Песнь Ариадны - Guiltythree

Она знала, что Миктлан обречён.

Если только она и другие, подобные ей, не отбросят свои ложные титулы и не станут истинными богами, конечно.

И теперь она знала, как это сделать.

«Внемлите моему приказу, Дети Солнца».

Она взглянула на раскинувшуюся панораму своего огромного города.

«Когда пойдёт дождь и затопит Джунгли, мы отправимся в путешествие. Пошлите весть другим королям… Кетцелькан зовёт их к Сердечному Озеру. Пришло время остановить Погибель раз и навсегда».

Или умереть, пытаясь это сделать.

Глава 2770

В конце концов, они все пришли.

Крылатый Змей, Леопард, Обезьяна, Колибри, Выдра… даже Орёл, живший на границе света и тьмы. Отсутствовала лишь Угорь, изгнанная во тьму Океана Позвоночника за преступление своей матери.

Они пришли из Сердечной Кости, Грудной Клетки, Костяного Столба, Перекрёстной Кости и даже из разбитого Черепа. Они прибыли со всех Доменов Миктлана, отвечая на зов его самого свирепого правителя.

Теперь, когда дожди вызвали наводнение, Джунгли превратились в сложную сеть ревущих рек, с великими водопадами, низвергающимися с высоты в серебристом сиянии солнечного света. Из-за этого путешествие по Джунглям стало проще.

Кетцелькан прибыл во главе великой армии асур. Джунгли содрогались под их шагами, а Испорченные монстры, обитавшие под их алым пологом, были истреблены на их пути.

Выдра подошла на носу могучего военного корабля, флот зачарованных судов заполнил сеть рек позади неё. Леопард пришёл один, Джунгли расступались и отползали, чтобы очистить путь его лёгким шагам. Обезьяна и Колибри привели своих асур — первые были проворными и крупными, вторые отличались уникальным дизайном крыльев.

Орёл, известный своим безумием, пересёк поверхность и вошёл в Сердечную Кость через трещину, упав вместе с водой, прежде чем распахнуть свои огромные крылья.

Все они пришли к берегам Сердечного Озера, вглядываясь через воду в Храм Солнца.

Для некоторых, как для Кетцелькана, этот потрясающий храм имел особое значение. Ведь именно здесь, давным-давно, воспитывались такие Божественные Дети, как он.

Для других Сердечное Озеро было всего лишь местом, где сходились все реки Сердечной Кости во время дождей. Следовательно, это был центр слияния Миктлана, а также его основа.

Храм, стоявший посреди Сердечного Озера, был нейтральной территорией, где правители Царства Солнца встречались, когда им нужно было заключить мир или провести совет. Никто не смел запятнать святость Храма Солнца — как из-за того, что он олицетворял…

Так и из-за существа, обитавшего внутри.

Правители оставили свои армии на берегах Сердечного Озера и вошли в храм в полном одиночестве. Там их ждал Падший в своих тёмных одеяниях, возвышаясь над королями и королевами Миктлана, словно они были детьми. Его лицо скрывал глубокий капюшон, а замысловатые серебряные доспехи покрывали его руки и стройный торс.

Двенадцать серых крыльев вздымались за его спиной, отбрасывая на них тени.

«Добро пожаловать, носители Пламени».

Падший не был похож на них, людей. Он был последним из Небесного Народа, некогда купавшегося в великолепии Солнца — до того, как Солнце умерло и поглотило небеса, создав Белую Бездну и уничтожив всех его сородичей.

Кетцелькан был достаточно стар, чтобы помнить мир до Заклятия Кошмара, но Падший был куда древнее. Он видел мир до того, как умерли боги, до того, как смертные царства были поглощены Погибелью, до того, как существовала Белая Бездна, и до того, как пал Убийца Солнца, чьи великие полые кости стали Миктланом.

Падший был старше самого мира…

По крайней мере, старше мира, который они знали.

Он также ухаживал за Кетцельканом и его братьями и сёстрами здесь, в этом храме, как слуга, воспитывая их, чтобы они унаследовали Царство Солнца.

Храм был и его домом, и его тюрьмой, поскольку Падший был запечатан внутри и не мог выйти за его пределы.

«Зачем ты призвал нас сюда, Крылатый Змей?»

Кетцелькан оглядел правителей Миктлана, ощущая, как на него давят пять океанов тиранической Воли. Конечно, он оставался непоколебим. Они были сильнейшими и свирепейшими воинами Царства Солнца, но он был самым грозным среди них и тем, кто правил самым большим Доменом.

Самый молодой из них родился уже после того, как Заклятие Кошмара снизошло на Миктлан. Остальные уже шли по Пути Вознесения, когда Заклятие впервые прошептало им, и с его помощью взошли на трон Верховенства. Но независимо от их возраста, все они знали правду.

Он поднял подбородок.

«Боги мертвы, и смертные царства пали под натиском Порчи. Теперь Погибель подступает к Божественным Царствам… Царство Солнца первое расцвело Семенами Кошмара, но оно не будет последним. Погибель пожирает всё, и только слепые верят в обещание славного будущего».

Люди легко верили лжи. Хуже того, их легко вводили в заблуждение расплывчатые истины.

Но те, кто достиг Верховенства, не могли позволить себе быть обманутыми.

«Миктлан силён и грозен. В отличие от остальных Божественных Царств, мы всегда воевали с Порчей, живя под постоянной осадой Джунглей. Наш священный долг всегда заключался в том, чтобы не дать Убийце Солнца возродиться, и поэтому мы всегда были воинами».

Он сделал паузу и бросил на них свирепый взгляд.

«Миктлан породил бесчисленных героев в прошлом, и после того, как на наш народ снизошло Заклятие Кошмара, их число лишь возросло. Более того, мы владеем колдовством создания асур, что позволяет каждому из наших Пробуждённых сражаться с существами, куда более могущественными, чем они сами. Мы владеем и бесчисленными другими колдовствами».

Его взгляд стал тяжёлым.

«Но всё это бессмысленно перед лицом надвигающейся Погибели. Не обманывайтесь — армии асур подведут нас. Стены наших крепостей падут. Троны, которыми вы так гордитесь, будут разбиты, и скоро, очень скоро, алые лозы Джунглей погребут наши храмы под горами гнили».

Кетцелькан глубоко вдохнул… и затем улыбнулся.

«Если только не родятся новые боги».

Глава 2771

В Храме Солнца царила тяжёлая тишина, бремя слов Кетцелькана окрашивало тьму в тона бедствия. Спустя долгое время заговорил Орёл, удивив многих.

«Ты рисуешь мрачную картину, Крылатый Змей».

Правитель Черепа был столь же туманен, сколь и страшен. По сути, среди всех Верховных существ Царства Солнца он был единственным, кого Кетцелькан действительно опасался — то же самое относилось и к другим королям и королевам Миктлана, которые смотрели на Орла с оттенком тревоги.

Это было понятно. В Миктлане быть близко к небу означало быть близко к смерти. Поэтому все, кто выбирал парить в его облачных просторах, за пределами безопасной тьмы великих костей, считались слегка безумными, даже если