Вечно голодный студент 8 - RedDetonator

Ну, это он пиздит, конечно — меньше…

— Это впечатляет, — ответила говорящая голова арабского уёбка. — Сколько вы хотите за него?

— Двадцать тонн золота, — назвал цену шахиншахский подсос.

— Это непомерно дорого, — покачав головой, ответил эмирский подсос. — Мы предлагаем…

Меня накрыло особо мощной волной сонливости, и я отключился.

— … бу-бу-бу… — услышал я, спустя неопределённое время. — … и один танк М1 Абрамс.

На фоне играет восточная музыка, а в воздухе пахнет человеческим потом и благовониями.

Башка трещит так, будто мне в неё забили гвоздь, но я заставляю себя открыть глаза и вижу, что меня успели перевезти в тронный зал.

Вокруг танцуют полуголые женщины, на лица которых надеты бурги. Сиськами они тут машут, но зато лица скрыты — ха-ха…

Нарядный хуй и арабский гондон, как я понял, уже снизошли до прямого общения и сидят сейчас на подушках, пиздят о главном.

— Новый Абрамс? — уточнил шахиншах.

— Новейший из тех, что бывают, — подтвердил эмир. — Тебя устраивает это предложение?

— Полторы тонны золота, двести плодовитых женщин, самолёт Цессна 172 и танк М1 Абрамс, — перечислил шахиншах.

Смотрю на окно и понимаю, что уже ночь. Это значит, что они пропиздели тут около шести-восьми часов и всё это время самозабвенно торговались — они просто ебанутые…

— Да, — ответил эмир.

— Меня это полностью устраивает, — решил шахиншах. — Скрепим же эту взаимовыгодную сделку рукопожатием…

Глава шестнадцатая

Чужбина

*Неизвестное место, 23 мая 2028 года*

Машина, наконец-то, остановилась, после чего хлопнула дверь, а снаружи донеслись голоса, говорящие на непонятном мне языке.

Вернее, я понял, что это арабский язык, но им я не владею, что очень досадно.

Мне прекрасно понятно, что произошло тем вечером, когда нарядный хуй Баграм №6 беседовал с залупистым эмиром Хусамом эль-Шенави — меня продали, очень дорого.

Похоже, что Баграм №6 решил, что получил достаточно залетевших баб, которые дадут ему войско сначала маленьких студиков, а затем они вырастут и начнут унижать всех его врагов, применяя электричество, расширенное зрение и гликогеновые рывки.

Двое охранников, сидящие со мной в кунге грузовика, заговорили на арабском, а затем с натугой подняли платформу, на которой я закреплён, и вытащили её наружу.

На голове у меня мешок из-под риса, чтобы я ничего не видел, но тут, явно, какое-то недопонимание моих способностей — я всё вижу…

Металлический кунг препятствовал моему обзору, но, сразу после открытия двери и вытаскивания меня наружу, мне стало видно всё — это не пролило свет на моё нынешнее местонахождение, но зато я понял, что меня привезли в густонаселённый город.

Мы находимся на площадке, возможно, парковке, на которую приехала автоколонна, которая сразу же начала разгружаться.

Только тут ходят до полусотни человек, среди которых девятнадцать КДшников, но в зданиях вокруг сейчас находятся многие сотни людей, среди которых прямо очень много КДшников.

И что, сука, самое примечательное — тут очень много детей и большая их часть, судя по всему, КДшники.

«Программа по разведению людей в действии…» — пришёл я к выводу. — «Вот суки… Их всех надо срочно кончать — всех этих эмиров, шейхов и прочих властелинов Вселенной».

Ожидалось, конечно, что во всём остальном мире будет совсем иначе, чем у нас, но тут, на Ближнем Востоке, всё направилось в какую-то совсем нездоровую сторону.

Рядом со мной произошёл разговор двоих КДшников, которые бурно что-то обсудили, самый крупный из них дал оплеуху самому мелкому, а затем мелкий взялся за поручни моей тележки и покатил меня к ближайшему зданию, через всю парковку.

По пути он тихо приговаривал что-то на арабском, но не обращаясь ко мне, а будто бы выражая недовольство произошедшим.

Но не успел он озадачиться проблемой открытия двустворчатой двери, как дверь открылась и из неё вышел ещё один КДшник, довольно-таки слабый.

Этот слабосилок вежливо обратился к мелкому КДшнику, тот что-то раздражённо ответил, а затем слабосилок взялся за поручни и покатил меня дальше.

— Мне сказали, что тебя зовут Талибом, — сообщил мне этот Слабосилок.

— Ты дурак, что ли? — спросил я у него. — Я не имею никакого отношения к движению Талибан!

— Причём здесь Талибан? — с недоумением спросил неизвестный. — Мне сказали, что ты Талиб… то есть, э-м-м-м… Студент.

Он потратил время, чтобы подобрать слово на фарси — чувствуется, что он использует этот язык очень нечасто.

— А Талиб — это, по-вашему, Студент? — уточнил я.

— Да, — подтвердил неизвестный. — Зови меня Хасаном Ашрафом — мне поручено ввести тебя в курс.

Тележка со мной едет по длинному коридору, детали которого не разобрать.

— Ну, давай, бомби, — сказал я.

— Нам сообщили, что ты являешься опаснейшим эль-фурсаном, — поделился со мной Хасан. — За тобой будут следить с особой тщательностью, поэтому не пытайся сбежать — будет только хуже. Но прошу не рассматривать это как пленение — пройдёт время, ты покажешь себя хорошо и у тебя появится возможность вступить в гвардию эмира. А если очень повезёт, то тебя продадут в гвардию султана — тогда ты станешь мамелюком, и этот статус превзойдёт все твои самые смелые ожидания…

— Да? — спросил я. — Наверное, это круто… А что за султан? Я слышал только об эмире.

— Нами сейчас правит славный и победоносный султан Бейбарс III, — сообщил мне Хасан. — Его гвардия хранит мир на землях Египта, поэтому я советую тебе стремиться попасть в неё. Мамлюки — это богатейшие люди египетской земли, кормящиеся с наделов, данных им самим султаном. Ты, наверняка, считал, что твоя прошлая жизнь была неплохой, но тебе просто не с чем сравнивать — ты не знаешь, насколько хорошо быть мамлюком.

— Ты так говоришь, будто в мамлюки набирают по объявлениям, — сказал я на это.

— Попасть в гвардию очень тяжело, но только для обычных эль-фурсанов, — ответил Хасан. — Для тебя это будет очень легко, если люди шахиншаха не соврали и ты являешься сильнейшим эль-фурсаном из всех, когда-либо встреченных ими.

— Они таких ещё не встречали… — согласился я с ним. — Кстати, а куда мы сейчас едем?

— К сожалению, в подземные казематы, — ответил мой «извозчик». —