Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Лидия улыбнулась, качая головой.

— Напишет, — успокоила она. — Ты же его знаешь. Он, наверное, уже влип в какую-нибудь историю или изучает местные достопримечательности. Или просто спит после дороги. Объявится.

— Надеюсь, — выдохнула Алиса. — Просто… в Москве у него всегда что-то случается. Неспокойно мне.

Она снова посмотрела на темный экран телефона, словно гипнотизируя его, призывая входящее сообщение. Но телефон молчал.

Глава 6

Прошло около получаса. Тишина в комнате нарушалась только звуком переворачивающихся страницы за страницей. И делала эльфийка это с поразительной скоростью.

Я сидел в кресле, наблюдая за Шаей. Назвать то, что она делала, чтением у меня язык не поворачивался, потому что больше это походило на сканирование по диагонали.

Ее глаза бегали по строчкам с нечеловеческой быстротой, будто она понимала смысл написанного, едва успевая взглянуть, и почти тут же переводила взгляд на следующую страницу.

Там, где мне требовалось около получаса сидеть и продираться через древнеэльфийский язык, напоминавший мне латынь в моем мире, Шая ловко, словно с самого детства только на нем и читала, проглатывала информацию.

Гримуар в ее руках вел себя на удивление смирно. Никаких попыток захлопнуться, никаких вибраций или ментальных тычков. То ли он действительно смирился со своей участью учебного пособия, то ли был так же заворожен процессом, как и я.

Наконец, Шая перевернула последнюю страницу, закрыла книгу и глубоко выдохнула, словно вынырнула с большой глубины. Ее глаза моргнули, возвращаясь в нормальное состояние — радужка снова стала видна, взгляд приобрел осмысленность и фокус.

Она с какой-то непонятной мне нежностью провела по обложке гримуара.

— Помнится мне, ты говорил, будто его писал полуэльф, — произнесла она, не глядя на меня. Ее голос звучал крайне задумчиво, будто она еще не до конца вынырнула из своих размышлений.

— Угу, — кивнул я, откидываясь на спинку кресла. — Со слов самого гримуара. Он утверждает, что его создатель был полукровкой.

— Да, — буркнул букварь в моей голове. Голос его был ворчливым, но в нем слышалась и гордость. — И он был величайшим магом своего времени, смею заметить, а не каким-то там шарлатаном, который мешает крысиные хвосты с лягушачьей икрой.

— Очень интересно, — проговорила Шая, продолжая поглаживать корешок. — Его понимание природы психеи расписано очень гармонично. Я бы даже сказала, что его попытки весьма уникальны.

Она подняла на меня глаза.

— Обычно человеческие маги, да и многие наши, подходят к вопросу утилитарно. Есть энергия, есть каналы, есть результат. Фактически взаимодействие с психеей и результат от контакта с ней. Здесь же попытка заглянуть в суть вещей.

— Но? — спросил я, прямо чувствуя, что это «но» сюда напрашивалось.

Шая покачала головой.

— Никаких «но», Виктор. Это и удивительно. Видишь ли, никто на самом деле не знает, что из себя представляет психея в фундаментальном смысле. Кроме того, что это энергия внутри тел живых существ, которая гаснет после смерти или переходит в иное состояние. Такие, как ты, «видящие», лишь умеют взаимодействовать с ней, изменять физиологию, латать раны или наносить удары.

Она встала с кровати и прошлась по комнате, прижимая книгу к груди.

— Но объяснить, почему она есть, откуда берется, и что такое Мировая Энергия, о которой он пишет… — она пожала плечами. — Если кто и был, кто знал ответы на эти вопросы, то на данный момент об этом либо прочно забыли, либо не знали и ранее. Это уровень метафизики, который недоступен современной магической науке. Но книга уникальна. Ее автор был великим человеком. Он пытался постичь суть магии, которая ему была недоступна в полной мере, и объяснить, как с ней работать.

— Полуэльфом! — снова буркнул гримуар, словно это задевало лично его честь и достоинство. — Сколько можно повторять? Не принижайте его происхождение до банального «человека». В нем текла кровь древних существ! Может быть даже твоих предков.

— Может, — согласилась она. — А может и нет. Тебе-то откуда знать, бумажонка?

Она остановилась напротив меня и посмотрела в упор.

— Что ты собираешься с ним сделать? — вдруг спросила она.

Клянусь, если бы у гримуара были глаза, то он бы сто процентов посмотрел на меня, широко их распахнув в немом ожидании.

— На данный момент учусь, — уклончиво ответил я. — Он мой наставник, справочник и головная боль в одном переплете.

— Нет, — мягко, но настойчиво перебила эльфийка. — Я не про сейчас. Потом. Когда закончишь обучение. Когда выжмешь из него все знания.

Я вздохнул. Врать ей смысла не было. Шая знала слишком много, да и сам гримуар не дал бы мне соврать.

— По контракту я обязан его сжечь.

Реакция была мгновенной.

— СЖЕЧЬ⁈

Шая чуть ли не подпрыгнула на месте, как кошка, которой наступили на хвост. Ее глаза округлились, а лицо исказила гримаса неподдельного ужаса и возмущения. Она прижала книгу к себе еще крепче, словно защищая ее от меня.

— Такой ценный труд⁈ — воскликнула она, и ее голос зазвенел от негодования. — Это же уникальный артефакт! Единственный в своем роде! Это… это кощунственно! Это вандализм! Это преступление против магической науки!

Она смотрела на меня как на варвара, который собрался пустить Джоконду на растопку для камина. В целом, там ей и место, но это уже дело вкуса.

И тут подал голос сам виновник торжества.

— Кощунственно, милочка, — проскрипел гримуар пропитанным ядом и вселенской усталостью голосом, — это держать меня в заточении пару сотен лет. Кощунственно — не дать мне уже раствориться в мироздании, заставляя обучать полнейших болванов, где ни один, слышишь, ни один не может запомнить примитивных техник с первого раза!

Книга в руках Шаи завибрировала, подтверждая свои слова делом.

— Я устал! — продолжал вещать он. — Я отголосок чужой души, запертый в куске мертвой кожи и бумаги. Я хочу покоя! И пусть хотя бы, — я почувствовал ментальный кивок в мою сторону, — этот подселенец чего-то стоит, Я ИСКРЕННЕ, слышите меня, госпожа эльфийка, я подчеркиваю, искренне надеюсь, что он сумеет пройти мое обучение и сжечь меня к треклятой бабушке!

Шая замерла. Она перевела взгляд с меня на гримуар и обратно.

— Громов, — она повернула голову снова ко мне.

—