Николай I Завоеватель - Виктор Карлович Старицын

русских насчитывали 24 тысячи человек. Им противостояли 17 тысяч турок, из них 4 тысячи отборной гвардейской конницы. Не входя в ближний бой, два дивизионных артиллерийских полка накрыли позиции турок ракетами. Турецкая артиллерия до русских не добивала.

Юсуф-али-паша, понял, что, оставаясь на месте, его войска будут полностью истреблены ракетным огнем русских, и двинул свои полки в атаку. Пехота атаковала по центру, а конница – по флангам. Русские начали расстрел атакующих турок с тысячи шагов винтовочными залпами и гранатами из пушек. С двухсот шагов пушки ударили картечью, а пехота – батальонными ружейными залпами. На этом атака и захлебнулась. До тысячи конных и до трех тысяч пеших турок рассеялись в окружающих поле боя лесистых холмах. Их не преследовали. Корпус, не задерживаясь, продолжил марш к Константинополю. Сбором трофеев занялись обозники.

Передовые полки корпуса вышли к османской столице 26 июня, всего лишь через месяц после начала войны. Генерал Воронцов оставил у Силиври одну дивизию, чтобы обезопасить себя с тыла. Другую дивизию направил вдоль берега Босфора на север, поставив ее командиру полковнику Старобельскому задачу взять крепость Румели-фанери, стоящую на западном берегу пролива и блокирующую вход в Босфор из Черного моря.

Старинная средневековая крепость была взята 28 июня. Артиллеристы Старобельского с изумлением увидели огромные пушки крепости, калибром равные кремлевской Царь-пушке, но по длине стволов превосходившие ее втрое. Впрочем, стрелять эти пушки могли только в сторону пролива.

В этот же день обе оставшиеся дивизии Одесского корпуса и тяжелая артбригада в полном составе вышли к Константинополю и блокировали город с суши.

Крымский корпус, совершавший марш от бухты Кефкен, 28 июня натолкнулся на корпус великого визиря Рахим-али-паши, занявший оборону вблизи крепости Анадолу-фанери. У визиря было всего 10 тысяч пехоты при двух десятках пушек. Командир корпуса генерал Дибич приказал командиру передовой дивизии полковнику Лядову вступить в бой и разгромить турок, не дожидаясь подхода остальных сил корпуса.

Лядов подверг турок массированному ракетному обстрелу и отразил их контратаку. Путь на Константинополь был освобожден. Лядову Дибич приказал продолжить марш. Следующую дивизию Дибич направил к Анадолу-фанери. Двадцать девятого июня крепость, блокирующая вход в Босфор с его восточного берега, была взята. Обе парные крепости были хорошо укреплены против атаки с моря, а со стороны суши их стены были ветхими. Лядову Дибич приказал остаться на бывшей турецкой позиции и прикрыть корпус с тыла.

Тридцатого июня две дивизии корпуса взяли город Ускюдар, лежащий напротив Константинополя на восточном берегу Босфора. Четвертую дивизию корпуса Дибич выдвинул на восток на 40 верст по дороге к городу Измит, чтобы прикрыть фланг корпуса со стороны турецкой Анатолии. Пушки артполков полностью пресекли движение любых кораблей и лодок по проливу. Теперь Константинополь был полностью заблокирован и с берега, и с воды. Оба берега Босфора были очищены от турецких войск.

* * *

Разработанная Генштабом военная кампания осуществлялась в полном соответствии с планом. Первого июня в Босфор вошел весь Черноморский флот, проводящий третью крупнейшую десантную операцию за месяц. Пройдя насквозь Мраморное море, флот высадил пять пехотных дивизий Харьковского корпуса на берега пролива Дарданеллы. За два дня дивизии корпуса взяли города Гелиболу, Чанак-кале и парные крепости Кум-кале и Седюльхибар, прикрывавшие вход в Дарданеллы из Эгейского моря.

Четвертого июня берега проливов Босфор и Дарданеллы полностью перешли под контроль русских войск, а к 10 июня были полностью очищены от турок оба берега Мраморного моря. Установив свое господство на восточном берегу Дарданелл и Мраморного моря, корпус, оставив бригаду морской пехоты и артбригаду во взятых турецких крепостях Кум-кале и Седюльхибар, двинулся вдоль берега Эгейского моря на юг в турецкую провинцию Измир, имея приказ взять под контроль всю эту провинцию.

Две дивизии Крымского корпуса остались у Константинополя, а две другие двинулись в обратный путь к Кефкену. Им была поставлена задача взять черноморские порты Эрегли, Инеболу и Синоп.

В соответствии с планом операции, 2-й и 3-й корпуса Киевской армии 22 июня контратаковали пытающихся сбить русских с перевалов турецкие войска, нанесли им поражение и вырвались из горных ущелий за Балканский хребет в Румелию. Третий корпус Шольца направился на юг, к Филипполю, и далее к Андреанополю. Корпус имел приказ взять эти города, а затем двигаться в Македонию к Салоникам, обходя Родопские горы с востока.

Второй корпус Оболенского, прорвавшись через перевал Араб-Кона, пошел к Софии. Оболенский получил приказ взять Софию и продвигаться на северо-запад по долине реки Моравы в Сербию на Белград через города Ниш и Крагуевец.

Кавалерийские дивизии корпусов остались на своих местах, удерживая в крепостях турецкие гарнизоны. Зато иррегулярные казачьи дивизии двинулись через перевалы вслед за пехотными. К этому времени вся территория Болгарии восточнее Балканского хребта, за исключением засевших в сильных крепостях турецких гарнизонов, была полностью очищена от вражеских отрядов и представителей султанской администрации. Контроль за сельской местностью и малыми городками казачьи полковники передавали сформированным на местах отрядам болгарских ополченцев и выбранным самими болгарами главам местных управ.

Все управление оставшимися османскими войсками было утеряно. Гарнизоны крепостей изолированы друг от друга. Командующие войсками в Сербии, Македонии, Греции, Сирии были предоставлены сами себе и готовились отражать наступление стремительно надвигавшихся на них русских корпусов.

Войска из центральных районов Турции – Анатолийского нагорья, выполняя приказы султана, выдвигались на Кавказское направление, чтобы отразить наступление русских на Трабзон. Ни сам султан, ни командование турецких войск не ожидали столь быстрого прорыва русских к Константинополю.

Паша Египта Мухаммад-Али, получив известие о блокаде русскими Константинополя, остановил свои войска на границе Сирии, отозвал в Александрию все оставшиеся у него после сражения при Наварине военные корабли и с интересом ожидал дальнейшего развития событий. Он и прежде считал себя вассалом султана лишь номинально, а теперь надеялся без всяких усилий получить полную независимость от османов.

* * *

Еще в начале мая командующий русской средиземноморской эскадрой адмирал Лазарев получил секретное предписание министра обороны, предписывающее ему 20 мая без объяснения причин выйти из соприкосновения с английской и французской эскадрами и идти к острову Лемнос, имеющему удобную бухту и расположенному у входа в Дарданеллы. Предписание было доставлено ему курьерами Госраз, тайно прошедшими через Валахию, Болгарию, Македонию и Грецию. Эскадра Лазарева включала в себя 4 линкора, 4 фрегата и корвет.

Султан Махмуд, как только передовые отряды русских появились под стенами города, сразу же отправил дипломатические письма монархам Австрии, Франции, Англии, Испании и Пруссии. Махмуд вполне справедливо полагал, что, по крайней мере, первым четырем монархам из пяти адресатов писем весьма сильно