Не тот год IV - Михаил Владимирович Баковец

только случайность, — он вновь помолчал и вдруг задал неожиданный вопрос. — Рейхард, а вы что сами думаете по поводу мистики в деле с Карацупой? Некоторые мои агенты тоже писали в докладах что-то такое…

* * *

Неофициально Финляндия прекратила военные действия с Советским Союзом. Потери её армии оказались настолько существенными, а успехи союзника — Германии — настолько незначительными, что это небольшое государство сначала отступило, оставив часть захваченных советских территорий, а потом, к лету сорок второго года, вернулась к своей старой границе. Этому способствовал невероятный успех Красной Армии, когда в плен попал сам Маннергейм, и регулярные чудовищные бомбардировки Финляндии.

Новые советские авиабомбы повышенной могущественности сносили целые кварталы в городах, заводы и топливные базы. Ранее неприступные ДОТы гибли от одного налёта. Даже если такая бомба падала в двухстах метрах, отражённая от скал волна убивала всё живое внутри бетонного укрепления. Но таких случаев было раз-два. СССР берег подобные боеприпасы, предпочитая тратить на более достойные цели. Лишь пару раз показательно отбомбился по полосе укреплений в Карелии, дав наглядный урок, что больше не собирается штурмовать в лоб скалы и бетон, окружённые колючей проволокой и минами. Всё это будет стёрто в мелкий щебень с небес.

Фактический предыдущий правитель страны Паасикиви пропал без вести. Все были уверены, что прогерманский финский политик был похищен или по-тихому устранён советским НКВД. Номинальным являлся президент Ристо Рюти. Но после возращения из плена Манергейма именно фельдмаршал стал главой всей политической жизни страны. Он же жёстко вычистил всех соратников пропавшего премьера, убрал подальше от власти сомневающихся и выжидающих. Стране грозило полное уничтожение, лишение суверенитета при неправильном выборе. А при правильном… ну, хотя бы Финляндия останется существовать.

Маннергейм с группой послов и новым премьер-министром Антти Хакцеллем лично прибыл в Москву на окончательные и официальные переговоры. На них решится судьба страны.

— Боже… Боже, — хрипло произнёс премьер, после того, как внимательно прочитал условия мира. Он трясущимися руками сорвал галстук, дёрнул воротник рубашки, выдирая две пуговицы с мясом, но легче ему не стало. Перед глазами Антти Хакцелля всё плыло. Сердце бешено и болезненно стучало в груди в попытках вырваться на свободу. Не такого мирного будущего он ожидал. Ох, не такого.

Советский Союз за прекращение войны с Финляндией и предоставления ей суверенитета — была дана гарантия, что страна не станет одной из советских республик — потребовал очень много. Четыреста пятьдесят миллионов долларов, которые нужно было выплатить в течение десяти лет, но разрешалось погасить репарации товарами. Изначально Сталин потребовал восемьсот, потом милостиво уменьшил почти вдвое. Также Финляндия уступала всю Карелию, район Салла, острова в Финском заливе. Возвращала СССР область Петсамо — выход к Баренцеву морю, который Финляндия получила ещё по Тартускому миру тысяча девятьсот двадцатого года. Армия должна была не просто сократиться до состава мирного времени, а стать в два раза меньше данного значения. Все нацистские и профашистские организации распускаются. Их лидеры и активные члены обязаны попасть под уголовное преследование. Все военнопленные передавались советской стороне. Как и ряд политических заключённых.

Ещё Финляндия должна была объявить войну Германии или иным способом решить проблему с крупной воинской группировкой вермахта в Лапландии. Но самое главное — это полуостров Порккала. СССР потребовал его в аренду на пятьдесят лет с заявлением, что там будет стоять его военная база. И с возможностью продления аренды. От полуострова до Хельсинки было менее двадцати километров. Дальнобойная артиллерия без проблем сможет смешать с землёй столицу Финляндии.

— Нет, это невозможно, невозможно, — прохрипел Хакцелль. — Лучше война. Лучше смерть, чем такой позор.

— Господин премьер, говорите за себя, — хмуро сказал ему один из послов. — Вы видели, во что русская авиация превращает наши заводы и города? А ведь они показательно разрушили только пустые кварталы, где почти никто не жил. И точно также показательно стёрли с лица земли все наши заводы и топливные базы. Нашей технике не на чем передвигаться. Нашим солдатам на передовой не на чем привезти еду и патроны со снарядами. У нас уже нет ни танков, ни авиации, ни тяжёлых пушек! — с каждым словом он повышал голос. — Сталин даёт нам понять, что закроет глаза на ошибку союза с немцами, но заплатить за неё нам придётся.

Маннергейм знал кого набирать в делегацию. Другого премьер-министра не было, но имелась возможность нивелировать его усилия другими политиками.

— Мы примем эти условия, — негромко сказал фельдмаршал. — Смерть мила таким как мы, старикам, которые уже пожили и повидали многое. Но в стране есть дети, для которых я не хочу такого будущего. Советский Союз в этой войне победит, это уже факт. Но чем дальше она будет идти, тем больше потеряют все её участницы. Разве что, Англия как всегда отделается малой кровью, чтобы потом спустя годы громко заявить о себе, как о главной победительнице, — он зло усмехнулся.

— Вы предатель! — сказал, как выплюнул Хакцелль.

— Я спасаю нашу страну. Вот увидите, это решение спасёт нас. А вот прочие союзники Германии…

В этот момент лицо премьер-министра жутко перекосилось, страшно захрипев он повалился на пол.

— Врача! — крикнул кто-то.

Глава 26

ГЛАВА 26

Курт Бош командовал новейшим отечественным танком. После страшного и смертельного удивления год назад, когда немецкие панцеры столкнулись с русскими Т-34 и КВ-1, инженеры Третьего рейха кардинально перебрали PzKpfw IV, сделав упор в первую очередь на вооружение.

Благодаря их стараниями родилась обновлённая версия — Ausf.F2. Танк получил длинноствольное семидесятипятимиллиметровое орудие с грушевидным дульным тормозом, которое уже позволяло на равных (а по уверению инженеров и вовсе превосходить) бороться с русскими «тридцатьчетвёрками». Почти все новые модели командование решило задействовать в главной операции на юге России.

— Командир, скоро мы зададим этим большевикам! — подал голос заряжающий.

Курт был с ним согласен. Учебные стрельбы показали, что уже с километра новая пушка могла поражать лоб русский средний танк. При этом русские танковые пушки на такой дистанции страдали низкой точностью. Мало того, на немецких танках стояли новые нерасстрелянные стволы. Чего нельзя было сказать про танки иванов. По крайней мере, так говорили солдатам вермахта на уроках политинформации. И сам Бош в это хотел верить.

На политических занятиях до танкистов доводилось, что иваны ещё не подозревают про новые танки Германии. А это означает, что вскоре настанет уже им смертельно удивляться. Курт с нетерпением ждал момента,