Мастер Трав. Том 7 - Ваня Мордорский

Грэм медленно кивнул.

Я же тронул мысленно Виа и закрыл глаза.

Оно!

Связь сработала моментально и я почувствовал мир через Виа.

Она поползла наружу, во двор. Я почувствовал половицы. Каждая щель между досками, каждый мельчайший выступ — она ощущала всё. И я ощущал всё.

Я мысленно «протек» вместе с ней этот путь.

Потом двор. Открытое пространство. И сразу вспышка тепловых пятен. Вот Шлепа — нервный комок жара, переминающийся с лапы на лапу. Он почувствовал Виа и развернулся к ней грудью. Вот волк Трана лежит в тени, тёплый только под боком.

Воздух гудел и нес с собой или, вернее, в себе, вибрации, тонкие следы тепла и движения, и Виа всё это принимала и обрабатывала эту информацию своим телом.

Сад открылся как огромный многоцветный мир. Не зелёный, как его видел я, а мерцающий, перетекающий и пульсирующий — живой. Каждое растение имело свою температуру, свой ритм пульсации и свою «подпись». Серебряная мята — тонкая и прохладная; восстанавливающая трава — плотная и накапливающая в себе всё самое ценное; живосборники — тёплые, как маленькие солнышки, переполненные капельками. Я никогда не видел свой сад таким.

И главное — я там не был, но всё видел.

Сейчас я сидел в комнате, на подстилке и знал это.

— Эй.

Голос Грэма донёсся откуда-то издалека.

— Эй, Элиас!

Я с усилием втянул себя обратно. Это было как когда всплываешь из воды — выныриваешь, и сначала не понимаешь, где верх. Я открыл глаза и посмотрел на старика.

— Да?

Я взглянул на него и наткнулся на напряженное и встревоженное лицо.

— Что? Опять? — спросил я.

— Хуже. Они у тебя вообще полыхают зеленым. Прям горят, Элиас, я не шучу! Такого я никогда не видел. Ты точно в порядке? Это выглядит уже не очень хорошо….и это мягко говоря.

— Ну, видишь, разговариваю — значит всё в порядке, — попытался успокоить я его, а сам полез смотреть в свое отражение.

Несмотря на то, что я вынырнул из прямого контакта с Виа, я продолжал чувствовать ее тело как свое. Чувствовал, как Виа ловит телом легкий ветерок и он проходит по ее сотням крошечных ворсинок, как ее щупальце пробует на ощупь стебель ромашки, как её шипы чуть выдвинулись и снова втянулись.

И удивительно, но мое собственное тело сейчас было будто бы дальше, на втором плане.

Так, это не очень хорошо. Потребовалось несколько минут, прежде чем я смог нормально заново овладеть своим телом.

Похоже придется как следует потренироваться в «переключениях», прежде чем я сумею использовать эту связь без последствий.

Ладно, посмотрим, что так напугало Грэма.

Я встал, подошел к столу, заглянул в свое отражение в воде и покачал головой.

— Да уж… так на улицу не выйдешь.

— Да, Элиас, такое никаким сильным Даром не объяснишь. Если они не пройдут, тебе тогда вообще нельзя будет появляться ни перед кем. Это проблема.

Глаза горели зеленым огнем так, что от них шло свечение.

Да уж, не поспоришь. Это проблема.

Глава 16

— Да уж, — пробормотал я, отворачиваясь от своего отражения в кувшине. — Если в таком виде выйти на улицу, то меня сразу повесят, или к гнилодарцам отправят.

Мои глаза и раньше, конечно, были зеленые, но чтоб такое… такого конечно же не было. Более того, у обычных людей так глаза не светятся. Даже у Морны в моменты ее потери контроля такого сияния не было.

— Не смешно, — мрачно отозвался Грэм. — Совсем не смешно. Как минимум могут посчитать, что у тебя раскололся Дар и пошли такие… проявление.

— Ну, — почесал я голову, — Это не самый плохой вариант.

— Конечно это лучше, чем если кто-то подумает, что ты — Симбионт. — заметил старик.

— Ты сам говорил, что они меняются по-другому… телом.

Грэм вздохнул.

— Ты прекрасно понял, о чем я — тебе сейчас только лишнего внимания не хватало. И так осталось пару дней до того, как придет Марта.

— Пару дней? — переспросил я.

Как я вообще забыл и о Марте, и о ее нелепой проверке. Очень зря.

— Ну, мы же с Джарлом договаривались на определенный срок, и скоро он истечет. — Грэм взял со стола пустую кружку и сжал ее, — Пусть посмотрит тут всё, что нужно и валит решать проблемы гильдии. Небось злая как собака, что я с Эроном облазил Кромку и уничтожал метки. Пацана, конечно, того жалко… но вряд ли его здоровье сильно волнует Марту…

Старик вздохнул. Да уж, ни он, ни я пока не знаем, какие последствия от поражения черной меткой у него. Может всё обойдется, а может и нет.

— Ну, если она этого не делает, то кто-то же должен? — заметил я, — Теперь они хотя бы знают про метки и где те находятся.

— Кто-то должен, да… — вздохнул Грэм.

— Ладно, сейчас буду разбираться как не светиться и не пугать людей. — сказал я и отошел от стола.

Где-то с минуту я просто ходил туда-сюда по комнате, задумавшись.

Итак, что я имею? Я получил с Виа уровень связи в сто процентов и в нагрузку «Глубокую Связь» — канал, который теперь открыт постоянно. И, как побочный эффект, — вот это неприятное свечение глаз, которое создает мне кучу проблем на пустом месте. С такимм глазами людям показываться нельзя, тут Грэм прав. Да я и без него это понимал.

Ладно, с Виа связь уже установлена и даже это пока довольно непривычные ощущения. И уж с остальными симбионтами, когда наши связи достигнут ста процентов взаимодействия, точно не стоит спешить. Возможно с ними вообще не стоит проходить Слияние и создавать глубокую связь. С другой стороны, тогда они будут лишены возможности создать полноценное самосознание. Вот только… нужно ли оно мне? Поначалу мне достаточно будет их в том виде, в котором они есть сейчас. И это я еще не знаю, что происходит с мутантами-симбионтами после прохождения первой эволюции — может она тоже дает им зерно самосознания? По Виа уже я этого не узнаю, а вот Душильник по темпам — второй кандидат на прохождение первой эволюции.

Ну и самое главное: выдержу ли я больше одного «присутствия» в голове? У меня уже с Виа некоторые трудности. Пусть я к ней и привыкну, но что будет, если каналов станет два? Три? Четыре?

Это ж с ума можно сойти, и в самом прямом, а не переносном смысле! Боюсь, я просто перестану различать где мои руки,