1910-я параллель: Охотники на попаданцев - Игорь Валерьевич Осипов

Баранов щёлкнул каблуками, щеголевато пригладил костяшкой указательного пальца усы, а потом сделал несколько глубоких кивков.

— Сударыни. Господин коллежский асессор.

Взгляд его хитро и оценивающе остановился на стороже, а потом на моих бинтах.

— Быстро вы, — произнёс я, глянув на часы, встав со стула и подойдя к гостю, чтоб пожать руку. — И пяти минут не прошло.

— Дело нехитрое, особенно если быть одетым и к тому же жить на соседней улице.

— Странно. Я вас не замечал ранее.

— Служба, однако. Утром уже по делам убегаешь. Вечером приползаешь по темну, — ухмыльнулся штабс-капитан.

— И все же, — протянул я.

— Я только несколько недель как перебрался в новую квартирку. В старой с владельцем не сошёлся. Он цену непомерно задрал.

Я кивнул в знак того, что понял.

— А это, вестимо, давешний убийца, — произнёс Баранов, сделав шаг к пленнику.

— С чего вы так решили?

— А нам уже донесли, что вы на кладбище перестрелку устроили. Сначала списали на ловлю попаданцев, но потом опросили чернорабочих, и они опознали в том, кого вы увезли, сторожа. Наши и склеп обыскали уже. Нас же всего трое из уголовного сыска на этот городишко, и новостями делимся быстро.

— Быстро же вы. И что же нашли? — поинтересовалась у штабс-капитана Ольга, наклонив голову набок и прищурив глаза.

— А ничего. Пятна крови, ведро с водой и битое стекло, словно кто-то уронил ящик с лампами.

— Забирайте, — указав рукой на связанного и пускающего слюну сторожа, произнёс я.

Баранов протяжно вздохнул, снял перчатку и взял пленного за подбородок. Противно скрежетнула сломанная челюсть, и все скривились от отвращения. Сам же зомби лишь неспешно моргнул.

— Прелюбопытнейше, — протянул штабс-капитан, отступив на шаг и обведя взором всех присутствующих. — И ещё любопытнее, что нам запретили заниматься этим делом. Говорят, это дело контрразведки.

Он замолчал, ожидая моей реакции, а я сделал шаг поближе.

— Знаете, а нам тоже.

Баранов вскинул брови и выпрямился.

— А не сходить ли нам завтра на природу? — заговорчески протянул он. — Свежий воздух, вино, печённое на углях мясо. Обсудим кое-что.

— С удовольствием, Семён Петрович, — с улыбкой ответил я. — Если дождя не будет.

— Не будет! — в голос выкрикнули Анна с Настей. Мы все разом обернулись, уставившись на девушек, кто с улыбкой, кто с недоумением. Баранов коротко глянул на меня, пытаясь уловить суть забавы, которая произошла, но кроме нелепицы с барышнями, ничего не увидел. А мы-то знали. Аннушка порой видела разное наперёд, а Настя ещё вчера подошла ко мне сообщить, что умеет погоду чуять. За это ее Сашка тут же прозвал филиалом какого-то гидрометцентра. В общем, ведьма, она и есть ведьма.

Я вздохнул, а Аннушка тут же покраснела и едва слышно пробормотала.

— Я сама.

— Что вы сами? — переспросил я.

Анна наклонила голову, сжала губы и стиснула в кулаке левой руки указательный палец правой.

— Кофием пахнет. Ну, будет пахнуть.

Она покраснела ещё больше, хотя казалось, что больше уже нельзя, стрельнула исподлобья глазами в штабс-капитана и легко ускользнула в дверь обеденного зала. Я же поймал себя на мысли, что нужно провести с Анной беседу. Всем известна проблема институток, заключающаяся в том, что они придумают себе образ рыцаря в сверкающих доспехах, а потом заочно охают по нему, вытирая бегущие в три ручья слёзы. Штабс-капитан видный молодой человек, но все же, они познакомились совсем недавно, и она его не знает.

Я вздохнул и посмотрел в сторону. Баранов проводил девушку взглядом, а потом приоткрыл рот, словно намереваясь что-то спросить, но передумал, да так и замер. Лишь десяток секунд спустя он вся же высказался.

— Прелестное создание. И весьма необычное.

— Не трогайте ее, Семён Петрович, — произнесла Ольга, которая пересела на мой стул, стоявший поближе к центру событий. — Этот цветок настолько экзотичен, что вам с ней не совладать. Для неё причина и следствие — весьма условные понятия. И вы никогда не сможете понять ход ее мыслей.

Несколько секунд спустя супруга уже держала в руках ажурный голубой зонт, бывший родней моей новой трости. Та же логическая лампа на рукояти и тот же фонарь у обитой латунью шпильки. Те же кнопки и наверняка та же способность бить током неприятеля.

Баранов снова открыл рот, собираясь возразить, но их спор так и не начался, так как на лестнице появился оператор следящего устройства.

— Евгений Тимофеевич, пробой.

Я вопросительно поглядел на Ольгу.

— Ну что, на приём или на охоту?

— Шеф, — подал голос Никитин, — а можно я сам на охоту? Ну, один. Обещаю, в перестрелки не полезу. Я справлюсь. Чес слово. Шеф.

Я ухмыльнулся и кивнул.

— Захвати Настю. Ей все равно по бала́м ещё рано.

— Ничо не рано, — шмыгнув носом, ответила рыжая девушка. — Я, эта, готова к балям. Щас тока сарафан поярче надену.

— Настя, — со вздохом произнёс я, — приказник, это не просто полицейский. Это одно из первых лиц города. Его чин приравнен к полковничьему. И там вам будет не совсем удобно. А если хотите высокого общества, то чем вас наше завтра на фуршете не устроит?

— А там, на фаршете, можно будет фотографью сделать? Я маме пошлю. И этих, устриц с шампанским. Можно? И этих, ананасов с рябчиком.

Я усмехнулся и кивнул.

* * *

Александр дождался, пока вся процессия не уйдёт переодеваться, а потом закричал на весь зал, потирая ладони.

— Настюха! С меня закусон и пивас! Собирайся! Мы махыч в стиле вахи сорок тыщ устраивать будем!

Парень вприпрыжку помчался наверх, расстёгивая пуговицы гимнастёрки. Влетев в комнату, он скинул с себя солдатскую форму и сапоги, и, прыгая на одной ноге, нацепил специальные подштанники, а потом и все остальные элементы хлопчатого поддоспешника.

— Ага, как же, без драки, — бормотал он себе под нос, — а если там какой уродец?

Одевшись, Никитин схватил из-за шкафа свой двуручник, а потом поддел им паркет в углу. Деревянные досочки подскочили, показав небольшую полость со спрятанным в нем ключом.

— Шеф меня убьёт, но если не поймаю попаданца, точно выгонит взашей. Это же грузчиком идти или в психушке лежать. Хорошо ещё до этой… торговли