Волшаны. Гнев земли - Екатерина Юрьевна Васина

– Скажи честно, насколько все плохо? Мне к чему готовиться?

– Ожог тяжелый. Насколько все серьезно, станет понятно чуть позже. Пока точно можно сказать, что о фехтовании на ближайшее время придется забыть.

– Она этого и добивалась… чтобы я не могла фехтовать.

От обиды защипало в носу и в глазах закипели слезы. А еще я только сейчас стала осознавать, что это не на один день. Как же быть с учебой? Это за Лавину семья стала горой, а меня и поддержать некому. Что будет, если я не смогу пройти практику и пропущу занятия? Меня исключат за пропуски? Я так разнервничалась, что рука еще сильнее заболела.

– Лиз, ты чего? Хочешь, будешь тренироваться левой рукой? Я тебе такие приемы хитрые покажу, что ты даже меня одной левой уделаешь! – поспешил успокоить Адриан.

– Хочу! – наперекор своему внутреннему состоянию ответила ему.

На самом деле мне не хотелось ничего. Было страшно за свое будущее, очень обидно, что все так случилось, да еще и больная рука ныла, несмотря на выпитое лекарство.

Это хорошо еще, что Адриан с Ричардом подоспели, а то я бы одной травмированной рукой не отделалась. Огневики славятся вспыльчивым нравом, но у Лавины точно нервный срыв случился, она себя не контролировала. Отсюда и сильный всплеск дара, раскаливший шпагу. А если бы она швырнула огнем мне в лицо?

Но и без этого – как мне учиться с больной рукой? Ни лекцию записать, ни практику сделать.

– Как же быть теперь с учебой? – в замешательстве произнесла я.

– Насчет этого не переживай! Как только позволит здоровье, будешь посещать лекции. Практику потом сдашь, ректор поспособствует, – успокоил Адриан.

– А я поговорил с твоей соседкой Алисией. Мы разделили предметы и пока будем тебе копии лекций делать. Некоторые из наших тоже помогут. Так что конспекты у тебя будут, и нужные книги принесем, много не пропустишь, – добавил Ричард.

У меня вновь защипало в носу, но уже от благодарности за поддержку.

– Спасибо! – с чувством поблагодарила их.

– Ты, главное, поправляйся!

Мы еще немного поболтали, и ребята ушли, спеша на дополнительные занятия.

Оставшись одна, я устало откинулась на подушку. Эсси сопела под боком, зарывшись под одеяло. Перенервничала за ночь без меня и теперь отсыпалась, даже на приход парней носа не высунула.

Мне же было не до сна. Приход друзей хоть и внес какую-то ясность, и меня успокоили, что одну не оставят, но было страшно. Внимание привлекло мигание камня на моем ежедневнике, принесенном Алисией.

Леонар!

Подтянула его к себе одной рукой, открывая.

«Лиз, привет! Прости, что пропал. Много уроков, тренировки. Как ты? Как у тебя дела?»

Да, если вначале мы с Лео переписывались по нескольку раз в день, то сейчас у меня все так закрутилось, что он пропал, а я и не заметила.

Написать про травму? Он как бы мой жених и должен знать, но жаловаться ему не хотелось. Опять начнет настаивать, чтобы бросала школу и ехала к его дедушке.

Поэтому, взяв ручку в левую руку, я медленно и коряво вывела: «Все хорошо. Тоже много занятий. Извини, бегу на дополнительное».

Так хоть немного постаралась оправдать прыгающие буквы.

«Понял. Беги. Скучаю без тебя!» – пришел ответ.

«И я!» — написала ему.

Немного посидев, поняла, что если кому и можно рассказать правду о себе, то только дедушке.

Глава 17

Дедушке я подробно описала, что произошло. Я даже не сомневалась, что он все поймет. Тогда как в Лео сомневалась. Особенно сильно сомнения стали грызть меня после нашей ссоры. Даже когда мы помирились, внутри нет-нет да и принимался ворочаться червячок сомнения. Я никогда не думала, что Лео может стать похожим на моего или своего отца, которые считали, что жена должна следить за домом, воспитывать детей, а свой дар использовать исключительно в интересах семьи.

Дедушка ответил буквально через несколько минут.

«Дорогая Лиз, признаться, я очень опечален тем, что с тобой произошло. Рад, что напавшая на тебя ученица понесет наказание. А с рукой я тебе помогу. Напиши, как выпустят из медицинского крыла. Я пришлю за тобой экипаж. Но помни, что наши встречи – тайна».

– Вот! – Я показала сообщение Эсси. – Вот, смотри. Мы знакомы с ним всего ничего, но дедушка уже проявил больше тепла, чем родители и Лео, вместе взятые. Как это называется? За… за что они так со мной?!

Даже то, что Лео ничего не знал об инциденте, а мама приезжала и хотела встретиться со мной, не умалило жалости к себе. Видимо, не все у нас с Лео так хорошо, если я не могу быть с ним откровенной, а мама приехала без папы, и еще неизвестно, сообщила ли ему о визите ко мне. Отец так зол на меня, что мог и запретить любые контакты между нами. Он вычеркнул меня из своей жизни.

Тут я наконец разревелась. Но негромко, чтобы никого не привлечь своими слезами. Не хочу! Не хочу, чтобы меня такой видели! Обняла Эсси, зарылась лицом в ее шерстку. И тихо проплакала еще несколько минут. Эсси притихла, только иногда лизала мне руку.

Все, хватит. Я вытерла слезы. Впереди точно не будет простых дней. Я уже представляю эти шепотки в спину. Лавина была популярной в Аркано. Боюсь представить, какие слухи сейчас бродят по школе. Обо мне точно не отзываются хорошо.

Я вся извелась, дожидаясь возвращения медсестры или врача. Эсси ощущала мое состояние и старалась успокоить. В итоге залезла на подушку и хвост свесила так, что пришлось отодвигать его от моего лица.

– Эсси, да убери ты его! – Я отвела хвост в сторону и чихнула на всю палату.

– Так, так, так, юная леди, хотите сказать, что еще и простыть ухитрились?

В палату ворвался… ураган. Да, именно такое у меня сложилось первое впечатление. Женщина оказалась невысокой, худенькой, с короткими светлыми волосами, которые торчали непослушными пружинками. Чуть раскосые глаза зеленовато-янтарного цвета так и сверкали. Меня осмотрели, послушали, поводили руками над головой, заставили проглотить пару микстур и прочитали парочку заклинаний, после которых боль в руке стала гораздо тише.

– Так, простуды нет. – Доктор, которую, как я поняла, звали Аманда, уперлась рукой в бок. – Это радует, нам тут только вирусов не хватало. Помнится, как-то был всплеск ежиной лихорадки, брр! Ладно, не об этом речь. Дорогая моя, с