Оживитель Гробницы - Сергей Александрович Плотников

— Вы — меня? — неверяще переспросила Олла. — В ученицы?

— О да, — кивнула Альмикен. — За последние недели я к вам присмотрелась. Вы подходите.

— Но… к чему я подхожу?

Неужели у госпожи Карсен есть какой-то тайный магический дар, и она углядела такой же в Олле? Да нет, глупости, не может такого быть!

— Тут нужно начать издалека… Видите ли, я из мира, который лишь недавно присоединился к Империи. Присоединился не вполне добровольно, через кровь, бедствия и сломанные жизни… как это часто бывает, — она вздохнула, ее острое нечеловеческое ухо дернулось. — До появления Имперского портала у нас не было собственных магов. Но были — шаманы.

— Это какой-то особый вид магии, типичный для вашего мира? — от начитанной Теи Олла знала, что это случается. Да и Влад с Бьерами рассказывали именно о такой чуждой магии.

— Это вообще не магия, — усмехнулась Альмикен. — Наши шаманы не владели никакими чудодейственными силами! Мы не умели заживлять раны, вызывать дождь или выращивать растения из земли! Не могли наслать дурной сон, вызвать любовь или ненависть… точнее, могли, — но это работало не всегда, и только если получалось заставить человека поверить, что мы на это способны! — она со значением поглядела на Оллу.

— «Мы»? — повторила Олла.

— Я была ученицей шаманки. Моя наставница взяла с меня слово передать ее науку дальше — обучить хотя бы троих девушек. Увы! Я не смогла его сдержать. Влюбилась в Тайту, ушла с ним… а у жены боевого командира не так-то много возможностей выбрать подходящую ученицу и заниматься с ней!

— Но вы давно уже не жена боевого командира…

Минимум семьдесят лет, если Олла верно запомнила, сколько лет назад была основана Гробница.

— И вокруг меня только некроманты и члены их семей! — засмеялась Альмикен. — А что касается моих собственных дочерей… Благословение богов на нас с Тайту велико: я пятнадцать раз давала жизнь, тринадцать дожили до зрелых лет, еще двое пока дети. Но дочерей из этих пятнадцати было только две, и обе пошли в отца, а не в меня — слишком прямодушные и открытые, чтобы воспринять мою науку. Быть может, если бы их жизнь была тяжелее… — Альмикен вздохнула. — Но я слишком любила их, чтобы сознательно устраивать испытания! Так что увы, я пока не сдержала слово перед моей наставницей. Одну девушку я все-таки выучила — но нужно еще двоих. А время уходит — никто из нас не знает, сколько проживет. Ни вы, ни я, ни даже Император!

«Она ведь пережила хотя бы нескольких из ее пятнадцати детей…» — Олла отчетливо услышала это в интонации женщины.

— Благодарю за доверие, госпожа, — сказала Олла. — Только… я не очень понимаю, что это за искусство такое, и почему вы решили, что я для него подхожу!

— Очень простое и одновременно очень сложное искусство, — улыбнулась Альмикен. — Искусство смотреть, слушать, и делать выводы. Искусство вовремя говорить и вовремя молчать. Соглашайтесь, моя дорогая, оно очень вам пригодится! У меня предчувствие, что ваш муж достаточно быстро добьется высот… по нему это видно. Да и Тайту уже взял его на заметку. А я беру на заметку вас.

— Зачем? — осторожно спросила Олла.

— Ну как зачем? Всякому магу Огня нужны верные люди в его… скажем так, ближнем и дальнем круге. Моя ответственность как его жены — помогать формировать этот круг.

«Иными словами, вы предлагаете мне место в свите», — подумала Олла.

И вдруг она отчетливо поняла, что чувствовал Влад, когда кланялся Фроссен — или тому же Карсену, если уж на то пошло! Ничего он не чувствовал! Как она сама сейчас ничего не чувствует! Потому что она, с одной стороны, анализируя предложение Альмикен разумом, одновременно поняла: на самом деле я выше статусом, поскольку Влад — идеальный маг Огня! То есть Альмикен, безусловно, заслуживала уважения за возраст и заслуги — как мужа, так и собственные, и Олла, встреться она с ней в качестве супруги другого мага Огня, тоже обращалась бы на «вы» как к старшей годами и превосходящей опытом. Но при этом — это уж скорее госпожа Карсен должна войти в свиту госпожи Шелки, а не наоборот!

Охренеть, как говорит Влад!

А, и еще одно хорошее выражение у него есть: взрывает мозг.

Вот Олла и ощутила сейчас, что мозг у нее взорван от одной этой мысли.

И… предложение Альмикен на самом деле бесценное! Когда Влад выйдет из тени, если только он не станет ренегатом, за которым охотится пол-Империи — а Олла не исключала такую возможность — он неизбежно займет очень высокое положение. И его жена, конечно, тоже вынуждена будет войти в высшее общество. К чему не готова не только сама Олла, но даже и Тея… Да что там, даже Ройга, с ее великолепным образованием, пожалуй, не готова! Обучение у госпожи Карсен — еще одна милость богов! Нежданная, негаданная, но от этого не менее своевременная!

— Госпожа, с благодарностью принимаю ваше предложение! — Олла сделала книксен. — Постараюсь учиться со всем прилежанием!

Глава 14

Это какие-то неправильные пчелы!

Четырехсотметровая, пусть и неглубокая воронка не так далеко от города — это, блин, очень серьезно! Ее особо не скроешь. Разве только замаскируешь. Да, жители Гробницы не особенно любят выбираться на пикники и тому подобное — по крайней мере, не в голые пустоши! Однако Воздушники стараниями Игнис летают на патрули.

— Я, конечно, поменяю маршруты, но я ведь этих троих оболтусов не особо контролирую! — с досадой воскликнула Игнис. — И никто не контролирует! Попробовала бы я посмотреть на того, кто запретил бы мне сделать кружок-другой для своего удовольствия во время патруля!

Я подумал, что просто Игнис не сталкивалась с по-настоящему жесткой военной дисциплиной в условиях реального боевого противостояния, когда отклонение от маршрута может закончиться летально, но ничего не сказал. Стихийные маги в Империи не воюют друг с другом, а если вдруг кто-то переходит черту, Император посылает свою гвардию. Возможности которой я отчасти мог представить после знакомства с Тайту Карсеном — он именно там и завершал свою военную карьеру.

Но, лишенный реального боевого опыта (отслужил год по призыву сразу после школы, чтобы на потом не откладывать