Дружественные интриги - Владимир Михайлович Мясоедов

плотно закрытую дверь. Но официальный глава этой дипломатически миссии уж точно не собирался соваться в логово еретиков и чернокнижников без того, кто мог стать идеальным живым щитом против любой мерзости, которой нет места в этом мире. Разумеется, он предпочел бы истинного праведника или хотя бы каких-нибудь членов одного из британских воинствующих священных орденов, являющихся ближайшим аналогом католических паладинов…Но аббат, что пил не просыхая с момента почти случившейся катастрофы в столице княжества Лакхаш, за неимением лучшего тоже сгодится. По крайней мере, драпать этот обрюзгший представитель духовенства, своими руками давно уже не поднимавший ничего тяжелее молитвенника, точно будет медленнее него, а значит если дело обойдется совсем скверно, то именно Коннора твари первым догонят и сожрут. — Боюсь, нам придется оторвать его преосвященство от святого таинства. Тем более, та катастрофа, что миновала нас благодаря его горячим молитвам, вряд ли сможет здесь повториться, ведь тот из повелителей зла, что пытался пробить себе дорогу в княжество Лакхаш вряд ли захочет иметь дело с потоками света, которые способен извергнуть этот небоскреб.

Во всяком случае, виконт очень хотел в это верить, ведь случившееся и его едва не напугало до мокрых штанов. А могло бы и напугать, если бы он чуть раньше не удостоверился в том, что аристократы Индии переняли у просвещенных европейских колонистов много действительно полезных вещей, например современную сантехнику. Лайансон даже знать не хотел, обитатели какой конкретно части преисподней пытались вторгнуться в тот злополучный город, куда их крейсер залетел по его настоянию, сделав вообще-то большой крюк…Но если бы армия демонов тогда все же сумела выплеснуться на улицы города, а не была остановлена горячими молитвами его обитателей и защитными оберегами, воздвигнутыми обитателями язычески храмов, то остановить её бы люди вряд ли их смогли. Да их даже одни лишь нечестивые миазмы, все же сумевшие просочиться, вероятно, откуда-то из наиболее зловонной части нижних миров, сумели довести до полной потери боеспособности, а то и обратили в паническое бегство!

— Ох, зря вы про это вспомнили, — передернулся всем делом лейтенант, как оказалось, некоторым обычным человеческим слабостям все же подверженный. — Мне теперь тоже этот ужасный запах вспомнился…И вряд ли я его когда-нибудь забуду…

— Никто не забудет, — заверил его виконт, в тот день чуть ли не впервые в жизни искренне молившийся небесам и благодаривший Бога за то, что катастрофа зацепила их крейсер лишь самым краешком. Воздушная гавань столицы княжества располагалась на отшибе, а вот эпицентр возможного прорыва нижних планов находился чуть ли не в самом центре города. Целый квартал тогда обезлюдел за считанные минуты, поскольку смрад, напоминающий сразу вонь от полежавших на жаре трупов, жженую резину, тухлые яйца и гнилое мясо, оказался просто невыносим! Опытные воины, покрытые шрамами после многочисленных схваток с врагами а адскими тварями, плакали как маленькие дети. Благородные аристократы сквернословили наравне с грязными крестьянами и пытались хотя на какое-то время научиться не дышать. Покрытых многолетней грязью нищих, выглядевших и вонявших хуже, чем поднятые из могил зомби, тошнило наравне с просвещенными брахманами, не сумевшими или просто не успевшими создать фильтрующие барьеры вокруг себя. — Никогда…Особенно если так и не удастся подобрать подходящий экзорцизм, чтобы те проклятые миазмы рассеять.

Обычно прорывы из нижних планов и прочих недружелюбных к людям измерений никаких неприятных долговременных последствий за собой не оставляли. Если люди смогли пережить нашествие тварей, то могли облегченно выдохнуть и отправиться считать свои потери, отвлекаясь на пересчет трофеев или расправу над случайно сумевшим закрепиться в реальности недобитком. Однако первоначальная паника после катастрофы прошла, а запах, иногда благодаря порывам ветра долетающая и до иных частей города, так никуда и не делся. Не исчез он ни через час, ни через два, ни даже после того как жрецы из разных языческих храмов дружно провели ритуалы для изгнания зла…Для следующей попытки они по приказу князя Чатурведи даже хотели привлечь своих конкурентов-оппонентов в лице мусульманских и христианских священнослужителей, но дожидаться этого виконт не стал, отдав приказ кораблю покинуть сие опасное место. Ведь если адские миазмы не рассеивались, то значит их что-то поддерживало…И значит те твари, которые не сумели добиться своего с первого раза, имели где-то в городе надежный якорь в виде маленьких стабильных врат или может быть тайного святилища, при помощи которых могли бы повторить попытку…

К удивлению виконта вскоре появившийся на палубе аббат был не сказать, чтобы совершенно трезв, но на ногах держался твердо, и на окружающий мир смотрел весьма уверенно. А это означало, что к тому моменту, когда дело наконец-то до самих переговоров дойдет, он и вовсе будет полностью работоспособен, ибо что такое несколько капель кагора для организма истинного мага, особенно когда этот истинный маг еще и имеет за плечами напряженный опыт церковных симпозиумов и подобно любым другим священникам несет на себе благоволение небес? Он даже задумался о том, а не принять ли ему в компанию лейтенанта рюмку-другую виски для храбрости и поднятия боевого духа, ведь они все-таки тоже четвертый ранг имеют…В его случае — если верить бумагам и списку заслуг, но все-таки…Но предпринимать чего-то в этом плане было уже поздно, поскольку стальной киль летучего крейсера наконец-то коснулся земли.

Вопреки худшим ожиданиям британцев никаких сложностей с посадкой в Новом Ричмонде, если не считать очень пристального внимания со стороны хозяев города, у них так и не возникло. Встречающая делегация без всяких проблем приняла их документы, быстро изучила их и прямо там вернула обратно виконту, чьего прибытия вообще-то уже давно ожидали. И даже распорядились подогнать кареты, куда без проблем поместились бы сами дипломаты, и вся их свита. Да, транспорт оказался не слишком роскошным, а перемещаться по улицам без сопровождения в виде нескольких десятков одаренных бойцов слугам её величества никто бы не дал, и вокруг было полно вооруженных солдат, редко когда смотревших на англичан дружелюбно, но никто из индусов или даже редких европейцев-командиров не спешил хвататься за клинки, ружья или магические посохи. И пока они ведут себя столь корректно, виконт Лайансон в принципе мог смириться с их присутствием. Все-таки они не только были готовы напасть на дипломатов, если те вдруг попытаются совершить какую-нибудь глупость, но и защищали своим присутствием этих самых дипломатов от любых других угроз. Например, агрессивных и голодных духов, которые на всей планете стали той ещё головной болью, регулярно подъедая людей слабых, больных или просто неудачливых. Ну, или демонов, пусть ни одних работающих