Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Капитан чего? — недоуменно спросил Артур.

— Да какая уже разница, чего, — сказала она.

Ее взгляд был прикован к области где-то у него над головой. Системную информацию читает, наверное, сообразил он и ответил ей взаимной любезностью.

Ольга Денисова, рейнджер, двести сорок шестой уровень… Значит, она тоже и раньше в это играла…

Капитан Денисова сорвала с пояса переговорное устройство.

— Валькирия Деду…

Валькирия — это хорошо, подумал Артур. Это звучит воинственно и мощно. Но кто такой Дед, и если он на самом деле дед, то не староват ли он для таких игрищ?

* * *

— И какой у тебя уровень, ек-макарек?

— Триста двадцатый, — сказал Савельев.

— Мой-то повыше будет, — сказал Егор Михайлович, читая новые характеристики своего «маузера». — А класс?

— Инквизитор.

— Это я одобряю, ек-макарек, — сказал Егор Михайлович. — Пора уже каленым железом выжечь всю эту нечисть.

— А ты?

— А я — партизан, — гордо сказал Егор Михайлович.

— А такой класс вообще бывает?

— Значит, бывает, ек-макарек, — сказал Егор Михайлович. — Может, я последний из партизан. Это ведь уже то, чего мы ждали, полковник? Какой план?

— План А, — сказал Савельев. — Военных уже подняли по тревоге.

— Много они с инопланетянами навоюют, — буркнул Егор Михайлович. У него запиликало переговорное устройство, и он, переложил «маузер» из правой руки в левую, коснулся наушника.

Савельев достал из инвентаря невесть откуда появившийся там кожаный плащ. Плащ, судя по всему, видал виды и практически целиком состоял из разного оттенка заплаток, но характеристики у него были вполне неплохие. Савельев не стал выпендриваться и надел плащ.

Проверил инвентарь еще раз и нашел в одной из ячеек дробовик. Урон у дробовика был огромный, так что Савельев материализовал его и приложил к плечу.

Лежал, как родной.

— Так вывозите его из города, ек-макарек, — рявкнул Егор Михайлович. — На базу три. Мы подтянемся в течение часа.

Он закончил сеанс связи и посмотрел на Савельева.

— Странные представления об инквизиции, — заметил он. — Но мне нравится, ек-макарек.

— Что там? — спросил Савельев.

— Кажется, мы наконец-то узнали, почему Джокер так важен, — сказал Егор Михайлович. — У него класс нарисовался, так что он тоже раньше в это играл.

— Не сомневался даже, — сказал Савельев. — И?

— Разрушитель Миров, — сказал Егор Михайлович.

— Ты поэтому приказал его из города вывезти?

— Ну да, ек-макарек. Подальше от мирного населения.

— А смысл? — тоскливо вопросил Савельев. — Если он миры способен разрушать…

— Так это… — сказал Егор Михайлович. — А что, если он еще не прокачался?

— Тоже верно, — согласился Савельев. — Едем.

— Я ребят уже поднял, машина будет готова, как мы в гараж спустимся, — сказал Егор Михайлович.

На улице громыхнуло.

Оба посмотрели в окно и увидели, как на крышами домов открывается огромный портал, и из этого черного разрыва в реальности в товарных количествах на Землю сыплются то ли космодесантники, то ли имперские штурмовики с реактивными ранцами.

Отправив несколько на разведку, остальные принялись строится в какие-то наступательные порядки.

— Или не спустимся, — заметил Егор Михайлович, вскидывая «маузер» и выцеливая разведчика, который летел вдоль улицы, едва не касаясь бронированными ботинками крыши припаркованных у обочины машин.

Вторжение началось.

* * *

На стене кабинета Соломона Рейна было открыто два экрана. Один из них транслировал изображение Такеши, возлежащего на своей кровати и изучающего какую-то микросхему, а на другом Соломон мог в режиме реального времени наблюдать, как меняется системный рейтинг.

Точнее, как строчка с именем Гарри Смерть Бордена неумолимо ползет наверх.

Сейчас он был уже пятьдесят вторым.

— Ты это видишь, а?

— Конечно, вижу, — сказал Такеши. — Кого он там убивает, мне интересно. Богов?

— Ах, если бы, — сказал Соломон. — Его паравозят?

— Не думаю, — сказал Такеши. — Иначе он бы не хапал опыт такими горстями. Да и кто может его паравозить?

— Ты знаешь, кто.

— Если бы это был тот, я знаю кто, — сказал Такеши. — То для такого рывка им приходилось бы убивать…. я даже не знаю, кого. Кроме того, вряд ли бог может создать группу с игроком. Нет, я думаю, Борден идет сам.

— Пятьдесят первый, — пробормотал Соломон. — Допустим, он идет сам. Но куда?

— В очередной раз скинуть тебя с вершины, — сказал Такеши.

— Как у него это получается? — спросил Соломон. — Кто он такой?

— Ты знаешь, кто он такой, — сказал Такеши. — Потомок Архитекторов.

— И что? Другой потомок Архитекторов стал всего лишь архимагом и торчит в своей академии.

— А еще один стал богом, — заметил Такеши.

— А ее тысячи сидят на своей планете и раз за разом проходят через перерождение вместе с ней, — сказал Соломон. — Кстати, недавно они вышли на очередной виток… Нет, это ничего не объясняет. Должно быть что-то еще.

— Некоторые вещи стоит воспринимать, как данность, — сказал Такеши. — Вода, в основном, мокрая, трава в большинстве миров зеленая, небо, как правило, где-то сверху, а Гарри Борден крут и может убить все, что вообще можно убить в принципе.

— Но мы в Системе, — сказал Соломон. — Здесь все логично, все упорядочено и все может быть описано на уровне чисел, даже божественное чудо. И у этого феномена тоже должна быть какая-то причина, только мы пока не можем ее найти.

— Ты не можешь, — уточнил Такеши. — Хотя и потратил изрядно времени на ее поиски. А я не ищу, мне все равно.

— Пятидесятый, — констатировал Рейн.

— Такими темпами, тебе на вершине осталась только пара часов, — сказал Такеши. — Хотя, кто знает… Может быть, он уйдет выше, на твою вторую гору, которую ты только в бинокль рассматривать можешь.

— И ты думаешь…

— Я думаю, что ему нет никакого дела до рейтинга, над которым ты так трясешься, — сказал Такеши. — И что он делает это вовсе не для того, чтобы насолить лично тебе и показать в очередной раз, какая ты посредственность, Соломон. Поэтому перестань трястись и займись чем-нибудь конструктивным. На Трайдене, кстати, канал поставок уже третью неделю сбоит.

— Это местные, — сказал Соломон. — Я с ними уже разобрался, дальше проблем не будет.

Хотел бы он сказать то же самое о своей жизни, но знал, что это не так.

Земля снова в игре, а это значит, что проблемы будут.

* * *

Они спустились по лестнице.

Выйдя из подъезда, Артур поискал глазами белый внедорожник, но Ольга уверенно повела его к черному брутальному «гелендвагену».

— Неплохие у вас зарплаты, капитан, — заметил Артур.

— Это служебная. Садись.

Он забрался на пассажирское сиденье, она уверенно прыгнула за руль и стартовала с места, оставив на асфальте добрый килограмм резины, прямо как в каком-нибудь «Форсаже». Несмотря на грядущий апокалипсис, а