Инженер. Система против монстров 8 - Сергей Шиленко

— Ну вот, маг, твоя стихия, — ехидно сказал Митя, подталкивая Никиту вперёд. — Показывай своё кунг-фу.

Олеся ощутимо пихнула задиру локтем в бок.

— Прекрати, — велела она.

Никита, чувствуя на себе взгляды всех ребят, нерешительно подошёл к рассыпанному песку. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза и вытянул руки вперёд. Вспомнил слова Олеси про Гаару, про песчаные цунами… и поверил. Поверил, что он не бесполезен.

Никита активировал навык: «Контроль Песчинок».

Сначала ничего не происходило. Потом одна песчинка дрогнула и медленно поднялась в воздух. За ней вторая, третья. Через несколько секунд над ладонями Никиты уже висело маленькое, дрожащее облачко песка.

— Ух ты! — выдохнула Олеся.

Воодушевлённый успехом, Никита улыбнулся. Он сделал шаг вперёд, на открытое пространство двора, и взмахнул руками. Песчаное облачко последовало за ним, разрастаясь и закручиваясь в крохотный вихрь. Мальчик засмеялся, чувствуя, как стихия отзывается на его волю. Он закружился на месте, и песчаный «смерч» завертелся вместе с ним, поднимаясь всё выше, до уровня его головы. Это было прекрасно. Он чувствовал себя настоящим магом!

В этот самый момент в небе что-то мелькнуло.

Огромная крылатая тень сорвалась вниз, пикируя с беззвучной стремительностью хищной птицы. Дети не успели даже вскрикнуть.

Тварь с длинными когтистыми лапами, обрушилась на двор. Её целью был маленький, кружащийся в танце с песком мальчик.

Удар. Короткий, сдавленный вскрик Никиты.

Огромные когти сомкнулись на его худеньком теле, безжалостно впиваясь в куртку. Тварь даже не замедлила полёта. Одним мощным взмахом крыльев она снова рванула в небо, унося добычу.

Песчаный вихрь, лишившись своего повелителя, мгновенно опал на землю.

Глава 17

Игры кончились

Серокрыл — Уровень 6

Олеся замерла. Её зрачки расширились, фиксируя каждый миг катастрофы. Время для неё словно замедлилось, растянувшись в тягучую резину.

Тварь взмахнула огромными, кожистыми крыльями, набирая высоту. Размах крыльев достигал метров пяти. Грязное, серое оперение местами вылезло, обнажая воспалённую, покрытую язвами кожу. Длинная шея, лишённая перьев, заканчивалась хищным клювом, который сейчас щёлкнул, предвкушая добычу. Мощные лапы с острыми когтями впились в куртку Никиты.

Дети застыли, оцепенев от ужаса. Маруся выронила куклу. Пчёлка прижала ладони ко рту, подавляя вопль. Стасик побледнел и просто смотрел вверх с открытым ртом. Даже задира Митя сходу потерял спесь, а его лицо исказилось от страха.

Серокрыл сделал ещё один мощный взмах, поднимаясь выше линии крыши отеля. Он уже чувствовал себя победителем. В его примитивном мозгу бился простой и понятный инстинкт: «Еда. Тёплая. Мягкая. Унести в гнездо».

Но он не учёл одного. «Кром» не был беззащитной гостиницей.

На угловой башне периметра чернел хищный силуэт турельной установки. Сервоприводы взвыли, доворачивая тяжёлый ствол. Крупнокалиберный пулемёт Владимирова танковый (КПВТ), установленный на станину и подключённый к системе «Техно-Око», ожил. Автоматика, управляемая алгоритмами Алексея, мгновенно захватила тепловую сигнатуру цели. Дальномер пискнул, передавая данные баллистическому вычислителю. Упреждение. Ветер. Скорость цели.

ТРА-ТА-ТА-ТА!

Звук очереди получился таким громким, что у детей заложило уши. Казалось, небо раскололось пополам. Пули КПВТ, способные прошивать лёгкую бронетехнику и крошить кирпичные стены, моментально настигли мутанта.

