Сквозь Мглу - Ник Юхарт

— Третье: Мониторинг аномалий. — Голос Дарио стал тише, но весомее. — «Дно» — это не просто туннели. Иногда из древних разломов лезет то, чему нет названия. Иногда старые механизмы сходят с ума, обретая подобие разума. Ты будешь нашим сейсмографом. Любой странный шум, необычная слизь на стенах, вибрация, от которой идет кровь носом — всё это требует немедленного доклада. Мертвый разведчик — бесполезный разведчик. Твоя главная задача — вернуться.

Он умолк и подошел к столу, открыл ящик и достал оттуда тяжелый, матовый жетон из вольфрама. По его периметру змеились контакты, утопленные в прозрачный полимер, а в центре, под толстым слоем ударопрочного стекла, тускло пульсировал оранжевым светом символ — «V». Фоном ей служила сложная, многослойная гравировка: шестеренка, разрывающая треугольник реальности.

— Твой пропуск, — он швырнул жетон мне. Я поймал его; металл был холодным, как лед. — С ним тебя пропустят через кордоны Парового тракта. Но не надейся, что он защитит от ножа в печень в темном переулке. Для этого у тебя будет «группа поддержки». Твоя личная, маленькая сеть. Три контакта. Запомни их. Записывать запрещено.

Дарио начал расхаживать по кабинету, чеканя слова.

— Первый — Берт. Снабженец. Обитает в Паровом Тракте, вывеска «Ремонт котлов и утилизация». Старый ворчун, помешанный на механике, половина лица обожжена. Он выдаст тебе базовый комплект: усиленный комбинезон, фильтры, химсвет и что-нибудь для самообороны, но не надейся на пушку — только пневматика или шокеры. Всё твое снаряжение будет проходить через него. Если что-то сломалось или нужно что-то особенное — идешь к нему. При знакомстве покажешь жетон.

— Вторая — Дэвайл, позывной — Чтец. Работает в нашем Центральном Архиве. Она — мозг твоего предприятия. Карты, исторические планы, сводки — всё идет к ней. Связь только через «мертвые ящики». Пока что твои отчеты будет забирать твой водитель. — Частота отчётов — не реже одного раза в три дня. Это крайний срок. Пропустишь сеанс связи — выговор.

— Третий — Шов. Бывший полевой хирург. Если тебя подстрелят, отравят или ты подцепишь какую-то неизвестную дрянь — ползи к нему. Берт даст адрес его подпольной клиники. Визит к нему означает, что ты облажался.

Я сжал жетон в кулаке. Это пятёрка или стрелка вниз, указывающая, куда катится моя жизнь?

— Твое первое задание, — Дарио вырвал меня из мыслей. — Идешь к Берту. Получаешь снаряжение. Он же выдаст карту сектора «ГПМС-69». Это старый коллекторный узел. Он считается относительно безопасным. Твоя задача на ближайшие семь дней — изучить его. Нанести на планшет все возможные ответвления, проверить тягу в вентиляционных шахтах и отметить места скопления грибковой плесени. Это испытательный срок. Справишься — получишь настоящую работу.

Он выпрямился, его инструктаж был окончен.

— Место для ночлега на складе готово. Койка, душ, еда. Дежурный отвезет. Отдыхай до утра. А завтра… — на его губах промелькнула тень улыбки, — завтра добро пожаловать на «Дно».

— Звучит как приглашение в ад, но с социальным пакетом, — пробормотал я себе под нос, поднимаясь.

Да, прозвучало не очень весело, но отступать было некуда.

Игра в удачливого воришку закончилась. Хотел перемен? Получи, распишись. Теперь главное — не захлебнуться.

Ныряльщик (Часть 1)

Едва я покинул кабинет, как у поворота в коридор наткнулся на мужчину. На вид ему было около тридцати, одет в простое гражданское, с лицом, которое забудешь через минуту. Короткий кивок от Дарио послужил ему сигналом — он тут же направился ко мне. Вся церемония свелась к ответному кивку и трём словам:

— Следуй за мной.

Путь до транспорта мы проделали в полном молчании. Внутри машины, оказавшейся неприметной военной моделью «Апрексо Хэви» — «Боллиорд», меня ждали мои пожитки, включая рюкзак, который починила Мила. Но мой «Крести» к сожалению, изъяли. Остаться без верного четырехствольника после всего пережитого за последние несколько дней — паршивое чувство, словно с тебя содрали второй слой кожи и вышвырнули голым на мороз. Правая рука рефлекторно дергалась к бедру, каждый раз натыкаясь лишь на пустую ткань. Ничего, вернем. С процентами. Мы ехали к Берту. Когда выглянул в окно, у меня снова полезли глаза на лоб. Мой молчаливый провожатый вел «Апрексо Хэви» уверенно, вплетая его в многоуровневый поток таких же утилитарных машин. А я, вжавшись в кресло, не мог оторвать взгляда от окна.

Подшпилье. Это был единый, исполинский механизм, притворяющийся городом. Здесь не было неба в привычном понимании — его заменял потолок из переплетенных коммуникаций, транспортных магистралей и ярусов зданий, уходящих куда-то вверх, в смог. Пространство между ними пронизывали артерии гигантских, покрытых конденсатом трубопроводов. Вместо солнечного света жизнь здесь освещали холодные прожекторы, иногда попадалась едкая неоновая реклама и пульсирующие огни на стыковочных узлах. В ущельях улиц, копошились люди-муравьи, безликая масса в рабочих комбинезонах и строгих корпоративных костюмах. Они двигались с деловитой поспешностью, не поднимая голов. Для них все это — лишь фон. Привычный, как дыхание.

Но все это было лишь подножием. Пьедесталом для Нее.

Аксис Этерна.

Слово «Шпиль» было оскорбительно мелким для того, что нависало над миром. Это была не постройка, а геологическое явление. Шрам на морде планеты, уходящий в затянутую химической дымкой стратосферу. Она выглядела так, словно выросла или упала с небес, вплавившись в кору планеты.

С такого расстояния я мог ещё лучше её рассмотреть. Поверхность была неровным, асимметричным коллажем из материалов, несовместимых в здравом уме. Гладкие, как обсидиан, плиты размером с квартал сменялись хаосом проржавевших форм и конструкций. В одних местах ее тело пронизывали тонкие, как капилляры, трубы, похожие еще на световоды, перекачивающие потоки то ли плазмы то ли чего то еще, отчего Аксис Этерна тускло пульсировала изнутри в тех местах, где плит не было. В других — зияли чернотой провалы, откуда время от времени вырывались и сновали вокруг какие-то всполохи похожие на шаровую молнию, казавшиеся пылинками на фоне этого колосса.

Она была настолько огромной, что искажала перспективу. Казалось, она не стоит на земле, а сама земля держится за нее, чтобы не сорваться в пустоту. Аксис Этерна была источником вечного сумрака для Подшпилья, заслоняя собой солнце, если оно вообще здесь когда-то было. Она была их божеством, их тюрьмой и их смыслом существования.

Автострада застыла в глухой пробке, но наш поток не стоял, а медленно, почти гипнотически полз вперёд. Минут через сорок мы въехали в мертвенную тишину оцеплённого сектора Парового Тракта. Первый же КПП нас тормознул. Короткая проверка документов, взмах руки дежурного — и всё. Дальше нас пропускали без единого вопроса. Видимо, наш