Землянка в школе навигаторов - Яна Усова

в ступоре. Раньше я не понимала, зачем все эти заучивания, постоянные повторения правил межмировой торговли, культуры рас. А теперь поняла, когда так легко, не задумываясь, определила, куда отправляется груз, хотя не видела документов; да еще и знала, почему требуется упрочнение упаковки.

Рядом ритмично раздавались удары молотка Нэда.

— Зачем ты стянул трусы нье' Гранори? — задала я вопрос, мучивший меня. — Из-за меня ты попал в трюм.

— Нье' Гранори метил в тебя специально, я заметил. Ну и не принято в моей семье девушек оставлять одних в неприятной ситуации.

— Спасибо, — выдавила я.

— Не за что. Мне вообще кажется, что ты нье' Гранори нравишься, только он не знает, как тебе это показать.

Я даже икнула.

Не… мне этого не надо.

Хотя нет, надо, конечно, но не от этого парня.

Я рассказала Лигу, как в первый же день второго курса загремела с близнями на уборку трюма. Он смеялся как сумасшедший. А потом, вытирая слёзы, пошутил:

— А слабо каждый новый курс оказываться в трюме в первый же день? Уверен, в вашей школе вас не забудут.

Я тогда вздрогнула от такой перспективы и оглянулась: вдруг буйная парочка засела в засаде в моём отсеке и уже строит планы на первый день третьего курса?

Я взяла молоток и занесла руку для удара по гвоздю, но внезапно молоток выхватили у меня из пальцев и кто-то толкнул меня в бедро.

— Смотри, как это делают настоящие мужчины, кадет Васькина, — раздался над ухом голос Тэля. Тэлия тоже была тут. Я обалдела.

— А вы что здесь забыли?

— Ну, ты же из-за нас часто бываешь в трюме, мы решили помочь вам. Кстати, ты поэму выучила?

Я замотала головой.

— Я её хорошо знаю. Буду говорить двустишиями, а ты повторяй за мной.

Я кивнула.

Мне кажется, я никогда не пойму этих ребят!

Тэлия начала:

— Как сбирался Глесиус в сенат межгалактический,

Давал приспешникам наказ он истерический…

Я начала подвывать от смеха.

— У тебя всё в порядке, Лани? — очень серьёзно спросила она.

Нет-нет, я этих близней уже знаю. С них станется втюхать мне сто строк какой-нибудь ерунды или пошлятины.

Я сунулась во Всекосмическую сеть и с изумлением узнала, что именно так и начинается эта поэма. Послушно, стараясь не смеяться, начала повторять:

— Как сбирался Глесиус в сенат межгалактический,

Давал приспешникам наказ он истерический…

Вместе со мной, судя по шевелению губ, повторяли Тэль и Нэд.

* * *

На втором курсе немало практик, и одна из них — по анатомии вигов.

Трупы мне не вскрывали. То есть вскрывали, но не совсем трупы. Это были реалистичные манекены. На этих вскрытиях я перестала бояться вида крови, её фонтанов, когда нам требовалось пережать артерию; разучилась бояться рваных, резаных, колотых ран. Когда на выполнение задания по остановке кровотечения тебе даётся всего пятнадцать секунд — иначе незачёт, — перестаёшь думать, что тебя стошнит. Думаешь только о том, что прийти на пересдачу ты будешь уже не в состоянии. Мы научились накладывать жгуты, зашивать раны (по легенде, элефин-медик маяка погиб, на маяк напали, но его отбили, и теперь нужно помочь пострадавшим служащим). В своём отсеке, в санузле, сидя на полу в душе, я тренировалась шить раны на стыренных из столовой дурмах (аналог наших помидоров). Местные помидорки чуть что — брызгали соком в разные стороны, поэтому тренировки приходили в помещении, где можно сразу постирать одежду и помыться. Тэлия тренировалась на люнксе. Тэль и Нэд приходили в ужас от наших умений, у них получалось зашить только грубую кожуру ешуки (вылитый земной банан, только на вкус больше похож на вишню).

Мы проходили и краткий курс по акушерству и гинекологии. Он шёл в крошечной клинике, далеко от столицы Франгаг, и там только мечтали о современной аппаратуре, материалах и молодых медиках. Мы были на подхвате на первичном приёме. Его вела пожилая подслеповатая вига. Когда на приём пришла беременная девушка, у которой живот просто уже лез на лоб, вига-медик задала стандартный вопрос:

— У вас есть половой партнёр?

Выражение лица девушки я не забуду никогда. И не забуду, как нас четверых сдуло из кабинета, как мы повалились на кушетку в коридоре и минут двадцать не могли перестать смеяться.

* * *

— Ты представляешь, Лиг, оказывается, у меня есть способности к конструированию и программированию ботов и искусственных интеллектов! — хвасталась я своему элейскому приятелю (из-за леди Лаонтис я страшилась думать о нём иначе).

Это был один из тех моментов, когда я, в приподнятом из-за хороших отметок настроении, ответила на вызов Лига. Помня о данном себе и леди Лаонтис обещании, я начала реже отвечать на его вызовы и сообщения.

Лиг сперва чуть хмуро посмотрел в голокамеру, но потом светло улыбнулся, и я… я замерла от этой улыбки. Как же я соскучилась по нашим ежедневным перебрасываниям головидео и перепискам!

Я продолжила хвастаться:

— Вчера на уроке роботостроения я собрала своего первого бота! Программку для него я уже давно написала. Он, конечно, вышел колченогий и совсем глупый, но умеет ходить, махать руками и поворачивать голову! Я! Сделала! Его! Сама! — Я кружила на каблуках (Нэд настоял, чтобы дома, то есть у себя я не снимала эту кошмарную обувь, иначе мне не видать четвёрки по танцам) по отсеку, жестикулировала и делилась своим успехом с Лигом. Меня отрезвил вопрос:

— Лани, а для чего пилоту робототехника?

Упс!

Пришлось выкручиваться.

— Ну а вдруг откажет искин корабля, которым я буду управлять, а технологический персонал будет отрезан от капитанского мостика? Или боевой бот подвергнется рэп-атаке и у него поедут мозги?

Лиг широко улыбнулся.

— Ты будешь отличным пилотом, Лани!

Я выдохнула.