Чубчик кучерявый - Анатолий Федорович Дроздов

Немного попетлял по городу и остановил «восьмерку» у одноэтажного строения на тихой улочке. Вот он и дома! Выйдя из машины, Сергей зашел в калитку и начал отпирать ворота — автомобиль нужно загнать во двор. Но тут из двери дома вылетел вихрь.

— Сережка! Братик!

Сестра повисла у него на шее. Сергей расцеловал девчонку и осторожно поставил на траву.

— Привет, Катюша! — сказал ей, улыбнувшись. — Ты, я смотрю, совсем не подросла. Дюймовочка.

— Я миниатюрная, — сказала Катя. — Такие нравятся парням, не то, что некоторые дылды.

Сергей захохотал. Это было их обычной пикировкой. Сестра пошла вся в мать — маленькая (154 сантиметра), худенькая, и очень милая. Но на язык довольно острая — могла сказать любому колкость, если нарвется, разумеется. Сергей же ростом обогнал отца и был почти 180 сантиметров. Подобно Скворцову-старшему немногословен, выдержан.

— Ты на машине? — продолжала Катя. — Чья это?

— Моя. Вчера купил.

— Ты шутишь?

— Какие шутки? Смотри! — он вытащил из сумки и протянул сестре серенькую книжицу — техпаспорт. Она взяла его и развернула.

— Так, ВАЗ-2108, цвет вишневый, госномер совпадает… Владелец — Скворцов Сергей Семенович. Так это правда? Но откуда деньги на машину?

— На монстрах заработал. На новую хватило.

— Вам так много платят?

— Представь, что да, — он улыбнулся. — Ладно, Дюймовочка, сейчас я загоню машину во двор, затем поговорим.

— Потом загонишь, — возразила Катя. — Сначала покатай меня по Шклову. Хочу, чтоб все увидели: мой брат купил машину!

— Ладно, — он кивнул. — Только сначала перекусим. Есть хочется.

— Есть суп и каша, — сообщила Катя. — Но ничего мясного нету.

— Я прихватил, — сказал Сергей. — Есть колбаса, тушенка, и шоколадные конфеты для Дюймовочки.

— Я не Дюймовочка, — надула губки Катя. — Но люблю конфеты. Какие ты привез?

— «Аэрофлотские»…

За перекусом Сергей немного рассказал сестре о службе, оставив основное на вечер. Отец придет с работы, тогда и сообщит в подробностях. Закончив с чаем, достал из сумки десять сторублевок и протянул Катюше.

— Держи! Купишь себе джинсы, ты же хотела фирменные. Здесь тысяча рублей.

— Сколько? — ахнула сестренка. — Так много? Но откуда деньги? Ты же купил машину. Она ведь дорогая.

— 8 650 рублей, — сказал Сергей. — Я заработал больше. Бери, не обеднею. Еще мне причитается зарплата в редакции «Советской Белоруссии», а я ее еще не получал. А это больше тысячи рублей. Плюс жалованье офицера на сборах, командировочные и выплаты за монстров. Хватит на мебель для квартиры и на одежду. Я теперь богатый.

Он засмеялся. Сергей бы дал сестре гораздо больше, но дядя Жора отсоветовал. Во-первых, появятся вопросы: откуда столько денег? А, во-вторых, большие суммы сносят девчонкам крышу — начнут чудить.

— Спасибо, — она забрала сторублевки. — Тогда куплю еще и сарафан из фирменной джинсы. И куртку-джуду.

— Лучше зимнюю, — сказал Сергей. — И теплые сапоги. Не то замерзнешь в этой джуде…

Они проехались по Шклову. Останавливались у магазинов, заходили, что-то покупали — продукты, бытовые мелочи. Естественно, нашлись знакомые. Шклов — город небольшой, и все друг друга знают. Катя им хвалилась, что брат купил машину за деньги, заработанные в карантинной зоне. Он убивает монстров, его даже медалью наградили. Болтушка… Сергей ей не мешал — пусть покрасуется. Он знал, что Катя им гордится. Не у каждой в городе (да ни у кого, конечно!) брат окончил МГУ, работает в «Советской Белоруссии», теперь вот прикупил машину — новую! Завидуйте…

Дома сестра почистила картошку, поставила варить. Сергей достал из сумки банки с тушенкой. Обычная говядина пойдет в картошку, а ветчина венгерская — на стол. Нарезал колбасы двух видов, открыл вино. Сухое, марочное оно не пользовалось спросом в Шклове, а водку он забыл купить. Для этого следовало зайти в домоуправление и получить талоны, затем идти их отоваривать… Домой хотелось к близким.

За этими хлопотами их и застал отец, вернувшийся с работы. Что-то он сегодня рано…

— Мне позвонили на бухгалтерию, — сказал Сергею, обнимая. — Сказали: сын приехал, да еще на новенькой машине! Вот и ушел пораньше.

Воистину Шклов — маленький город…

— Машину видел, — продолжал отец. — Красивая и дорогая. Откуда деньги, сын?

— Расскажу, — пообещал Сергей. — Только сначала поедим.

— Ого, вы наготовили! — отец окинул взглядом стол. — Деликатесы. Давно не ел сухой колбаски. Сейчас! — он залез в буфет и извлек бутылку водки. — Тебя ждала, Сережа! Садимся.

После застолья Сергей им и поведал о службе в карантинной зоне. Рассказывал, не скрывая, за исключением, конечно, дяди Жоры и клада от работника торговли. Сцену, как белорусский бронелось едва не снес вышку с московскими охотниками показывал в лицах. Сестра смеялась, отец сдержал эмоции, но глаза его искрились.

— М-да, спас главу Правительства СССР, — сказал, когда Сергей умолк. — За это получил автомобиль вне очереди и медаль. Кому расскажешь — не поверят. Вот что, Сережа, не болтай об этом. Начальству не понравится.

— И не собирался, вам только и сказал, — Сергей пожал плечами. — Ты же спрашивал, где взял машину и откуда деньги.

— Договорились! — кивнул отец. — Ты, кроха, тоже не болтай, — он посмотрел на Катю.

— Что, и про монстров тоже? — насупилась дочка.

— Про монстров можно, это не секрет. А вот про барскую охоту — никому ни слова!

— Поняла, — вздохнула Катя.

— Папа, — Сергей достал из сумки стопку сторублевок. — Здесь тысяча рублей. Возьми.

— Нет! — отец решительно отодвинул его руку. — Тебе нужнее.

— Бери! — Сергей не отступился. — У меня их много, и будет еще больше. Ты столько лет отказывал себе во всем, чтобы растить нас с Катей после смерти мамы. Ты ходишь в стоптанных ботинках, в заношенном костюме. Теперь, когда у меня есть деньги, я не могу смотреть на это без стыда. Возьми!

— Ладно, — отец поколебался и забрал купюры. — Ты повзрослел, сынок, — глаза его налились влагой. — Прошу: будь осторожен в этой вашей зоне. Мне твоего Афганистана хватило — когда нам в Шклов везли гробы с солдатами, а я переживал и думал: только б не Сережу! Я даже свечки в церкви ставил, чтобы ты вернулся…

Он шмыгнул носом