Во главе закона - Лия Арден

с сумеречными онирами. Я понимаю, что все эти эксперименты нелегальны, но, пожалуйста, сохраните информацию в тайне. Тесты уже точно прекращены, моя мама их не проводила, лишь получила записи, став главой.

Кай отставил опустевшую кружку кофе, в привычной манере затягивая с ответом и заставляя окружающих нервничать в ожидании его вердикта.

– Все останется между нами, если Фива Лазарис согласится предоставить нам эти отчёты для ознакомления. Особенно последние, которые могут касаться Веги. Если она действительно была частью эксперимента, но ничего об этом не помнит, то либо врёт, либо была ребёнком.

Вот же дерьмо.

– Пандея, буду рад, если вы передадите матери мою просьбу и предоставите документы как можно скорее.

– Как можно скорее – это сколько у меня времени?

– Неделя, – беспощадно озвучил Кай. Спина Пандеи одеревенела, но возразить она не посмела.

Разумеется, Кай не станет вредить девушке Иво и её семье, но ультиматумы выстраивать он любил.

– Я постараюсь побыстрее. Обещаю, – заверила она и виновато улыбнулась Иво, вероятно переживая, что новость про связь её семьи с такими экспериментами могла навредить их отношениям, но Иво успокаивающе сжал её ладонь.

– Иво, а для тебя у меня другое задание, – продолжил Кай. – Пришло время узнать о Веге. Нарой всё, что можно. Я знаю, что она не родная дочь Маттео, но он же её где-то нашёл. Нужна вся информация с самого её рождения.

Двойное дерьмо.

Элион ничего не сказал и не изменился в лице, чтобы себя не выдать, но мысленно поставил таймер на неделю. Вряд ли Иво понадобится больше, чтобы связать Вегу и Мелиту Кайлос. А как только эта информация будет у друзей, то они размотают абсолютно каждую ниточку их взаимоотношений. Значит, у него есть неделя, чтобы решить, что делать, или как-то поговорить с Вегой о предстоящих откровениях.

– Мы с Кас пока продолжим искать информацию о втором полемархе. Он тоже может что-то добавить к сложившейся ситуации, – закончил обсуждение Кай.

– Тогда я отправлюсь в Пелес сейчас же, – сказала Пандея, встав с дивана.

– Тебя подвезти? – спросил Иво.

– Я на машине. Спасибо.

Если Кай и Кассия отвели глаза, когда Пандея поцеловала Иво на прощание, то Элион не стесняясь таращился. Осуждающий взгляд Иво его разве что развеселил. Он впитывал, жадно поглощал их счастье, довольный, что они в порядке, и понимая, что его судьба безмолвно отсчитывает ему оставшееся время.

– Эль… Эл… Элион! – Громкий зов Кассии заставил вздрогнуть, и Элион едва не выронил кружку кофе.

Он стоял перед окном в гостиной. Что за?..

Он обернулся. Кассия и Кай по-прежнему сидели на своих местах. Иво стоял ближе к лифту, а Пандея исчезла, словно и не приходила. Три пары глаз не отрываясь следили за Элионом, который вообще не помнил, когда встал и зачем подошёл к окну. Благо кружку он держал крепко.

– Тебя дважды спросили, чем ты займёшься, – пояснила Кассия. – Всё в порядке?

– А… да, – спохватился Эль, натянув улыбку. – Извините, я задумался. Спал плохо. Я скорее всего поеду с нашими обычными делами разбираться. Мне по-прежнему надо найти, кого бы к Танатосу отправить, поэтому разберу почту. Наверняка навалом проблем, которые необходимо решить.

Не сразу, но их взгляды стали менее подозрительными.

– Я тогда съезжу на Переправу к Весте, – решила Кассия.

– Ты туда зачастила, – заметил Элион, хотя догадывался, что всё дело в нити между ним и сестрой. Кассия то ли проверяла состояние Весты, то ли караулила, чтобы Гипнос рядом с ней не крутился, склоняя выкинуть нить и отпустить Элиона. Несмотря на то что вопрос касался его жизни, с каждым днём Элион начинал продумывать речь о том, как убедить Весту и Кая его отпустить.

Его время медленно уходило, а никаких зацепок так и не появилось. Искать одного беглеца от смерти в Санкт-Данаме оказалось не легче, чем иголку в стоге сена.

Сердце Элиона бешено стучало в груди от ощущения, что его сознание отключилось на какие-то мгновения, за которые он успел встать и отойти к окну. Вот почему Вега боится своих ночных хождений? Ты будто и не ты. Пугало даже не то, что он отключился, а то, что его тело в это время бесконтрольно действовало. Но Элион не мог заболеть грёзовой хворью – эта напасть на представителей Дома Чревоугодия не распространялась.

Сердце в страхе билось о рёбра, но Элион стоял на месте с приклеенной улыбкой, буквально держась за чашку кофе в руке.

– Изучаю кое-что новое. – Пожав плечами, Кас улыбнулась в ответ.

Об этом знали все. Примерно месяц назад Кассия начала приносить книги, очень много книг. Все она их хранила в одном из кабинетов этажом выше, там же и проводила время. Иногда сутками. Синяки под её глазами становились пугающе большими, но свои поиски она не прекращала. Кай вмешиваться не стал, уверенный, что она ищет любую информацию по следопытам смерти, чтобы выяснить, можно ли помочь ему в охоте.

Они старались ради Элиона, но пока всё было тщетно, и он сожалел об их бессонных ночах и тревогах вдвойне, но не смел ни встревать, ни тем более просить прекратить, зная, что это всех разозлит. Они позволяли отбирать их время, сон и деньги ради поиска решения, но только не надежду. За неё они держались с такой отчаянной свирепостью, что Элион испытывал вину, больше думая не о том, как остаться, а о том, что им сказать, перед тем как ему придётся снять кольцо с пальца.

Кассия поцеловала Кая и хотела было уже уйти, как заметила Иво, который опять крутанул рычаг своего вендингового аппарата, чтобы получить конфету. Кас обернулась к Элиону и с победной улыбкой протянула раскрытую ладонь. Ворча, Элион достал из бумажника и передал ей сотню одной купюрой. Кассия радостно её схватила и ушла, обняв недоумевающего Иво на прощание.

Стоило ей уйти, и Элион подошёл к Каю, с довольной ухмылкой пихнул его в плечо, протянув раскрытую ладонь. Кай поморщился и достал сотню теперь из своего бумажника, чтобы отдать Элю.

– Хитрая же ты задница, – признал Кай.

– Какого хрена? – уточнил Иво, почуяв подвох.

– Я поспорил с Кас, что ты не конфетный маньяк и сможешь не трогать их три дня. Кас поставила на два. Она выиграла, но я догадывался, поэтому поспорил и с Каем, но поменял время. Сам поставил на два, а Кай на три, – воодушевлённо поделился Элион, вернув свою сотню. – Этих влюблённых голубков как детей обставить можно.

Кай выпад проигнорировал, погрузившись в работу на своём телефоне.

– Не смей спорить на мои конфеты, а то