Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

хватит. С той стороны в дверь что-то тяжело ударило, и она содрогнулась. Прыгун. Один. А если они начнут ломиться всей оравой, то дверь долго не выдержит, и я поимею ту же погоню, только слегка отложенную во времени. Но такая фора меня вряд ли спасет: учитывая резвость прыгунов, настигнут они меня в два счета.

Мгновение паники сменилось озарением. Все-таки армейское прошлое – вещь полезная, как и синдром прапорщика, проявлявшийся иной раз в излишней запасливости. Однако сейчас он оказался донельзя кстати: пластит, тонкая проволока и взрыватели обычно не входят в типовой джентльменский набор для походов в Зону, но я, не представляя толком, с чем мне предстоит столкнуться во Владимире, их с собой прихватил… «Растяжку» я ставил в условиях дикого стресса, поскольку удары сыпались на дверь один за другим, и рухнуть она могла в любой момент, после чего меня либо размажет тонким слоем по стенам коридора, либо разорвут прыгуны. Оба варианта меня не устраивали. Дозировка взрывчатки была делом крайне ответственным: ее должно быть достаточно, чтобы надежно обвалить коридор, наглухо заблокировав погоню, но не слишком, чтобы не похоронить еще и меня в подвале.

Надеясь, что угадал, я спешно завершил установку мины и что было сил понесся по коридору к лестнице в подвал, молясь только о том, чтобы дверь не пала под натиском прыгунов слишком рано… Мне повезло. Снова. И во всем. Я только шагнул в подвальную темноту, когда за спиной грохнуло так, будто сам Тор долбанул по зданию своим тяжеленным молотом. Пол и стены содрогнулись, как при неслабом землетрясении, и меня швырнуло вперед. Упал я как раз на свой АКСУ, и ребрам моим мало не показалось. На меня вновь посыпалась штукатурка, только на сей раз куда обильнее, чем наверху. Какой-то довольно крупный ее кусок чувствительно ударил меня между лопаток… и все кончилось. Подвал не обвалился, и звуков погони не слышно. Поднявшись и кое-как отряхнувшись, я вернулся к лестнице и взглянул на завал. М-да, качественно. Что называется, замуровали, демоны. Хотя прыгуны теперь от меня отрезаны, мне самому обратно тоже дороги нет. А это значит, что, если этот подземный переход ведет только до убежища и заканчивается тупиком, моя песенка спета. Смерть от голода – штука довольно паршивая. Уж лучше застрелиться…

Ладно, не будем о грустном. Мне надо идти. Я взял один из двух оставшихся факелов, зажег его и двинулся вперед, в темную неизвестность.

* * *

После двадцати минут путешествия по подземелью было сделано два открытия, одно из которых стало хорошей новостью, а другое – плохой. Во-первых, выяснилось, что это не тупиковый коридор, заканчивающийся убежищем, а во-вторых, подземный переход оказался весьма разветвленным. Хождение по нему с факелом неплохо бы смотрелось в каком-нибудь приключенческом фильме в стиле Индианы Джонса. А на деле романтики хватило минут на десять. На смену ей пришли усталость и раздражение. И мне довольно скоро на всех развилках пришлось вырезать на стенах стрелки по направлению движения, потому что риск заблудиться представлялся уже весьма реальным. Клаустрофобией я, как вы уже знаете, не страдал, однако нависающий над головой низкий потолок подземных коридоров чем дальше, тем больше действовал на нервы. Но был и еще один чувствительный раздражитель – это неприятные воспоминания о моих приключениях в муромских катакомбах. Надеюсь, однако, что мутанты отсюда сбежали от бескормицы: на поверхности сейчас хоть что-то можно выловить, а в подземельях – полный голяк, если не считать случайного питательного бонуса в лице занесенного сюда пространственной аномалией сталкера-экстрасенса. Но пока мне продолжало везти – никакой живности на пути не встречалось. И на том спасибо.

Другое дело, что выход (все равно куда), который, по теории вероятности, давно бы уже должен был найтись, так пока и не нашелся. И это внушало тревогу. Что-то было не так, неправильно даже для Зоны. Здесь просто не могло быть такого лабиринта. Да, переходы между корпусами, да, бомбоубежища, ну, может быть, еще какие-то технические коридоры, но такое переплетение – это уж слишком. Как будто я, спускаясь в подвал, прошел через еще одну пространственную аномалию и оказался в совсем другом месте. Но ведь ощущений, которые сопутствовали такому прохождению в прошлый раз, сейчас не было. Хотя… Мог ли я, в дикой спешке убегая от заминированных мною дверей или чуть позже, когда здание сотряс взрыв, не заметить такое? Теоретически мог. Когда меня швырнуло на пол в подвале, в глазах на несколько секунд потемнело. Возможно, от боли, а возможно… Натяжка, конечно, но ведь это может быть аномалия совсем другого типа. Что, если я в ней и сейчас нахожусь? Что-то вроде зоны туго перекрученного в узел пространства? Агнешка называла подобное «пространством Мебиуса». По такому можно долго бродить… если не вечно. Понятно теперь, почему в этих подземельях никакой живности нет, включая мутантов. И этот фактор, поначалу весьма меня радовавший, теперь по-настоящему пугал…

Если я прав, как выбраться из этой западни? Тут можно все углы стрелками изрезать, но ни черта не найти! По крайней мере обычными методами. Обычными… Ну конечно! Экстрасенс я или погулять вышел? Страховать меня здесь, естественно, некому, но, похоже, я в этом проклятом лабиринте единственное живое существо. Так что можно смело входить в транс.

Закрыв глаза и сосредоточившись, я наконец уловил нечто, отличающее это место от обычной территории Зоны. Мое сознание ощутило сильный ментальный холод и пустоту. Пустоту смерти. Вернее, полного отсутствия жизни. Холодный бетон, камень и больше ничего. Ничего угрожающего, если не считать перспективы голодной смерти. Как если бы я попал в тупиковый коридор, только, пожалуй, еще хуже. Там по крайней мере ситуация была бы понятной. На редкость поганой, но понятной. А здесь…

Я обострил восприятие до предела, пытаясь визуализировать всю территорию, охваченную аномалией. То, что я увидел, меня не порадовало. Лабиринта тут особого в общем-то не было. Просто несколько взаимно пересекающихся коридоров, в которых и блуждать-то было бы негде, если б не один нюанс: в тех местах, где коридоры подходили к границе зоны аномалии, возникало словно какое-то оптико-пространственное искажение, и проход, невероятным образом закручиваясь, сливался с другим своим концом, располагавшимся с противоположной стороны этого странного пространства. Результатом становилось то, что, выходя из области аномалии, ты как бы одновременно входил в нее снова, и квест начинался заново. От этого голова шла кругом. Мозг просто не справлялся с задачей, не в силах адекватно воспринять это безумие, противоречащее всем известным законам физики. А за пределами аномальной зоны будто