Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

совместными усилиями. Когда я выбрался из земляного плена, Альфачик подкрался сзади к монстру и лёг. Я подскочил и толкнул Исаму. Отступая, он споткнулся о Лютоволка и рухнул на спину.

Тут же подскочили мы с Хасаном и прижали его руки к земле. Гоша мигом оказался над грудью врага и напустил ему паутины в рот. Нам пришлось как следует попотеть, чтобы удержать бывшего ниндзя. У меня из рук аж снова чёрная паутина проросла в землю, припечатывая руку твари.

Вскоре всё было кончено. Нахх присела возле тела и закрыла глаза мёртвого соклановца.

— И что теперь? — тихо спросила Агнес, оглядывая поле боя.

А смотреть там было уже не на что. Кучи тел мёртвых османских солдат заполняли пространство бывшего лагеря. Большинство обгорели до неузнаваемости. Даже угли уже потухли, только кое-где курился дымок. От здания, в котором мы укрылись, остались только обломанные зубья стен.

Кусок земли, на котором мы сражались с японцами, был весь покрыт рытвинами и воронками от ударов. Бой вышел столь долгим, что у меня гудели руки, а сил почти не осталось. Молот и топор вибрировали от натуги. Я даже вышел из Инсекта, чтобы сэкономить остатки сил, и выпил сразу три зелья для восстановления маны.

Я столкнулся взглядом с османским генералом. Он, только что с облегчением улыбавшийся, одним прыжком разорвал между нами расстояние на несколько метров. Спасённые наложницы спрятались за его спиной, а в его руках блеснули сабли. На мятой золотой броне засияла османская вязь. Хасан решительно произнёс:

(осм.) — Русский воин, я благодарю тебя за спасение моих женщин. Но я знаю, зачем ты здесь. Чтобы убить меня и остановить вторжение наших войск. Сам видишь, от нашего войска мало что осталось. Чтобы завершить дело, осталось лишь убить меня. Но не бывать этому! Клянусь, если ты поднимешь на меня оружие, я убью тебя!

Долгая и пространная для меня вышла речь. Я не понял ни слова. Оглянулся на японку, та покачала головой. Видимо, знала только два языка. Или османский не входил в сферу её интересов. Скорее всего последнее. На Ближнем Востоке своих ассасинов хватает.

— Блин, чё, опять сражаться? — скривилась Агнес, взвыв справа от меня. — У меня патроны кончились! И я устала… Хватит с меня приключений на сегодня.

Я хмыкнул и ничего не сказал. Глядя осману прямо в глаза, перенёс оружие обратно в кольцо, перезарядил барабан револьвера и сунул в кобуру. А затем развернулся и пошёл. Просто куда-нибудь подальше отсюда. С направлением потом определюсь.

— А мы что, всё-таки не будем сражаться? — поравнялась со мной Агнес.

— Нет, — сказал я, не оборачиваясь, но чувствуя на спине удивлённый взгляд бывшего врага. — Я боевых товарищей не убиваю.

Если Тарасову или Императору нужна смерть этого человека, пусть сами этим и занимаются. Или ищут другого исполнителя.

А на моей карьере наёмного убийцы можно ставить крест.

* * *

«Нет, ну ты видел? Видел⁈» — сходила с ума в моей голове дриада.

Три золотые птицы Рукх летали высоко над нашими головами.

«Видел, Маша, видел. Я там был!» — несколько раздражённо отвечал я.

«Эх! Хотела бы я там оказаться… Жаль, только под самый конец смогла посмотреть битву. В следующий раз возьмёшь меня!»

Ещё одна любительница приключений. Я покачал головой, перешагивая через бревно, упавшее поперёк тропы.

«Тоже угонишь самолёт, чтобы тебя сбили из зенитки?» — со смешком спросил дриаду.

«Нет. Вот подрастут мои птенчики, и буду летать на них! Это же так здорово! Сражаться с османами, спасать свою родину…»

Я не удержался от ухмылки. Раздвинул рукой плотные еловые ветки и держал их, пока не прошли Агнес, Нахх, Альфачик и Гоша. Японка ушла с поля боя с нами.

«Эта родина дриад не особо жалует, Маша…» — как можно мягче попытался напомнить я.

«Да, знаю… Но ведь родину не выбирают, верно? Даже не так. Родину. С большо-о-ой такой буквы 'Р», — довольно рыкнула дриада. — «К тому же что-то мне подсказывает, что благодаря тебе это скоро изменится».

Понятия не имею, с чего Маша это взяла. Но решила, значит решила. Я в её голову не лезу. В отличие от неё, но то издержки нашего способа связи.

«Долго ещё?» — спросил я, уходя от темы разговора.

«Почти пришли. Точно не нужно сказать полковнику Дрёмину, где вы? Он хочет послать агентов, чтобы вывести вас».

«Нет. Где-то там есть предатель. Не хочу, чтобы вместо отряда для эвакуации нас ждал очередной отряд наёмников. Сами выберемся, а ты поможешь».

На этом наш разговор с дриадой временно закончился. А вскоре между разлапистых еловых веток проглянула гладь воды. Раздвинув их, мы вышли на берег небольшой речки, которую золотили лучи солнца. Я объявил привал и разжёг костёр.

Мы шли уже больше половины дня, постоянно меняя направление, заметая следы, спускаясь и поднимаясь вброд по небольшим речкам, чтобы сбить со следа возможную погоню. Хотя дриада, глядя на всё сверху, утверждала, что погони нет. Но бережёного, как говорится, Бог бережёт.

Небо и правда было чистым, безоблачным. Здесь солнце было теплее, чем сейчас в Пятигорске. Всё-таки мы находились южнее. Ужин из сухих пайков, которыми щедро поделились османы (хоть они об этом и не знают), взбодрил и поднял настроение. Порции оказались большими и щедро приправленными специями. Правда, Гоше с Альфачиком такая еда пришлась не по нраву. Лютоволк обчихался, а паук отправился в лес — искать дичь повкуснее.

Агнес и Нахх использовали привал, чтобы привести себя в порядок и умыться. Гоблинша обошлась без ран, а вот японке досталось. Всё тело в царапинах и синяках. Но при этом всё такое же безупречное, и без единого лишнего волоска. Я бы этого не знал, но глава клана, как и Агнес, кстати, разделась прямо перед моими глазами и вошла в воду.

Я устал. От боя и дневного перехода. Поэтому не стал отказывать себе в удовольствии и услаждал свой взор прекрасными девичьими телами. Бледным, словно никогда не видевшим солнца, со спортивной попкой и узкой талией, прикрытыми водопадом тёмных волос, и зелёным, с аппетитным формами, напоминающим песочные часы. Вдохнул всей грудью речной воздух.

Хорошо…

Через полчаса обе девушки, чистые и с влажными волосами, сидели и сохли возле костра. Японка с царственной осанкой укладывала волосы в пучок, в который втыкала металлические иглы. Где она их прятала, я вообще не представлял. До этого я не видел их у неё. С другой