"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

Томори услужливо подал ей старую книгу в тусклом коричневом переплёте.

– Вот это, – она потрясла книгой перед лицами присутствующих, – свод королевских законов. Откуда у барона Руфуса это взялось? Сам-то он никогда законов не соблюдал.

Элина положила книгу на стол и открыла жёлтые хрупкие страницы. Сныст видел их изломанные края.

– Изготовление фальшивых денег есть посягательство на саму суть королевской власти, ибо монета – королевский знак, вложенный в руку каждого подданного, – прочла Элина, ведя пальцем по строкам, и голос её звучал отстранённо и безжизненно, – а посему посягатель подлежит смертной казни. Если это человек знатного рода, ему даруется милость: казнь производится через усечение головы, дабы кровью омыть честь рода. Простолюдин же, осквернивший доверие короны, варится в кипятке, ибо лишь стихия плавления смоет скверну его деяний. Имение же его, движимое и недвижимое, да обращается в казну короны, ибо всё, чем владел вор, – есть плод предательства.

Даже дроу выглядели потрясёнными.

* * *

Лекарям потребовалась помощь лишь к утру. Элина отправила туда Меурига и Дэвлина. Эти ребята сохраняли хладнокровие, никакие терзания не разрывали их изнутри. Они будут лучшими помощниками.

На рассвете дождь закончился. Солнце не показывалось, но слабый свет рассеял ночную тьму. Томори загасил свечи.

Когда вошёл лекарь Балим, все вскочили с мест.

– Тихо, тихо, – грубовато сказал он. – Я закончил. Хочу сказать, что сделал всё возможное. Дальше вся надежда на молодость и силы самого юноши. У него россыпь синяков по всему телу, сломана пара рёбер, полночи он провёл в холодной воде… Но главное – голова.

– Как он? – нетерпеливо спросил Сныст.

– Он, можно сказать, спит. Как долго он проспит и придёт ли в себя – я не знаю. Кстати, почтенная Элина, сейчас мой ученик принесёт тебе счёт. Сумма, как ты понимаешь, не будет зависеть от состояния моего пациента.

Элина мысленно попрощалась с кучкой золота. Она знала запросы Балима.

– Я хочу его увидеть, – Сныст, похоже, даже не слушал ничего после слова «счёт».

– Погоди, там сейчас приберут, – Балим был совершенно спокоен, и Элине показалось, что это хороший знак.

* * *

Шурх лежал без движения, с закрытыми глазами, и казался младше своего возраста. Голова его, вся в повязках, покоилась на светлой подушке, и это лишь подчёркивало бледность его лица. Рядом с кроватью стояла Малена, такая же бледная и обессиленная. Передник поверх её платья был испачкан кровью.

Мадог не посмел тревожить раненого и застыл в сторонке, как горестное изваяние. Сныст, ни на кого не глядя, сел на краешек кровати и легко прикоснулся к плечу мальчика. Тот даже не шелохнулся. Элина безмолвно наблюдала за этим, и сердце её сжималось.

Ученик Балима, молодой человек непримечательной внешности, что-то торопливо писал, примостившись на сундуке, заменившем стол. Сам лекарь неспешно собирал свои инструменты в добротную сумку и давал последние наставления Малене. Та послушно кивала.

Элина опомнилась, когда ученик лекаря ткнул ей в руку бумажку. Счёт. Элина быстро глянула в самый низ исписанного листка, и глаза её округлились. «Сколько-сколько?!»

– Балим! – позвала она. – У меня есть вопросы.

Балим с ехидной усмешкой подошёл к ней и проверил расчёт ученика.

– Здесь всё правильно.

– Интересно, почему за лечение Рэйшена и меня самой ты столько не брал!

– Почтенная Элина, пойми правильно: за лечение Рэйшена ты платила, когда была никому не известной трактирщицей из глухой деревни. Это одна сумма. Когда ты заболела сама – ты расплачивалась как хозяйка кондотты, известная в городе. Это другая сумма. А теперь я возьму деньги с хозяйки всего города. Это, сама понимаешь, иное дело.

Сныст, привлечённый спором, подошёл к Элине. Его место быстро занял Мадог. Сныст заглянул в листок и невольно присвистнул.

– Эли, прости, таких денег мне быстро не собрать! Я, конечно, расплачусь, но…

– Спокойно, Сныст, как-нибудь расплатимся. Объединим усилия. Мы ведь по-прежнему партнёры?

Элина смотрела на короля воров. Как он ответит? Будет ли соблюдать договорённости? Сныст коротко кивнул, и она вздохнула с облегчением. Его отказ создал бы ей кучу трудностей.

Балим слушал их разговор с усмешкой.

– Я понимаю, что оплата моих счетов – дело непростое. Но я могу уменьшить счёт на треть, если почтенная дара Элина окажет мне услугу. Все знают, что в город вернулись гномы. Скоро откроется почта и гномий банк. И всегда – всегда! – приезжают гномьи лекари. Договорись с ними, дара Элина, чтобы позволили мне узнать хотя бы часть их премудростей. И продали лекарские инструменты по сходной цене, конечно.

Элина оторопела. «Каков наглец!» Гномьи лекари не делились секретами с людьми, и Балим это знал. Но рядом стоял Сныст, которому требовалась хотя бы тень надежды. И Элина ответила:

– Хорошо, дар лекарь, я постараюсь выполнить твою просьбу. Но, как и ты сам, я не ручаюсь за результат. Если договориться с гномами я не смогу, то выплачу тебе всю сумму по этому счёту.

– Только об этом я и просил.

* * *

После тревожной бессонной ночи и не менее тревожного утра Элину охватило странное чувство: ей хотелось устроить кому-нибудь разнос, проверку, встряску и выговор одновременно. Это было низко – срывать дурное настроение на окружающих, и Элина лихорадочно соображала, куда направить свою злость.

Рэйшен не отходил от неё ни на миг. Личный Клинок управительницы, как же!

– Сходи со мной! А охране вели остаться здесь! – Элина схватила его за руку.

Рэйшен с улыбкой кивнул.

Пока Балим с учеником собирали вещи и отвечали на все, даже самые глупые вопросы, Элина тащила Рэйшена к комнате, в которой сидел под домашним арестом Ашкут. По-хорошему, давно следовало сменить домашний арест на самый обычный, но Элина боялась, что хитрый проныра сможет договориться с надзирателями и сбежит.

Ашкут сидел на подоконнике и едва повернул голову на звук открывающейся двери. Его сломанный нос поджил, но переносица теперь так и останется кривой.

«Ненадолго, – отстранённо подумала Элина. – До конца жизни».

– Чего явились?

Ашкут вёл себя так, будто хозяином этого дома был он. Впрочем, до приезда Элины и её экспедиторов так оно и было.

– Помнишь нашу последнюю беседу, Ашкут?

– Когда один из твоих мордоворотов сломал мне нос?

– Значит, помнишь, –