Патруль 6 - Макс Гудвин

набор метательных ножей, с матовым покрытием. И несколько пакетиков с порошками, что я нашёл в кармане Хаято. Что это за порошки, я так и не понял, но выглядели они как минимум подозрительно.

Джонсон замер. Супервайзер шагнул ближе, заглянул в коробку. Потом перевёл взгляд на меня. Рука его теперь точно лежала на кобуре, а большой палец отстегнул предохранительный клапан.

— Мистер Кузнецов, — голос супервайзера стал на полтона ниже. — Вы можете объяснить, зачем вы везёте на встречу с президентом Соединённых Штатов холодное оружие?

Я посмотрел на него максимально невинным взглядом, на какой только был способен после бессонной ночи и убийства якудзы.

— Я же объяснил. Это подарок, — сказал я. — Вашему президенту же доложили о моей последней миссии, вот это оттуда.

Супервайзер моргнул. Джонсон, который уже приготовился доставать пистолет, тоже завис.

— Простите?

— Подарок, — повторил я. — От меня лично. Я слышал, президент коллекционирует необычные вещи. А это — настоящие японские мечи японского киллера. Вакидзаси.

— Я знаю, что такое вакидзаси, — перебил супервайзер, но голос его уже не звучал угрожающе. Скорее растерянно. — Но… вы понимаете, что мы не можем просто так пропустить это на территорию?

— Понимаю, — кивнул я. — Поэтому я и не прятал. Вёз открыто. Хотите — заберите, проверьте, заверьте, сделайте что положено. Я же не террорист, я старший сержант Российской Росгвардии. И если бы я хотел убить президента, я бы смог это сделать чем угодно. И не тащить через КПП два меча в подарочной упаковке.

— Только дай мне повод! Я дам команду следить за тобой ежесекундно! — чуть повысил тон секьюрити.

— Не дам, у меня дома семья и собаки с котом, — покачал я головой.

Супервайзер смотрел на меня ещё секунд пять, потом повернулся к машине, где в кондиционированной прохладе сидел Джон.

— Агент, — позвал он.

Джон вышел из машины, подошёл к нам. Заглянул в коробку, которую держал Джонсон, и вздохнул так, как вздыхают люди, у которых день только начался, а уже всё пошло не по плану.

— Сержант Кузнецов, — сказал он укоризненно. — Вы могли бы предупредить.

— А что предупреждать? — пожал я плечами. — Я везу подарок. У нас в России принято дарить презенты, когда идёшь в гости. Тем более к такому человеку. Кроме того, у вас такие ребята, я даже не подумал бы создавать проблем.

Супервайзер и Джон переглянулись.

— Ладно, — супервайзер принял решение. — Джонсон, вызывай ребят. Пусть придут с официальным актом приёма. Мы изымаем это временно, — он кивнул на коробку, — проводим экспертизу, проверяем на наличие взрывчатки, биологических угроз и всего остального. Если всё чисто — вручим президенту после обеда, с соблюдением всех формальностей.

— А можно я сам вручу? — спросил я. — Всё-таки подарок надо вручать лично.

— Можно, — супервайзер почти улыбнулся. — Но после того, как наши ребята его проверят. И вручать будете не вы лично в руки, а через агента протокола. Если повезёт и он захочет, то откроет при вас. Но сначала её отсканируют, просветят, проверят на отпечатки и неизвестные вещества. Можете быть спокойны: если там нет яда, намазанного на лезвия, — подарок попадёт к адресату.

— Проверяйте, но что в тех пакетах, я не знаю, и про яд на лезвиях тоже, — произнёс я. — Говорю же, это трофейное.

— Это мы всё и проверим. Мы должны убедится что там не «новичок» и не яд лягушки, — пообещал супервайзер. — Джонсон, забирай.

Джонсон аккуратно, как бомбу, унёс коробку в будку охраны. Супервайзер тем временем обошёл меня с металлодетектором — сам, хотя Джонсон уже провёл первичный досмотр. Пикнуло на часах. Я снял Rolex, протянул ему. Он покрутил их в руках и вернул.

— Чисто, — кивнул он кому-то в рацию. — Проходите, мистер Кузнецов. И… удачного дня.

— Спасибо, — кивнул я, садясь обратно в машину.

Джон сел за руль, мы проехали шлагбаум. В зеркало заднего вида я видел, как супервайзер что-то говорит в рацию, а Джонсон с напарником уже несут коробку куда-то в сторону служебного входа.

— Нервные у вас ребята, — заметил я.

— У них работа такая, — спокойно ответил Джон. — И знаете, сержант, если честно — я их понимаю. Не каждый день русские офицеры привозят президенту самурайские мечи с порошками неизвестного назначения.

— Сержанты, старшие… — поправил его я вполголоса.

— Обычно привозят галстуки или книги, — усмехнулся Джон. — Вы первый с мечами. Президент оценит оригинальность.

Машина тем временем катила по дорожке между пальмами. Я смотрел по сторонам, оглядывая обстановку.

Охрана здесь была везде. На газонах стояли электрокары с мускулистыми парнями в поло и тёмных очках, а под поло угадывались кобуры. На крыше главного здания блеснул объектив бинокля. О! Снайперская позиция, два человека: стрелок и наблюдатель. Ещё двое патрулировали периметр на гольф-карах, зигзагами, словно перекрывая сектора. Позицию, кстати, снайпера, мне показали специально, мол «не рыпайся коммуняка»!

У самого входа в клуб-хаус стояла группа людей в штатском, но с такими характерными ушами-гарнитурами, что сомнений не оставалось это Secret Service. Двое из них держали в руках дипломаты, но дипломаты были явно не с бумагами. Скорее, с тем, что в случае чего можно быстро достать и применить.

Я вышел из машины и наконец-то смог рассмотреть здание как следует.

Клуб-хаус «Trump National» оказался огромным белым особняком в стиле испанского колониального возрождения — такие часто показывают в фильмах про богатых пенсионеров Флориды. Трёхэтажный, с черепичной крышей терракотового цвета, которая на солнце отливала оранжевым. Фасад украшали массивные белые колонны, поддерживающие широкую аркаду второго этажа. Между колоннами расположились арочные окна от пола до потолка, в которых отражались пальмы и зелёные поля.

Центральный вход выделялся особенно: высокая двустворчатая дверь из тёмного дерева с латунными ручками, над ней — полукруглое окно-фрамуга с витражным рисунком. По бокам двери росли две пальмы в огромных кадках из белого камня.

Над входом, прямо на фронтоне, золотыми буквами было выведено: «TRUMP NATIONAL DORAL». Буквы блестели на солнце так, что казалось, их только что начистили.

А внутри, вдоль всего первого этажа тянулась открытая терраса с плетёной мебелью под белыми зонтами — там сидели какие-то люди в дорогой одежде, пили напитки со льдом и смотрели на поля. Официанты в белых рубашках