Спутница стража - Ольга Олеговна Пашнина

интриги, намеревается убить за чужие ошибки и думает, что может играть моими чувствами. Она виновна в том, что у меня забрали несколько месяцев памяти. Она виновна в том, что я пережила немало неприятных минут, размышляя о своем будущем.

Она напросилась.

– Вставай, представитель чуждой культуры, – произнесла я в самое ухо Энджина.

– Почему это я чуждый?

– Не ты, а культура. Как спалось?

– Чудесно. Инна, ты выглядишь уставшей. Ты спала?

– Спала, – сказала я и даже почти не соврала. – Поднимайся, я есть хочу.

Энджин устало потер глаза. Видимо, целебный северный воздух не то чтобы пошел на пользу.

– Да, я бы еще поспал. Предлагаю не пугать твою маму, а снять номер в отеле.

– Боишься, что она тебя изобьет? – хохотнула я. – Вставай, я уже заказала номер. Причем в Новобеломорске. Только не люкс, люксы все заняты, но зато с безлимитом на посещение аквазоны. Шевелись, ну шевелись, я хочу в бассейн и джакузи!

– Надо тебе получить права, – проворчал Энджин, одеваясь.

– Ага, мне только прав не хватает, чтобы начать убивать людей. Таких, как я на дорогу не выпускают.

Остатки ночного пиршества я уже убрала, сидения вернула в нормально положение, мусор сложила в пакеты и спрятала до ближайших баков. За энергией я прятала нервозность, но Энджин, поскольку был сонный и немного заторможенный, ничего не заметил.

Утром первого января город словно вымер. Улицы Новобеломорска напоминали иллюстрации к постапокалиптическому фильму, где странноватая пара, состоящая из корейца и школьницы, на сверкающем порше мчится на поиски цивилизации.

Первые автомобили начали появляться ближе к центру города, но на этом утренний трафик и кончился. Все деревья стояли в снегу, было так красиво, что я, не отрываясь, смотрела в окно и не узнавала родной город. Мы без проблем припарковались перед гостиницей и вышли.

– Вот как выглядит стоянка людей, которые не заключают сделок с демонами, – прокомментировала я. – А как выглядит стоянка людей, которые заключают, можно сбегать посмотреть, там наверняка еще пожар не потушили.

– Добрая ты с утра. – Энджин взял меня за руку.

– А то, – усмехнулась я.

В углу холла, спиной к нам сидела девушка, что-то читала. Больше никого, кроме уставшего администратора не было. Девушка вымученно улыбнулась, быстро нас зарегистрировала и отдала ключи от номера.

– А ты, я смотрю, решила время не терять, – хмыкнул Энджин, когда мы вошли и увидели двуспальную кровать.

– А ты, я смотрю, язвить научился, – не растерялась я. – И куда только делся вежливый и спокойный страж, которого я знала.

– Он безнадежно испорчен собственной помощницей.

– Утоплю, – пообещала я. – Все, ты как хочешь, я в душ!

Пока Энджин соображал, что делать, я уже заскочила в ванную и заперлась изнутри.

– Я с тобой хочу, – жалобно провыл страж.

Ага, сейчас. Нет уж, я, полчаса и душ должны побыть одни. Буйные игрища в душе, с душем и под душем оставим на счастливые времена без Ино. А то ведь если я не успею помыться до того как эта старая перечница притащится, буду выглядеть не так круто, как могла бы. А в том, что она явится, я не сомневалась. Если хочешь ударить больнее – бей сейчас.

– Ну, давай, попробуй поджечь душ, – сквозь зубы пробормотала я.

Впрочем, крутой у меня выглядеть все равно не получилось, потому что грязную одежду я надевать не хотела, и вышла в махровом халате. Он был белый и очень приятный на ощупь, но длинный и немного великоватый.

– Да-а-а, на Зену не тяну, – вздохнула я, крутясь перед зеркалом.

Пока причесывалась и мазалась кремами, Энджин тоже успел помыться. Ох, и страдал он, наверное, без кучи своих баночек. В номере, конечно, были и шампунь, и гель, и крем, но это я особо не привередничала, а он-то наверняка привык к другой косметике.

Чтобы как-то разогнать тишину, я включила телевизор. А что идет по телевизору утром первого января? Правильно, то же самое, что и вечером тридцать первого декабря. «Ирония судьбы».

– Что, опять? – обалдел Энджин. – Сколько раз у вас его повторяют?

– Еще никому не удавалось сосчитать, мой корейский друг, – фыркнула я.

На экране герой активно трескал новогодние салаты. Я сглотнула слюну – кушать хотелось очень сильно. Энджин что-то сказал, но я не расслышала, ибо отвлеклась на тихие шаги в прихожей. Скрипнула дверь номера.

– Ты удивительно глуп, страж, – холодный голос Ино мог заморозить любой пожар.

– А вот и заливная рыба, – мрачно прокомментировала я ее появление.

Так и знала! Мерзкая мстительная ведьма, не выдержала и притащилась, едва мы осели.

Энджин, как и подобает настоящему рыцарю, закрыл меня собой. Я чуть в подоле халата не запуталась и не свалилась. Но нет, такой спектакль я пропускать не стану.

– Знаешь, Ино, я думала, рыбы хладнокровные. А ты какая-то слишком горячая. Разве тебя не учили, что убивать стражей лучше, когда они спят? – поинтересовалась я из-за спины стража.

– Я с сожалением смотрела, как он убивает бедную девочку, – надменно произнесла женщина, – но тебя, Инна, я жалеть не буду. Ты вульгарна, груба и не достойна этого мира.

– Как резво вы взялись решать, кто чего достоин. А что, если я решу, что это ты не достойна этого мира? Не надо было тебе приходить. Я прямо тебя ждала, и не только я. Так сказать, сюрприз от Инны для Ино. И еще сотня забавных тавтологий.

Энджин прекратил попытки заныкать меня в ближайший угол, и спасти от разгневанной ведьмы, Ино, к моей чести, тоже растеряла половину своей уверенности. Убедительно говорю, значит.

– Знакомься, моя подруга. Кодовое имя… ну, не знаю, пусть будет Марина.

Марина очень недовольно на меня посмотрела. Ей и так пришлось стоять в дверях, чтобы финальный выход получился максимально запоминающимся. А я еще издеваться изволю-с.

– Ты можешь бросить против меня мощь всех армий мира. – Ино прищурилась. – Проклятья это не отметит.

– Да. Только тут есть один нюанс, – улыбнулась Марина.

Она сто процентов мечтала ввернуть классную фразочку в такой ситуации. Не знаю, может, и стоит ее отпустить. Так-то, по сути, она неплохая. Если воровать и поджигать перестанет.

– Проклятье ведь только вызывает чувства, так? – спросила я у Энджина.

Он кивнул.

– А убивать-то все равно вручную приходится.

– Меня нельзя убить, глупая ты девочка. Слишком надменная и слишком…

– Да никто не будет тебя убивать, – поморщилась я.

Ино вообще не считала Марину за противника. В глазах ведьмы полыхал настоящий огонь, она ненавидела меня до дрожи в руках. За что? Сложно сказать. За то, что не стала жертвой ее колдовства. За то, что бросила вызов.