Повелитель гоблинов. Том 8 - Андрей Мельник

Глава 19

Время летело невероятно быстро. И не только следующая неделя… Два месяца последствий терроризировали мир, и только к концу этого срока он оправился от катастрофы. Но я — не мир. И не ждал, пока всё само собой разрешится.

Всё это время я провёл то в полях среди простых работников, то в залах совета. И не меньше я боролся с ветром, сидя в седле моей драконицы. И за это время я насмотрелся на смерть больше, чем за всю прошлую жизнь…

Луна несла меня над уже такими родными землями региона. К слову, в один из дней, закрыв очередное белое пятно на карте, я с удивлением обнаружил, что Система сама дала ему название, и теперь на фоне белого пятна всего остального мира он выделялся непривычным для меня словом Матэрас.

«Живущие на земле Матэрас» — именно так меня и моих матрасийцев называли жители провинций, к которым мы приносили свет цивилизации. Слово местного наречия под культурной трансформацией звучало, в общем-то, неплохо, так что я не пытался что-либо изменить. Во-первых, понятия не имел как. Во-вторых, не видел в этом смысла. Есть в землях Матэрас какая-то загадка.

Конечно, всё это произошло не сразу. Первые картины с начала последствий вспоминаются с большой болью. Мне так совсем не по себе было, ведь всё это случилось как бы из-за меня.

Не удивлён, что Гера и остальные решили не спрашивать моего мнения. Последствия этого поступка были чудовищными, и я бы наверняка отказался от подобного плана.

Хотя победить, признаюсь, было бы сложно. Когда даже без всяких мировых уведомлений от Системы к твоей цивилизации привлекается бешеное внимание со стороны других богов, явно не пришлось бы долго ждать проблем. Тем более что на большую территорию и сильную экономику у меня имеется лишь небольшая армия, неспособная защитить всё в случае внешнего вторжения.

До катаклизма мы держались в конце второй двадцатки по военной мощи. А растить легионы было не время. Так что лишь вопрос времени, когда бы к нам заявились армии других цивилизаций.

Если подумать отстранённо… Пусть я и далеко, пусть и защищён непроходимыми землями с разных сторон, но путь по морю всё ещё открыт. У меня ни прибрежные поселения нормально не защищены, ни даже мало-мальского флота нет. Любое более-менее нормальное морское вторжение я не то что не отобью, я его даже не замечу, пока вражеские войска не окажутся рядом с моими городами.

При этом другие таблицы рейтингов показывали, что я чуть ли не золотая рыбка, способная исполнять вражеские желания. Сколько рабов, золота и трофеев можно увести с моих земель? Захотел бы я, будь у меня мощная армия и сносный флот, отправить легион за богатой добычей?

Да. Сто процентов. И раз я так решил, то и остальные сделали бы это, как только развились бы чуть сильнее и нашли дорогу ко мне, что при поддержке богов-покровителей не проблема. И всё, мечтам матрассийцев не суждено было бы сбыться.

Такая вот реальность… И божественный альянс сделал всё, чтобы в ближайшие месяц-два никто из потенциальных соседей и мощных государств-конкурентов не смог набраться сил для подобного рейда. Мне же, как правителю, пришлось здорово постараться, чтобы всё то, что мы уже создали, не рухнуло во время начавшегося кризиса.

Пролетая над полями и лесами, я видел, как потемнела, посерела и пожелтела трава и листья на деревьях. Кое-где ещё оставались зелёные луга, но во многих местахземля стала настолько бедной, что даже орочьи пустоши неделю назад казались более живыми.

Некоторые животные из таких вот пустошей вполне сносно адаптировались к изменениям, пусть и мигрировали в новые регионы. А те стада, что привыкли жить в сытости, мучились. Не видевшие свежей травы пару дней животные падали на землю от голода и медленно умирали, не в силах сопротивляться судьбе. И с высоты драконьего полёта это было прекрасно видно.

Я гонял Луну над пастбищами и протоками, отмечал, где ещё держится зелень под покровом Аида, а где земля уже мёртвая. Потом передам информацию нашим охотникам.

Я нагнал свои ошарашенные изменениями легионы и дал им инструкции по новым правилам выживания. Если есть благоприятное место с животными, травой и чистой водой, не загаженной пепловыми осадками, то останавливаемся, кормимся и ждём, пока разведчики не найдут схожее место. И только затем переход.

Несколько голодных дней в здешнем безумии способны выкосить отряд получше вражеских копий. Сытый солдат дойдёт куда угодно, голодный — сляжет. И это касается не только моих, но и других воинов из тех городов, к которым и шёл марш. Пока мои выживают, вражеские армии слабеют, хиреют, теряют боевой дух.

Вместе с тем, покидая расположение легиона, я радовался, что у нас крайне высокая дисциплина, а сам регион и наша столица находятся в регионе, крайне далёком от эпицентра катаклизма. Вдвойне счастливее меня делал тот факт, что Одинокая — обычная гора, а не вулкан. Да и то, что мы не на побережье столицу построили, сыграло нам в плюс. Почти всем приморским городам теперь придётся отстраиваться заново.

Легионы сбавили темп почти сразу. Гнать колонну на марше, когда вокруг мрёт всё живое, бессмысленно. Поэтому они шли от поселения к поселению, от плодородной долины к убежищам, охотясь по пути на ослабевших животных и даже умудряясь накапливать запасы продовольствия.

Мои сотники и генералы, получившие от меня указания и узнавшие правду об исчезнувшем солнце, теперь не стучали копьём и мечом об щит, а забирались на телеги и втолковывали перепуганным дикарям, что солнце спряталось не навсегда. Что оно вместе с луной вернётся, стоит лишь начать молиться Дионису и другим богам нашей империи и стать частью государства, признать власть Матрассии. Это верное лекарство от кризиса. Ну и да, они раздавали еду тем, кто принимал условия, веру и давал клятвы империи.

Дома кипела работа другого рода. Гоблины, получившие усиление от чуть ли не вечных сумерек, распахивали землю так, что лопаты ломались, плуги гнулись, камни в земле трескались. Такого я от них не ожидал.

Всё, что попадало в зону покрова Аида вокруг столицы, шло под плуг, и площадь освящённых полей росла каждый день. В каждом крупном поселении спешно вставали чёрные приземистые святилища повелителя мёртвых с алтарём. Вера неторопливо накапливалась целый день, а уходила за мгновения, давая благословения всё новым и новым землям