Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

Из центра, где собрались девушки, Агнес прикрывала то одного, то другого. Она орудовала двумя пулемётами, длинными очередями сбивая атаки монстров с их траектории, отталкивая врагов и всячески им мешая.

А монстры атаковали без перерыва. Накатывали, как волны в бурю на маленький маяк. Откатывались обратно, будучи отброшенными нашим оружием, поднимались и вновь нападали, рыча и клацая зубами.

Здание в котором мы сражались, быстро превращалось в груду обломков. Вскоре, чтобы нас не завалило, пришлось отступить на улицу, где преимущества у нас не было совсем. Сражение затягивалось.

Топор и молот в моих руках пели, рассекая воздух и нанося сокрушительные удары. Барабанная дробь пулемётов Агнес отзывалась звоном в ушах. Грохотал гром и трещали разряды, когда Альфачик выпускал сноп искр в монстров, заставляя их танцевать под действием электрических разрядов. Струилась блестящая паутина Гоши.

Прозрачные лепестки Нахх врезались в её обезумевших соклановцев со звуком, с каким бьёт капель с крыши по листу жести. И последний вклад вносила замысловатая ругань османа. Я видел, как ему несколько раз отрывали конечности. Но вместо крови из обрубков стекал серебристый песок, и конечность вновь отрастала. Он подхватывал упавшее оружие и продолжал бой.

Победить силой против силы у нас не выходило. Слишком их было много, а нас мало. Альфачик уже начал хрипло дышать, паутина Гоши с каждой атакой становилась всё слабее, и противник всё легче разрывал путы. Агнес материлась, спешно забивая в пулемётную ленту патроны.

На востоке небо начало светлеть. Вместо палаточного города остались лишь тлеющие в сумерках угли. К первым лучам солнца всё будет кончено. Так или иначе.

В моей голове созрел план. Ну как план… Рисунок плана.

Выстрелами из револьвера отбросил сразу четверых врагов и прокричал:

— Агнес, прикрой!

Сам сделал несколько шагов назад, выпуская гоблиншу вперёд себя. Её пулемёты, снаряжённые свежими лентами, загрохотали, выпуская рой свинцовых светлячков. Я же схватил Нахх и затащил её в центр круга, где сжались в комочек наложницы Хасана. Я обхватил японку за талию и наклонил к земле, будто мы танцуем танго и я собираюсь её поцеловать.

— Ч-ч-что? Прямо с-с-сейчас? — с округлившимися раскосыми глазами спросила она, подумав о том же самом.

— Ага, размечталась, — буркнул я, перенося в руку зелье маны.

Зубами вырвал пробку и влил жидкость в распахнутые от удивления губки.

— Закрой нас, как своих людей в катакомбах! Сейчас! — крикнул, отпуская японку, и повернулся к тварям.

Один красноглазик как раз опасно приблизился к Агнес. Ударом молота опять отшвырнул его подальше.

— В круг! — крикнула Нахх.

И мы сбились кучнее. Кроме Хасана. Он ни хрена по-русски не понимал. Поэтому пришлось дёрнуть за шкирку, чтобы его султанская задница оказалась под действием защиты японки. В ту же секунду от врагов нас отделил серебристый барьер в виде цветочного бутона.

Враги тут же начали дубасить огромными кулаками по лепесткам, отчего барьер задрожал и подёрнулся рябью.

— Я долго не продержаться! — крикнула японка с перекошенным лицом. Она стояла в центре нашего маленького круга, вскинув руки вверх. Два потока лунного сияния текли вверх, переходя в барьер.

— Продержаться! — рыкнул я так, что у неё сразу прибавилось сил. — Запускай их по одному!

Повинуясь моему приказу, один лепесток отлетел и внутрь пролезли сразу двое.

Блин, сказал же по одному.

Одного взял на себя Хасан, а второго — я. Топором сделал ему подсечку и уронил оземь. Тут же насел сверху, прижав коленями руки. Осман краем глаза видел, что я делаю. Двумя ловкими ударами сабель он направил противника сначала в одну сторону, затем в другую. Ноги японца запутались и тот упал. Хасан и его прижал к земле.

— Гоша! — крикнул я.

Паук подскочил ко мне и щедро напихал в лицо монстру паутины. Затем подскочил к противнику османа, но тот уже справился сам. Врезал кулаком в челюсть ниндзи-токсикомана, и в тот же миг его рука превратилась в поток песка, мигом забившего дыхательные пути врага. Вскоре перед нами лежали два высохших и скукожившихся трупа. Из их ртов вышли струйки красного пара и растворились в воздухе.

Мы с османом обменялись короткими кивками.

К тому времени твари умудрились пробить один из лепестков, и внутрь влезли ещё двое, прежде чем Нахх смогла закрыть брешь.

Альфачик с Гошей первыми приняли удар на себя. В одного вторженца-токсикомана врезалась молния. Она била его достаточно долго, чтобы он рухнул, сотрясаясь в судорогах. Хорошо хоть электричество действует на этих ублюдков. Второй кинулся к Нахх, но его ногу опутала паутина, и он упал. Паук тут же подскочил к нему и принялся заматывать в кокон.

Однако тварь разорвала путы и отбросила паука. Но тут уже я подскочил и сунул ему в рот зелье морозного взрыва. Коротким ударом в подбородок заставил челюсти сжаться, разбив колбу. Лёд вспучился голубым цветком с рваными лепестками и закупорил глотку монстра. Со вторым в это время расправился Хасан.

Я с удивлением обнаружил, что тренировки Сергея Михайловича дали свои плоды. Враг явно был сильнее нас, но мы быстро сработались. Особенно если учесть, что Хасан не понимал ни по-русски, ни по-японски, а сражались вместе мы впервые. На следующей троице прорвавшихся врагов я уже буквально спиной чувствовал спину боевого товарища. Да и остальные спины, честно говоря, тоже.

Даже Агнес внесла свою лепту. Пока я отвлекал одного противника на себя, она забралась ему на спину, отбросив пулемёты, и сунул в пасть руку. Зелёные пальчики гоблинши тут же заполнили рот врага и вылезли через нос. Он пытался её скинуть, но она использовала Инсект на полную катушку, пружиня от земли и барьера, как надувной мячик.

Дальше всё пошло как по маслу. Чем меньше становилось врагов, тем проще Нахх было удерживать барьер и пропускать их по одному к нам внутрь.

Под конец остался всего один враг. Самый крупный.

— Исама… Мой самый верный воин… — с тоской произнесла японка и закрыла глаза, чтобы не видеть, как мы с ним разделываемся.

Что поделать? Либо он, либо мы.

К слову, с ним пришлось повозиться. Меня он по пояс в землю втоптал, а потом принялся за Хасана. Тот то и дело терял свои конечности, превращал их в песок и тут же возвращал обратно. Но в конце концов и этого врага мы одолели