейер, которому предстоит взять на себя основные функции по выпуску автомобилей.

Проведённые специалистами расчёты показали, что основное производство ЗИЛа на старой московской территории сильно устарело, а его глубокая модернизация в сложившихся условиях признана нецелесообразной. Новая же площадка позволяет организовать выпуск техники в соответствии с требованиями завтрашнего дня, с рациональной планировкой цехов, современной технологией и улучшенными условиями труда.

При этом завод на прежнем месте не утратит своей роли. Он будет сохранён как крупное агрегатное предприятие, выпускающее узлы и механизмы для самых различных грузовых и легковых автомобилей, собираемых на заводах Советского Союза. Таким образом, накопленный за десятилетия опыт московских машиностроителей продолжит служить всей стране.

Особое значение имеет и обновление модельного ряда. На новой площадке намечен выпуск нового грузового автомобиля, являющегося дальнейшим развитием недавно освоенного ЗИЛ-4331. Машина получит новую раму, экономичный дизельный двигатель, современную подвеску, усовершенствованные тормозные и рулевые системы, что обеспечит ей более высокие эксплуатационные качества.

Новый завод и новый грузовик станут залогом того, что ЗИЛ сможет уверенно шагать в будущее, не теряя своих традиций и опираясь на богатый производственный опыт. Ожидается, что уже к середине 1990-х годов обновлённое предприятие выйдет на плановую мощность до 300 тысяч грузовых автомобилей в год, укрепляя промышленный потенциал страны.

— Будете шантажировать?

— Упаси, Господь! — Мы с американским президентом неторопливо шагали по дорожке. — Наоборот, хочу договориться с вами о максимально взаимовыгодном сотрудничестве. У меня есть целый пакет предложений, которые совершенно точно будут выгодны и вам и нам. И США и СССР, если быть точным.

О том, какой переполох вызвало мое неожиданное решение поехать на ночь глядя гулять в отдаленном Лайнцер Тиргартене, даже говорить смысла не было. Ребята из ГСО во главе с неизменным Володей Медведевым — он теперь щеголял генеральскими погонами, но все равно держал свой пост «близ тела», никому не доверяя самую главную работу — выступили резко против. Однако это был как раз тот случай, когда решала не охрана, а я, вопрос являлся политическим, и мне просто необходимо было пообщаться с Дукакисом с глазу на глаз. Сделать это в самом городе просто не представлялось возможным.

В итоге все это больше походило на войсковую операцию, благо местные власти отнеслись к желанию двух лидеров сверхдержав прогуляться в отдаленном парке с пониманием. Нам выделили охрану из местных, а саму территорию оперативно закрыли от посетителей. Сто процентной гарантии безопасности, конечно, никто дать бы не смог, но учитывая незапланированность поездки, шанс нарваться на засаду был минимален. Все же за двадцать минут организовать что-то серьезное просто невозможно. Ну во всяком случае я на это надеялся.

— Почему вы сделали такое уточнение?

— Это хороший вопрос, правильный. Видите ли, тридцать лет назад один ваш деятель произнес такую фразу: «Что хорошо для Дженерал Моторс, то хорошо для страны». С тех пор утекло очень много воды, и некогда американский капитал… Вы не против, что я вот вам лекцию читаю по геополитике и макроэкономике?

— А у меня есть выбор? — Дукакис как-то грустно хмыкнул, но потом тряхнул головой и добавил. — Но продолжайте, взгляд оппонента на нашу внутреннюю кухню как минимум не безынтересен.

— Так вот, прошли годы, и ваш некогда американский капитал уже совсем перестал быть американским. Интересы компаний Эксон или Кока-кола гораздо шире, чем только США, поэтому сейчас интересы крупнейших, пусть формально

американских компаний, совсем не тождественны вашей стране.

— А если отвлечься от высоких материй? Что конкретно вы предлагаете?

— Соглашение о разоружении, о запрете на ядерные испытания. Снижение напряженности, активизацию торговли. Сегодня твой враг, завтра — покупатель, послезавтра — партнер. Так же говорят у вас на Волл Стрит.

— Например?

— Например, уран.

— Уран? — Дукакис явно не успевал за моей мыслью.

— Да, СССР за сорок лет накопил просто огромное количество высокообогащенного оружейного урана. Можно заключить договор, согласно которому мы его разбавляем до энергетического уровня и продаем в США. Мы получаем деньги, вы — относительно дешевое сырье и условное снижение военного потенциала СССР. Вашим избирателям понравится. Кроме того, мы можем предложить вам доступ к космическим пускам на наших ракетах, пока вы не разберетесь со своими шаттлами, а также есть идея трехстороннего консорциума по постройке газопроводов. Мы купим в Америке трубы и турбины, а вы не будете давить политически. Вас, господин президент, за такие соглашения будут носить на руках.

На самом деле идей было еще больше. Там и соглашение об утилизации химоружия — за счет Америки, конечно же — и, например, взаимная сертификация ГПС/ГЛОНАСС и сотрудничество в сфере борьбы с терроризмом и наркоторговлей… Ха-ха три раза.

— Меня за такие соглашения просто пристрелят… Как Кеннеди, — оптимизма в голосе американца не было ни на грош.

— Зависит от того, как это «продать» людям. На фоне милитариста-Буша, загнавшего США в долги и поссорившего с половиной планеты, миротворец Дукакис может смотреться максимально выигрышно. Тот, кто закончил Холодную войну. Получим Нобелевскую премию мира на двоих, — я немного помолчал и добавил. — Ну и вы не можете отрицать, что пока вы от нас видели только добро. Поверьте, без нашей помощи занять место президента США вам было бы гораздо сложнее. И да, я понимаю, что оказанная услуга ничего не стоит, поэтому не вешаю на вас никаких долгов, предлагаю начать сотрудничество с чистого листа.

Некоторое время мы двигались по асфальтированной дорожке молча. Американский президент напряженно размышлял о том, что я вывалил на него ранее.

— А если нет? Если я не соглашусь?

— Такой вариант тоже возможен. Тогда придется довольствоваться организацией скандала с президентом США по причине работы его на русскую разведку. Уж поверьте, материалов за эти три года у нас насобиралось столько, что хватит даже для самого упорного скептика. В этом случае вы тоже войдете в историю, но немного иначе. Как первый президент США, которого сняли с должности и отправили в тюрьму.

— Двадцать минут назад мы начали разговор с того, что вы не будете меня шантажировать, — криво усмехнулся Дукакис. — Быстро вы забыли свое обещание.

— Не нужно передергивать, — я добавил в голос металла. — Я протянул вам руку дружбы, вы спрашиваете, что будет, если вы в нее плюете. Ничего хорошего. Никто не говорил про шантаж по отдельным договоренностям, СССР от вас