Ненавистная лекарка для слепого дракона - Мария Минц

Я терла верёвку о медную кромку кресла.

Медленно. Один раз на вдохе, один на выдохе. Если двигаться сильнее, Дэмиан заметил бы плечо. Волокна пока держались.

С магией дело шло лучше.

Серая сеть лежала в углу, но её печать осталась на коже. Внешний поток глох у ладоней. Внутри, под голубой защитой, сила двигалась. Я представляла её кровообращением: магия входила к ребёнку по одной линии и возвращалась по другой. Слишком ровно для живой системы. Значит, Дэмиан заранее выстроил мост.

Я осторожно сузила обратный канал.

Голубая нить дрогнула. Оберег на груди Дэмиана вспыхнул, и я сразу отпустила.

Он обернулся.

— Больно?

— Руки затекли.

Дэмиан подошел, проверил верёвку и затянул левый узел. Правого не коснулся. Не заметил петлю.

— Потерпи. Бастиан всегда заставлял других ждать. Теперь его очередь спешить.

— Ты уверен, что он придёт один?

— Он пришёл бы один даже за Вивиан, которую ненавидел. За ребёнком прилетит без армии.

Именно на это он рассчитывал. На старую вину Бастиана и новый страх за дочь.

Я снова коснулась внутреннего потока. Вместо сужения поменяла путь: заставила часть силы сделать круг вокруг ребёнка и вернуться в тело, не доходя до оберега. Маленький обход. Пока едва заметный.

На первом круге начала кружиться голова. Я прекратила и посчитала пульс по толчкам в виске. Быстро, но ровно. Ребёнок не мог подсказать, правильно ли я действовала, поэтому ориентировалась на цвет защиты. Голубой оставался чистым.

Второй обход проложила уже на выдохе. Часть магии задержалась возле нижней линии, собралась в маленький резерв и только потом вернулась к оберегу.

— Что будет, когда он сядет в кресло? — спросила я.

— Ты уже поняла достаточно.

— Я поняла, что хочешь забрать силу. Но тебе и так принадлежит родовая магия!

Дэмиан улыбнулся и поднял с пола цепь. На каждом звене было выгравировано серебряное крыло.

— Мне принадлежит ветвь. Бастиану — ядро.

Вот зачем нужен был живой брат.

— Драконье ядро нельзя передать, — сказала я, опираясь на обрывок телесного знания.

— Добровольно — нельзя. Через кровный мост, материнские каналы и первородный оберег можно вырвать.

Он положил цепь на подлокотники каменного кресла. Красные линии круга проснулись одна за другой.

— Совет никогда не признавал меня равным, — продолжил Дэмиан. — Я выигрывал сражения, возвращал крепости, спас их великого генерала. Для них я оставался младшим Ревенхартом, которому дали место из милости брата.

— Значит, всё ради титула…

— Титул можно украсть. Я хочу то, что заставит всех склонить передо мной головы!

Драконье ядро Бастиана.

Дэмиан взял оберег в ладонь. Чёрный камень ответил багровым светом. В его центре на секунду появилась золотая искра — украденный кусок силы Бастиана, сохранённый со времени спасения.

— Я вытащу ядро через ребёнка, — сказал он. — Кровь узнает кровь. Тело Вивиан проведёт поток. Оберег закрепит его во мне.

— А ребёнок?

Он не отвел глаз.

— Наследственная линия Бастиана закончится здесь.

Слова были холоднее металла у моей шеи.

Дэмиану было мало победить брата. Он собирался лишить его дракона, убить нерождённую дочь и оставить после себя единственную ветвь рода!

Я не ответила. Любой крик показал бы, насколько точно он попал. Вместо этого снова проложила внутренний обход. Теперь голубая сила делала два круга возле ребёнка, прежде чем касалась красной нити.

Мне нужен был клапан.

В обычном сосуде поток перекрывают давлением или зажимом. Магический мост питался связью, которую Дэмиан считал естественной и неизменной. Если бы я собрала защиту ребёнка в одно кольцо, смогла бы на мгновение пережать выход к оберегу.

Один шанс. Во время ритуала, когда поток станет сильнее.

Верёвка на правой руке поддалась на толщину нити.

Я поменяла угол запястья. Медная кромка задела кожу, зато верёвочное волокно наконец лопнуло. Одно из десятка. До свободы было далеко, но теперь петля растянулась бы, если резко дёрнуть.

Дэмиан заметил кровь на запястье и подошел. Я тут же замерла.

— Ты всё ещё ищешь выход, — констатировал он.

— Профессиональная привычка, — процедила я.

— В твоём мире врачи тоже лезли в дела правителей?

— В моём мире люди с такой манией величия обычно получали отдельную палату в психушке!

Дэмиан рассмеялся. Не обиделся. Уверенный человек мог позволить пленнице дерзость, пока та была привязана к креслу.

— Бастиан выбрал тебя именно за это?

— Спроси у него, — процедила я.

— Спрошу, прежде чем заберу ядро.

Он вернулся к зеркалу.

По дороге проверил западную чашу. В ней лежал тёмный кристалл размером с сердце ребёнка. От пустого каменного кресла к нему шли три красные линии. Значит, сток должен был стать временным хранилищем ядра, прежде чем Дэмиан замкнул бы его на себе. Если бы разрушить чашу слишком рано, сила ударила бы по всем участникам круга. Ещё одна ловушка, которую нельзя было ломать вслепую.

Чёрное стекло помутнело. На поверхности появился кабинет поместья. Изображение теперь было шире: я видела разбитую дверь лечебной комнаты, людей Ардена и Бастиана возле стола.

Мирт лежал на кушетке связанный. Моя игла всё ещё торчала в его воротнике. Живой. Арден держал забинтованную руку, капитан Роэл показывал карту шахт.

На столе лежал чёрный лист с золотым огоньком.

Бастиан читал приглашение, поднеся его близко к повязке. Дэмиан довольно усмехнулся: для него это было подтверждением слепоты.

Мирт попытался отвернуться от света, Арден схватил его за ворот и заставил смотреть на рисунок выработки. Пленный кивнул на северный вход и показал два пальца. Видимо, успел подтвердить количество внешних караулов. Значит, люди Бастиана получили схему изнутри, а моя игла подарила им свидетеля.

— Старая выработка имеет три выхода, — сказал Роэл. — Главный двор, шахтный тоннель и вентиляционный ствол. Мы можем перекрыть все.

— Если войдёте в ритуальный контур, он почувствует людей через оберег, — ответил Бастиан.

Он знал, что зеркало было способно передавать изображение вместе со звуком. Говорил ровно то, что должен был услышать Дэмиан.

— Он ждёт, что слепой брат придёт один, — продолжил Бастиан. — Значит, увидит слепого брата.

Арден понял первым. Посмотрел на повязку и медленно кивнул. Роэл указал на точки за пределами внутреннего круга шахты. Проверенные люди должны были остаться там, не касаясь контура, пока не получили бы сигнал.

Дэмиан видел подготовку и принял её за отчаянный план слепца: охрана снаружи, Бастиан внутри.

Я видела другое. Пальцы Бастиана скользили по карте слишком точно. Он знал расположение выходов, читал отметки, запоминал расстояния.

Потом поднял голову к чёрному зеркалу. На мгновение показалось, что посмотрел прямо на меня.

Дэмиан коснулся стекла, обрывая изображение.

— Видишь? — спросил он. — Брат