Мастер Трав. Том 7 - Ваня Мордорский

— Поменьше, — сообщил Грэм. — Заметно поменьше.

— Угу. Значит ясно.

Я снова усилил связь и передал Виа команду свернуться в кольцо и развернуться обратно. На этот раз более «глубоко» через канал восприятия, ощущая каждое движение как свое.

— Опять горят, — сказал Грэм. — Прямо вспыхнули.

Закономерность вырисовывалась.

Я сел прямо на ступеньку и задумался.

Так, чем глубже я в Виа, тем ярче. Когда я просто отдаю короткие приказы и не сливаясь с ее восприятием, то эффект слабый. Когда я в ней — глаза полыхают. Значит, проблема не в самой связи, а в том, насколько я через неё «смотрю». Сама связь, очевидно, никакого эффекта давать не будет.

Но вообще в чем причина такого эффекта? Всё дело в моей крови? В зеленых контурах, которые таким образом активируются и усиливают симбиотическую связь?..

Ладно, что тут думать? Надо просто научиться контролировать огонь глаз — и всё.

Решил попробовать вот что: держать половину сознания в своём теле, а вторую половину пускать в Виа. Не нырять с головой, а раздвоиться. Как когда ты слушаешь разговор одним ухом, а другим — улавливаешь шорохи в коридоре. До сих пор я либо смотрел, либо управлял, а теперь будет ни то, ни другое — среднее.

Я закрыл глаза, успокоил дыхание и медленно, очень аккуратно, открыл канал, но не ушел в него. Я ощущал и свое тело, и тело Виа, но в каждый момент мог «взвесить», где меня больше и тут же переключиться обратно.

— Как сейчас? — спросил я и открыл глаза.

— Совсем слабо. — сказал Грэм.

— Это хорошо, — кивнул я, закрывая глаза.

[Глубокая Связь — 3 %.]

[Открыт навык: Контроль проявления Глубокой Связи — 5 %.]

Вот как… значит, даже это система отметила?..

Этот навык, думаю, довольно быстро будет расти, потому что от его развития зависит моя «заметность» и все эти дни я буду им заниматься.

— А если совсем закрыть связь? — спросил Грэм. — Ну, между тобой и лианой. Может тогда проблема решится?

В целом, вариант логичный. Только Грэм не знает, что это связь между сознаниями, это нечто большее — что-то, что нельзя просто так взять и закрыть.

Или можно? Вернее, можно сделать как-то по-другому?

Я сосредоточился и мысленно «отвернулся» от Виа. Канал не исчез, и я по-прежнему чувствовал ее, как чувствуешь свою руку, лежащую расслабленно вдоль тела. Но активно «смотрел» только своими глазами.

— Прошло, — подтвердил Грэм. — Глаза… чистые.

— А вот так? — я разделил внимание поровну и вернул ощущение «раздвоенности».

— Чуть подсвечивает, и чем дольше — тем больше.

Я кивнул.

Хорошо, принцип понятен. Теперь нужно овладеть этим, чтобы работало как часы.

Я провел еще с десяток коротких включений. Пять секунд — глаза вспыхнули. Десять секунд — вспыхнули сильнее. Двадцать — ярко, но я уже умел чуть тушить. Каждый раз закономерность подтверждалась: чем глубже погружение, тем ярче. Чем больше «якоря» в собственном теле — тем тусклее.

Но даже самое легкое прикосновение к каналу выдавало едва заметное свечение. Полностью оно гасло только тогда, когда я ничего не делал, игнорируя Виа полностью. Вот тогда да — с глазами сразу всё налаживалось.

Это значило одно: нужно тренироваться, тренироваться и тренироваться, пока разделенное внимание не станет естественным, как дыхание. Тогда и глаза перестанут предательски выдавать меня каждый раз, когда я захочу взглянуть глазами Виа.

Заодно надо понять, а проходит ли свечение совсем со временем? Может, через месяц-другой Дар окрепнет, тело адаптируется, и эффект исчезнет сам собой? Я ведь только пробудил эту связь, и организм еще не привык.

Хотелось бы верить, но рассчитывать на «само пройдет» — так себе идея.

— Ладно, — сказал я, открывая глаза. — Понятно, с глазами разберемся. Это вопрос тренировки. Еще кое-что хочу проверить.

— М?

— Расстояние, — пояснил я, — Хочу знать на каком расстоянии эта связь работает.

— Что именно ты имеешь в виду, когда говоришь «связь»? — уточнил Грэм.

— Я про возможность смотреть ее глазами и управлять ею как тогда, с кинжалом. У нее должно быть «ограничение».

— А как видит она? — вдруг спросил Грэм, — Ну, тебя… Меня…

— Как?.. — я замялся, пытаясь подобрать нужные слова, — Как пятна тепла разного цвета. Какие-то больше и ярче, какие-то тусклее. Но она всё замечает — ни одно живое существо от нее не уйдет незамеченным.

— Понятно… — протянул Грэм, — Ладно, давай, проверяй.

Я направил Виа за забор.

Она поползла. Я следил за ней не глазами — глазами и так видел — а через канал. Шагов десять. Двадцать. На таком расстоянии всё было как раньше: как будто щупальца ее были моими собственными конечностями, а шипы — пальцами. Я чувствовал, как травинки скользят под её брюшком.

Дальше, к полям перед Кромкой.

Шагов пятьдесят — и я всё еще ощущал Виа.

Так. Еще дальше…

И вот уже где-то на расстоянии ста шагов тактильность начала ослабевать. Я уже не так чётко чувствовал, что под ней — трава, мох или камень. Зато тепловое зрение оставалось.

Я уже по описанию системы знал, что видеть я смогу на расстоянии тысячи шагов. Так что проверять это пока не надо. Успею. В целом, если я буду видеть до тысячи шагов так же, как сейчас, — тепловыми пятнами, — то Виа станет идеальным разведчиком.

Раньше, когда Виа уходила на охоту, я мог поймать только ее эмоции: тревогу, азарт, голод, удовлетворение от пойманной добычи… Сейчас, не вставая со ступеньки, я мог смотреть как она находит мелкую зверушку и убивает ее, как ощущает камень, зелень, дерево (эти ощущения я запомнил когда она была во дворе, и теперь понимал, где именно она ползет). Это разительное отличие.

Я попросил Виа вернуться и встал.

Ладно, опыты с Виа — это хорошо, но не ими едиными. Дела у меня тоже есть.

Вернувшись, Виа неожиданно направилась к… Седому.

Он успел задремать на ступеньке и, вывалив пузо, блаженно похрапывал.

Виа к нему кралась. Грэм, прищурившись. смотрел за ней.

— А она… не это… — начал было он.

— Нет, — покачал я головой, — У нее нет никаких плохих намерений.

Седой, почувствовав приближение хищника, поднял голову. Увидел Виа. Зевнул, прижав уши, но не убежал. И не зашипел. Он уже знал, что лоза — «своя» и что подчиняется мне.

Виа подползла, замерла в полушаге, а потом резко выбросила щупальце и легко, аккуратно, без шипов ткнула Седого в бок.

Седой возмущенно пискнул и недовольно врезал лапой по щупальцу.

— Пи!

Виа отдернулась. Через канал я почувствовал… веселость. Самую настоящую веселость — такую, какая, наверное, бывает