Фантастика 2026-132 - Сергей Анатольевич Панченко

Сполз еще ниже и проверил рукой рану. Под теплой кровью осталась борозда из разорванной кожи.

— Дядь, ты живой? — Спросил мальчишка.

— Вроде. — Роберт сорвал рукав, протер им рану и приложил, чтобы не текло на лицо.

Пока он терял время, картина сражения могла измениться. Мальчишка-оруженосец, набравшись смелости, подобрался к покойнику и выглянул из-за него.

— Что там происходит? — Спросил Роберт, все еще пытаясь остановить кровь из раны.

— Наши готовят атаку. — Поделился мальчишка.

— Откуда знаешь?

— Я с ними уже давно, понимаю. — Пояснил мальчишка. — Сейчас дым бросят перед собой и пойдут.

Роберт взял в руки карабин. До этого он никогда им не пользовался и думал, что это тот же автомат, только стреляющий одиночными патронами. Оказалось, что совсем не так. И как заряжался карабин он не мог сообразить. Наполовину заряженная обойма предполагала, что она вставлялась каким-то образом в оружие, но в горячке боя, да еще получив пулей в голову, разобраться в этом не представлялось возможным.

Роберт решил использовать карабин в качестве бинокля. Выглянул через оптику, используя труп, как прикрытие. На склоне на самом деле готовились к чему-то. Мужчина в военном обмундировании активно жестикулируя раздавал указания. Роберта снова заметили и выстрелили. Пришлось спрятаться. Ситуация складывалась опасная. Его бойцы, совершенно не имеющие нормального опыта боевых схваток с профессионалами, располагающими отработанными тактическими приемами, не знали, чего ждать, к чему готовиться.

Роберт снова поменял позицию, выставил карабин, навел перекрестие на кучку бойцов противника и выстрелил. Один из них, вскинув руки, упал. Роберт тут же отполз назад. На место, где недавно была его голова, прилетели с десяток пуль. Теперь надо было кардинально менять позицию.

— Уходим отсюда. — Позвал Роберт мальчишку.

— А можно я со своими останусь? — Попросил ребенок.

— Вряд ли. После боя останемся либо мы, либо они. Я хотел бы, чтобы остались мы.

— Не-а, дядь, они всегда побеждают. — Произнес мальчишка. — Я тут останусь.

— Ладно, сиди тут. Но если победим мы, приходи в общину, с нами будешь. Мы тебя не обидим.

Мальчишка посмотрел на него, как на полоумного и ничего не ответил. Почему-то уверенность ребенка в том, что проиграют именно они, раззадорила Роберта. Ему словно нарезали сложную, но интересную задачу, разобраться с которой дело принципа и самоуважения. Он повесил автомат и сумку с патронами за спину и побежал к следующему укрытию. Пока бежал, услышал хлопки и стрельбу, начавшуюся секунды спустя. Залег за неровностью, которую можно было использовать как бруствер.

Склон, под которым прятались его бойцы, окутал белый густой дым. Его люди стреляли в него наугад, понимая, что сейчас из него покажутся враги, расходуя зря боеприпасы. Так как у них никогда не имелось патронов для нормального сражения, то и в этот раз никто не успел сообразить взять с собой патронов больше одного магазина. Что они собирались делать после того, как выстрелят последний патрон, Роберт не понимал, но знал, чем это закончится.

Из дыма вылетели две гранаты, взорвались и в ту же секунду появились с десяток бойцов. Первая пятерка шла пригнувшись и стреляла на подавление, а вторая била прицельно. Двое бойцов общины погибли сразу, получив несколько попаданий. Роберт выставил карабин и попытался попасть. Нервы не позволяли удерживать прицел на цели. Пульс бил прямо в приклад, заставляя оружие прыгать. Но он все равно выстрелил. Не попал. Выстрелил еще. Снова мимо. Робертом овладела злость на себя, что он как неженка не может справится с нервами. Роберт задержал дыхание и выстрелил во врага, добивающего его бойца в упор. В этот раз он попал. Противник упал на спину и засучил ногами.

Роберт отлип от прицела. Картина боя выглядела удручающе. Они проигрывали вчистую. В живых остался только Физрук, отстреливающийся из другого укрытия. Ему одному хватило ума, перебежать от склона подальше, когда пошел дым, чтобы иметь запас на реакцию. Роберт попытался помешать врагам окружить его самого надежного товарища, но спусковой крючок щелкнул вхолостую. Патроны кончились, а как их загнать в оружие, Роберт не знал. Схватил автомат и только собрался стрелять их него, как совсем рядом громко замолотил пулемет. Осмелевший враг, решив, что дело сделано, собрался плотно друг к другу и первая же очередь срезала троих. Роберт перебежал, пользуясь сумятицей, ближе к противнику и подстрелил в спину двоих.

Пулемет бил прицельно короткими очередями, задирая землю у залегших противников. Роберту ничего не оставалось, кроме как проявить героизм. Патронов не было на долгую перестрелку. В автомате осталось еще пятнадцать, не больше. Он посмотрел на вершину склона, опасаясь, что оттуда после того, как рассеется дым, будут контролировать поле боя. Но дым еще оставался плотным. Роберта никто из залегших на вершине противников не видел. Они все зафиксировались на пулемете, переломившем их преимущество.

Роберт коротким рывком приблизился к залегшему противнику. Ближайший боец, пользуясь передышкой, снаряжал автоматный магазин. Он почувствовал движение и обернулся. Страх успел мелькнуть в его глазах перед тем, как он получил две пули. Роберт схватил его магазин и сунул в карман. Стрельба вблизи не осталась незамеченной. Один из противников резко перевернулся и выстрелил в Роберта. Пуля дернула лохмотья, но тело не задела. На этого врага ушло четыре пули. Пришлось немного повилять пригнувшись, чтобы самому не нарваться на вражеский огонь. Оставшиеся в живых трое бойцов открыли ответный шквальный огонь. Роберт упал в канаву, закидываемый ошметками грязи. Пули вжикали в сантиметр от головы. Пулемет смолк, и он понял, что сейчас его начнут выковыривать. Один будет прикрывать, остальные подойдут и застрелят в упор.

Роберт поднял автомат над краем укрытия и выстрелил в разные стороны вслепую. Приподнялся, думая, что враги залегли и увидел Физрука, несущегося с автоматом наперевес. Он тоже решил поиграть в героя. Пока враги свелись на Роберта, товарищ воспользовался моментом. Первого подстрелил не останавливаясь, короткой очередью в упор, второго уже в дуэли. Оба стреляли друг в друга, но повезло Физруку. Последнего добил Роберт. Противник растерялся, оказавшись между двумя огнями и потерял время на выбор приоритетной цели.

— Шеф, ты ранен? — Физрук увидел кровь на лице Роберта.

— Ничего, жизненно важные органы не задеты. Надо спрятаться. Сейчас дымовухи выработают дым, и мы будем как на ладони.

— Само собой.

— Побежали туда, где я оставил снайперку. — Предложил Роберт.

— Ты отбил снайперскую винтовку? — Удивился Физрук.

— Ага, и еще пацана.

Они плюхнулись в низинку. На «бруствере» лежал карабин с оптикой и рюкзак с патронами.

— Так это не совсем снайперка. Прицел