Первая пуля прошла мимо, пронзив воздух в полуметре от крыла. Вторая ударила прямо в сочленение левого крыла, разрывая связки и дробя кости на мелкие осколки. Крыло неестественно вывернулось, превратившись в бесполезную тряпку. Третья пуля попала в бок, пробила грудную клетку навылет, вырвав из спины твари фонтан тёмной, густой крови.

Серокрыл издал пронзительный визг. Его полёт мгновенно превратился в падение. Тварь закрутило в воздухе. Огромные, похожие на стальные крюки, когти инстинктивно разжались. Маленькая фигурка Никиты отделилась от монстра и камнем полетела вниз.

Он падал с высоты примерно пятого этажа и кричал. Смерть была неминуема.

— МИКИ!

Резкий выкрик Олеси пронзил воздух.

Хвостокрут, до этого напрягшийся в тугую пружину, среагировал мгновенно. Не было ни секунды промедления, ни мгновения на раздумья. Он сорвался с места, словно выпущенный из катапульты. Четыре мощных толчка лапами, рывок вверх. Это был молниеносный, распластанный прыжок.

Земля стремительно неслась навстречу Никите. Он видел серую плитку двора, разинутые от ужаса рты друзей, чувствовал свист ветра в ушах и закрыл глаза, готовясь к удару.

Но удара не последовало.

Вместо жёсткой плитки он врезался во что-то упругое, мускулистое и покрытое жёсткой шкурой. Мики, совершив невероятный прыжок вверх, поймал его прямо в воздухе. Это не походило на грациозный балет. Это был жёсткий, отчаянный перехват. Когтистые лапы лемура обхватили мальчика, и вся эта живая конструкция рухнула на землю.

Они кубарем прокатились по плитке, сбивая инерцию падения. Мики инстинктивно сгруппировался так, чтобы принять основной удар на себя, защищая друга своей хозяйки. Не успели они замереть, как тень над ними стала абсолютно чёрной.

— Назад! — снова выкрикнула Олеся.

Мики, не выпуская Никиту, одним мощным толчком задних лап отскочил в сторону, словно гигантский кузнечик. И вовремя.

С оглушительным шлепком на то самое место, где они только что находились, рухнула двухсоткилограммовая туша Серокрыла. Огромное крыло с перебитой костью безвольно распласталось по двору, второе несколько раз конвульсивно дёрнулось и замерло. Из крючковатого клюва вытекла струйка тёмной жидкости.

Наступила мёртвая, звенящая тишина. Её нарушало только тяжёлое дыхание Мики и тихие, всхлипывающие звуки, которые издавал Никита. Остальные дети, как заворожённые, смотрели на гигантскую мёртвую птицу. Она была отвратительна и величественна одновременно.

Митя, первым пришедший в себя, сделал несколько шагов вперёд. Его лицо всё ещё было бледным, но на нём уже проступала знакомая дерзкая ухмылка. Он подошёл к безвольно лежащей лапе монстра и с размаху пнул её носком своего кроссовка.

— Что, съела, тварь⁈ — злорадно выкрикнул он.

В ответ на удар нервный импульс пробежал по телу мёртвой птицы. Лапа с огромными когтями резко дёрнулась.

— А-а-ай! — взвизгнул Митя и в ужасе отскочил назад, споткнулся и плюхнулся на задницу, выставив перед собой руки. Над его страхом никто не засмеялся.

Мики, осторожно отпустив Никиту, тихо заворчал, глядя на мёртвого врага. Остатки шерсти на его загривке стояли дыбом. Никита лежал на холодной плитке и безудержно плакал, его левая рука прижалась к правому плечу. Его трясло крупной дрожью. Это были слёзы не только боли, но и пережитого смертельного ужаса.

Олеся подбежала к нему первой и опустилась на колени.

— Никита, тише, всё хорошо. Ты жив, слышишь? Ты живой!

Она попыталась обнять его, но