Во главе закона - Лия Арден

Она вцепилась в подлокотники, убеждая себя оставаться на месте. Её демонстративный уход сейчас вызовет слишком много вопросов. Аукционист подала знак мужчинам начать действовать, включили расслабляющую музыку, чтобы гости могли вернуться к беседам.

– Расскажи мне немного о Маттео. Он действительно настолько гениален, как говорят? – защебетала Пенелопа. Другие гостьи так же демонстративно потеряли интерес к лотам. Один из элементов здешней игры: мужчинам недостаточно привлекательной внешности, им придётся постараться привлечь внимание своей находчивостью.

Вега же с трудом оторвала взгляд от Элиона, который, как и остальные мужчины, принялся выставлять на поднос еду и напитки, чтобы поухаживать за потенциальными покупательницами.

– Да, он… действительно такой, – поделилась Вега, заставляя себя сосредоточиться на беседе.

– Муж всё о нём говорит, да с таким благоговением, хотя лично его не встречал. Если бы не созданная продукция, я бы решила, что Маттео – вымышленный персонаж. – Пенелопа благодарно кивнула, когда лот номер два, загорелый блондин с божественным телом, подошёл к ним и принялся расставлять закуски. А рядом с Вегой оказался брюнет с оливковой кожей и экзотическим разрезом глаз. Его белоснежная улыбка обескураживала, пока он опускал на стол ведёрко со льдом и бутылкой шампанского.

Со всех сторон соблазнительно звучало «госпожа» – мужчины приветствовали каждую гостью. Молодые люди не стеснялись проявлять инициативу в прикосновениях, и Вега не успела опомниться, как её руку целовали то одни губы, то другие. Пенелопа ещё что-то сказала, но чужое внимание отвлекало, не давая сосредоточиться на беседе, поэтому Вега надеялась, что кивков и улыбки Пенелопе хватит. Рассеянность Веги она восприняла спокойно, зная, что та здесь впервые. Кажется, собеседницу это даже забавляло.

– Смена, – объявила аукционист, и мужчины переместились к другим столикам. К Веге и Пенелопе подошли новые претенденты. Рыжеволосый определённо был во вкусе её соседки: Пенелопа, не стесняясь, знаком попросила поцелуй, и мужчина незамедлительно подчинился.

– Интересно, а Маттео создаёт косметическую продукцию? Уверена, спрос будет большой. Мой муж знаком с достойными поставщиками и в этом направлении, – продолжала Пенелопа между делом, пока её партнёр как бы невзначай уронил тканевую салфетку и опустился перед Пенелопой на колени, чтобы заодно погладить её ноги.

– Было время, когда его интересовала эта сфера, но в итоге он её забросил, – честно пояснила Вега, видя в попытках Пенелопы наладить для мужа новые связи некоторую заботу о нём. Однако обнадёживать её она не хотела: Маттео косметологией интересовался мало.

– На колени, – ласково велел женский голос слева, и взгляд Веги невольно дёрнулся туда. Гостья с насыщенно красными волосами жестом велела Элиону опуститься.

Ему, племяннику архонта.

У Веги вскипела кровь, а Элион с соблазнительной улыбкой подчинился. Он и бровью не повёл, когда женщина скинула туфлю и ступней провела по его бедру, красноречиво двигаясь к паху.

– Сказали, что твои руки творят чудеса. Сможешь ли доказать?

– Разумеется, кириа, – покорно склонил голову Элион и пальцами обхватил её ступню. От первых же прикосновений женщина обмякла в кресле, издав стон блаженства.

Кириа?! Даже будь она наследницей семьи первого сула, кем она точно не была для Элиона, так это госпожой!

Вега давно уже не жила в Палагеде, и условности не должны были её волновать, но эти традиции выжжены в палагейцах, как непреложный закон на факеле Танатоса. Правды «кириа», конечно, не знала, не чувствуя гула Элиона, но это не помешало Веге ощутить волну праведного гнева. Она с неимоверным трудом заставила себя отвернуться, почти не ощущая, как один из мужчин трогает её волосы и шею, восхищаясь густыми кудряшками. Он что-то добавил про её напряжение и начал разминать окаменевшие мышцы плеч, но каждое движение только больше напоминало о племяннике архонта, который позволил поставить себя на колени.

– Кажется, вот и он, твой выбор, – хохотнула Пенелопа, заметив её реакцию. Не успела Вега и слова вставить, как Пенелопа щёлкнула пальцами женщине-аукционисту.

– Смена. – Объявление прозвучало моментально. Похоже, здесь считались с мнением постоянных клиентов.

У их стола появились лот под номером пять и Элион, который тут же переключился на Пенелопу. Веге пришлось затолкать своё возмущение поглубже.

– У меня всего минута, чтобы вас впечатлить, – как насчёт сделки? – с наглой прямотой заявил ей Элион. Пенелопа сперва опешила, а после заинтригованно оценила его тело с ног до головы. После этого нравиться Веге она стала меньше.

Лот номер пять тем временем обошёл Вегу сзади и без особых церемоний наклонился к её шее, вдыхая аромат парфюма и томным голосом прямо на ухо рассыпаясь в комплиментах, ни один из которых Вега не услышала, не спуская с Элиона цепкого взгляда. Он точно что-то задумал.

– Какую же сделку ты можешь предложить мне в течение минуты?

Эль выдернул политую шоколадом длинную хрустящую палочку из башни с десертом со стола.

– Если я съем больше, то вы меня купите, – категорично выдал он, вставив не политый шоколадом край себе в рот. Пенелопа опять рассмеялась. Он ей определённо нравился, и это начинало раздражать.

– Забава для молодёжи, – пожурила она, но его настырность её явно очаровывала, будь он неладен.

– Договорились? – Зажатая во рту палочка призывно дёрнулась.

– Хорошо.

Вега чувствовала чужие губы на шее, инстинктивно отклонилась, позволяя пятому лоту делать что пожелает, пока перед её глазами белело. Красноречивым «ты не посмеешь» взглядом она сверлила Элиона, которого раздражение Веги разве что подстёгивало.

Пенелопа потянулась губами ко второму концу, и Элион щелчком пальцев отломал кусок, оставив одну треть. У Пенелопы округлились глаза, когда он опёрся руками о подлокотники её кресла и буквально навис над ней, предлагая разве что один укус до поцелуя. Вега негодовала, ощущая себя бурлящим вулканом. Но все слова застряли где-то во рту, она онемела, не в силах велеть ему прекратить. Сердце колотилось так быстро, что она, не отдавая себе отчёт, направила силу на Элиона. Кошмары ударили его, стоило их взглядам пересечься. Его зрачок расширился от испуга, но влияние было мимолётным, он быстро вернул самообладание, и у Веги упало сердце от осознания, что он всё помнит. Он, мать его, помнит её усиливающую эмоцию. Ей хотелось провалиться сквозь землю от его ухмылки. Она обнаружила свою усиливающую эмоцию ещё в детстве и поделилась открытием с Элионом. И он её, Никта мать богов, конечно, не забыл.

Пенелопа приняла новые условия игры и потянулась за предложенным поцелуем, но за мгновение до этого Элион втянул остаток палочки в рот и улыбнулся. Вега выдохнула, когда их губы так и не коснулись друг друга.

– Вы проиграли.

– Да ты жулик. – Пенелопа со смешком отстранилась.