Месть - Виктория Э. Шваб

VIII. Три недели назад. ЭОН

Эли просматривал досье Марселы. Виктор подпирал противоположную стену камеры, сунув руки в карманы.

Эли долго думал, что Виктор преследует его с того света, но теперь, выяснив, что Вейл жив, знал: призрак просто плод его собственного воображения. Начало безумия. Он приложил все силы, чтобы не обращать на фантом внимания.

За стеной раздались шаги. По походке Эли понял, что это Стелл. А еще, что директор ЭОН зол.

Стена прояснилась, но Эли склонил голову над работой.

– Я так понимаю, – сухо сказал он, – поимка прошла с оглушительным успехом.

– Ты же знаешь, что это не так.

– Сколько погибло?

Повисла долгая, тяжелая тишина.

– Вся группа.

– Столько людей погибло зря, – пробормотал Эли, закрывая папку. – И все во имя политики заведения.

– Без сомнения, ты очень доволен собой.

Эли поднялся со стула.

– Хотите верьте, хотите нет, директор, я не получаю удовольствия от гибели невинных. – Он вытащил последние фотографии из шлюза, куда их просунул Стелл. – Я только надеюсь, что вы готовы поступить правильно. – Он проглядел снимки из «Хайтс». – А дамочка-то серьезная?

Стелл только хмыкнул.

Эли изучил остальные фотографии и заметки, восстанавливая в уме картину.

И кое-что он заметил довольно быстро. Первое – Марсела имела склонность к театральности.

Второе – она действовала не одна.

Существовали очевидные расхождения во времени и методах убийств, но для Эли самым убедительным доказательством стало нечто куда более тонкое – почерк, эстетика. Место преступления на четырнадцатом этаже было обставлено грандиозно, ужасно, драматично; убийства возле транспортного фургона – простыми, жестокими и эффективными.

Один преступник был эксгибиционистом.

Другой – обученным убийцей.

Марсела была явно первой, но кто же второй? Союзник? Подельник? Или просто кто-то с личным интересом?

– Она не одна, – произнес он вслух.

– Ты тоже так думаешь, – сказал Стелл.

Конечно, это была только гипотеза, но вскоре ее подтвердили прибывшие из «Хайтс» видеоматериалы. Эли вытащил файлы на свой компьютер, а Стелл сделал то же самое на планшете, и они вместе молча наблюдали, как Марсела расправляется с первыми двумя агентами. Эли с мрачным удовлетворением увидел вторую фигуру, крупного мужчину, который свернул шею третьему солдату.

А потом на его глазах мужчина стал женщиной.

Это произошло буквально между кадрами, изменение было настолько внезапным, что казалось сбоем. Но это был не сбой. Это был ЭО.

Судя по всему, оборотень. Коварная способность, таких ЭО труднее всего найти.

– Сукин сын, – пробормотал Стелл.

– Надеюсь, вы не будете настаивать, что надо помиловать и этого во имя политики учреждения.

– Нет, – мрачно ответил Стелл. – Думаю, мы уже выяснили, что никто из них не намерен сотрудничать. Будем действовать соответственно.

– Один или два, это не имеет значения, – сказал Эли. – Может, они не люди, но все еще смертны. Найдите их. Убейте. И покончим с этим.

– Будто это так просто.

Эли пожал плечами. В теории, да. Сама задача была более сложной. Потребовалась вся его сдержанность, но Эли не предложил во второй раз свою кандидатуру. То зерно было посеяно слишком недавно, его корни слишком слабы. Кроме того, Эли знал, как дальше поведет себя Стелл, сам предложил этот выход. Снайпер на безопасном расстоянии, четко и быстро. Если все пройдет хорошо, больше невинные не пострадают. Впрочем, если все пройдет хорошо, исчезнет надобность выпускать самого Эли.

Он напрягся. Невидимая рука, та, что всегда вела его вперед, сейчас тянула назад – прежде Эли предполагал, что это Бог, но сомнение – медленная, коварная сила, истончающая даже твердые вещи. Эли все еще хотел, больше всего на свете хотел верить, он знал, что требовать доказательств, просить знака не то же самое… но ему было нужно хоть что-то.

И тогда он сказал себе: если Бог этого пожелает… если миссия провалится… если так суждено…

А если нет? Если Эли действительно сам по себе?

Нет, он увидел свой шанс и ухватился за него. Остается ждать.

Остается верить.

– Ты знаешь, что должен делать, – сказал Эли.

Стелл кивнул.

– Сперва придется снова их найти.

– Это не проблема, – ответил Эли. – Марсела не из тех, кто избегает боя.

IX. Три недели назад. Деловой центр города

Стальные каблуки Марселы стучали по вестибюлю «Нэшнл билдинг».

Джун следовала на шаг позади, шлепая в своих гладиаторских сандалиях. На этот раз она выбрала новый облик – так она их называла – долговязую девушку с черными волосами до плеч и широко распахнутыми темными глазами, тонкие ноги торчали из белых шорт. Судя по всему, ей было лет шестнадцать, и когда Марсела спросила, Джун просто сказала:

– Говорят, он предпочитает молоденьких.

– Чем-то могу помочь? – спросил человек за стойкой.

Марсела подняла солнцезащитные очки на макушку, демонстрируя голубые глаза и длинные ресницы.

– Очень на это надеюсь, – сказала она томным голосом.

Она давно научилась превращать мужчин в марионеток.

Это было просто, никаких особых навыков не требовалось.

Она улыбнулась, как и мужчина за стойкой.

Она наклонилась, и он подался ей навстречу.

– Мы пришли повидаться с Тони.

Марсела не назначала встречу, но Джун оказалась права: Хатч искал ее – он оставил десяток голосовых сообщений на ее телефоне с памятной ночи покера. Через полминуты они уже шли наверх.

Джун прислонилась к стене лифта. Она подозрительно притихла, ее рот сжался в мрачную линию. Прежняя улыбка исчезла, взгляд нервно бегал по панели на стене, собственному отражению и золотой отделке на потолке.

Лифт звякнул, и двери открылись. В элегантном фойе стояла пара мужчин в темных костюмах, под безупречно сидящими пиджаками виднелись кобуры. Матовые двери впереди вели в пентхаус.

– Господа, – поздоровалась Марсела, шагая вперед.

Ее наряд явно не подходил для ношения скрытого оружия, но один из охранников настоял на обыске и ощупал ее, задержавшись на бедрах и под грудью. Когда другой парень подошел к Джун, та просто усмехнулась, и Марсела кашлянула.

– Я почти уверена, что за это есть статья.

Охранник фыркнул, но отступил, явно решив, что связываться не стоит. Он ввел код в настенную панель, и матовые двери открылись. Пространство за ними больше походило на гостиную, чем на офис. Широкие белые диваны и низкие стеклянные журнальные столики, графины вдоль серванта.

Тони Хатч сидел за глянцевым черным столом и читал газету, а за его спиной в огромных панорамных окнах мерцал город. За стеклом каменная терраса вела к поблескивающему синему бассейну; на весенней прохладе от нагретой воды поднимался пар.

Тони поднял глаза от газеты и улыбнулся.

Говорят, люди бывают липкими. Возможно, это правда, ведь каждый раз, когда Марсела видела