Телохранитель для ведьмы. Лето в городе - Юлия Снежкова

— Вечер и правда неплох. Арбузов там что-то накопал на нашего подозреваемого. Обещает через час у меня быть, ты давай тоже подъезжай.

— Светлан, а без меня ну нельзя никак? Или потом сообщением скинете?

Савушкин наблюдал, как набравшийся смелости голубь попытался стащить корм у зазевавшегося лебедя. Белокрылый стремительно пошёл в атаку, гаркнул чем поднял на крыло всю стаю серого разбойника.

— Там какая-то секретная информация. Не для чужих ушей, — уклончиво пробормотала ведьма.

Антон ещё раз посмотрел на лебедей, на стаканчик с остывшим кофе на лавке рядом.

— Ладно, еду. Буду минут через сорок.

Оставив Чистые пруды позади, Антон толкнул тяжёлые двери метро. Вечерний поток возвращающихся с работы людей ещё не спал, поэтому попасть в вагон поезда удалось лишь со второго раза. Необходимая для того, чтобы добраться до Перово, пересадка также подкинула проблем — поезд на жёлтой ветке встал в туннеле минут на пятнадцать.

Антон вытащил телефон, глянул на оставшиеся четыре процента зарядки. Вернул его в карман и стал оглядывать пассажиров, заполнивших вагон метро. Большая часть не отрывалась от экранов смартфонов, двое читали бумажные книги. А примостившийся на дальнем сиденье дед широко развернул газету на обе страницы. Сидевшая рядом с ним дама в белом платье нервно отмахивалась от листов, которые так и норовили залезть ей в лицо.

Студент, усмехнувшись, повернул голову налево. Сидящий рядом парень безотрывно смотрел на девушку, что расположилась на сиденье напротив. Не мигая и почти не дыша. Зажатый в руке телефон грозил вот-вот выскользнуть на пол. Антон медленно перевёл взгляд на девицу. Худенькая, примерно лет двадцати. Волосы мышиного цвета свисали с обоих сторон лица. Футболка с персонажами «Титаника» явно не по размеру. Полоска кожи на животе выглядела неестественно бледной. Серые джинсы. То ли джинсы забыли постирать, то ли это такой модный эффект. Разношенные чёрные кроссовки с прилипшими комьями земли.

Незнакомка не отрывала глаз от попутчика Антона. Не улыбалась, не пыталась смущённо уткнуться в телефон. Антон присмотрелся — сумки или рюкзака у девушки не было. Сидящий рядом приоткрыл рот. Вагон качнуло, свет мигнул. И в этот момент в полутьме Антон увидел, как девушка коснулась лица. Не лица, а того, что было её лицом для окружающих. Она поправила кожу, словно маску.

Мгновение. Поезд продолжил движение. Попутчик Антона продолжал безэмоционально взирать на сидящее напротив существо. Савушкин опустил взгляд, сжал кулаки.

— Димка, ты? Сто лет тебя не видел! После школы всё же в Москву поступил? — он потряс за плечи незнакомца.

Взгляд парня резко обрёл осмысленность. Повернувшись к Антону, несколько секунд изучал его лицо, затем нахмурился.

— Вы, похоже, перепутали меня с кем-то. Я не Дима.

— Ой, извините, — пробормотал Антон, глядя, как парень снова утыкается в экран телефона.

Электронный голос объявил, что следующая станция Перово. Савушкин дождался полной остановки поезда и ринулся к разошедшимся дверям. Повернувшись на секунду, он увидел, что незнакомка медленно поднялась и следует за ним.

Сделав десять шагов, студент резко развернулся. Девушки не было, лишь разнородная толпа огибала стоящего посреди платформы парня.

Антон повертел головой, а потом со всех ног заспешил к выходу из метро. Через пятнадцать минут он нажимал кнопку звонка у двери Светланы.

— Привет, проходи, — хмуро пробормотала ведьма.

Антон снял кроссовки и хотел было уже пройти на кухню, откуда доносился громкий смех капитана Арбузова.

— Свет, я сейчас такое странное видел, — неловко запинаясь, начал Антон.

— Какое? — повернулась к нему ведьма.

— Там в метро парень смотрел на девушку. А она его вроде как гипнотизировала. А потом в вагоне моргнул свет. И у неё не лицо, а маска была. — Антон хмурился, словно незнакомка из вагона могла дотянуться до него прямо сейчас.

— Дочки Начальника Кольцевой играются. Совсем от рук отбились, уже до сумерек озорничать стали, — пробормотала ведьма, поудобнее обхватывая костыль.

— Какие ещё дочки? Свет, у неё лицо съехало! Как маска! Что это было?

— До зимы ты в поезда после полуночи не суйся, — вместо ответа посоветовала она.

Так и не дождавшись продолжения, Антон двинулся по коридору.

Полицейский, сидя на табуретке, как раз разворачивал шоколадную конфету. На столе, примостившись у вазочки с угощениями, стояла домовушка. Оперившись о стеклянный край, она вещала:

— Ох, батюшки-светы… Да уж, девке-то седьмой годок ныне пошёл — пора и к графу вести, долг такой. А она, сердешная, ни в какую! Темноты-то до смерти боится. Чуть за порог ступит — так и заливается слезами, голосит, как не своя… Да и как её графьям показать, коли те только в полночь из своего склепа и кажутся?

Арбузов довольно хмыкнул.

— Перетёрли мне все кости? Или хоть одна целая? — спросила подошедшая за Антоном Светлана.

Полицейский одарил её широкой улыбкой.

— Тебе умные люди говорят… — начала было домовушка.

— Умные люди сейчас в шкаф под заговорённый замок отдыхать отправятся, — прервала её ведьма.

Фрося сразу как-то заметно сникла, растеряв былой важный вид.

— Садись давай, чай будешь? — Светлана кивком указала Антону на стоящую табуретку.

Сама, оперевшись о костыль, встала у холодильника.

— Нет, спасибо. Я только кофе попил, — сказал Савушкин, присаживаясь.

— Басурманское питьё, — пискнула домовушка. Но тут же притихла, пристыженно поглядывая на хмурую ведьму.

Капитан хмыкнул и потянулся за очередной конфетой.

— Раз весь магическо-следственный отдел в сборе, то начинаю доклад. Анатоль Блюмм, оно, конечно, звучит изысканно. Но по первому паспорту нашего иностранного товарища звать Анатолием.

— Вот сразу чуяла, что от иностранца там только чищенные ногти да вагон гонору, — вставила Светлана.

Домовушка хмыкнула, Антон постарался скрыть улыбку, прикрыв рот рукой.

— Анатолий Ноготочкин родился и вырос в Ярославле. Там ничего примечательного. Школу закончил, как все. В восемьдесят девятом году приехал в Москву. Поступил на исторический. Вроде живи и радуйся, зацепил птицу счастья за хвост. Но нет. Взяли Толю с товарищами в девяносто третьем на подделке документов для вывоза исторических ценностей.

— Вот сразу чуется татевская натура, — пропищала Фросюшка.

— Цыц. Дай расскажет, — Светлана погрозила ей кулаком.

— Они картины и гравюры через повторную экспертизу проводили. По её результатам выдавалось заключение об отсутствии культурной ценности. И вот их взяли. Анатоль наш тогда легко отделался — условный срок. Но из института выперли. Потом вроде как он по всяким литпорталам подвязывался статьи писать. Пытался даже антиквариатом заняться, но там места уже давно распилены. Покрутился то тут, то там. И в начале нулевых наконец нашёл своё призвание. — Полицейский выдержал театральную паузу.

— Чужие вещи тащить? — скептически